Чтение онлайн

на главную

Жанры

Антология советского детектива-42. Компиляция. Книги 1-20
Шрифт:

Валентина выросла в многодетной католической семье, где была старшей дочерью. Уже в пятнадцать лет она покинула живописные озера Латгалии и перебралась в Ригу. Чтобы остальным братьям и сестрам досталось на завтрак и ужин по лишнему куску.

Для завоевания столицы она имела трудовую закалку, какую получают деревенские дети, ситцевое платье, привлекательную фигуру почти созревшей женщины и кусок сала для того, чтобы задобрить дальнюю родственницу, у которой она надеялась получить кроватное место.

Все устроилось очень удачно — у родственницы в кухне стоял обтянутый зеленой материей узкий матрац, который она именовала «кушеткой». Еще у нее была большая скука. Проживание такой девчонки обещало известные перемены, разнообразие и сиделку на случай болезни — родственница

была уже в том возрасте, когда можно слечь в любой день.

Валентина пошла работать ученицей в швейную мастерскую неподалеку от дома родственницы, — Рига пугала девушку своими просторами, вокруг рассказывали всякие страсти о кражах, грабежах, о том, что из людей варят мыло, и не без основания: это была послевоенная реакция. Валентина сразу же решила, что выходить из дому будет только на работу и в костел, ну, разве что когда сходит в кино: о трофейных фильмах она слышала много восторженных отзывов.

Валентина с детства привыкла к мысли, что работать придется всю жизнь — ни на минуту в ее голове не могла возникнуть мысль о праздной жизни. Она уже изведала, хоть и понемногу, всех тяжелых крестьянских работ и теперь знала, что от них грубеют руки. Поэтому ее практический ум привел ее не на завод, а в швейную мастерскую, где ее приняли ученицей со смехотворно низкой зарплатой. Валентина все время не упускала из виду одно обстоятельство — вдруг придется возвратиться в деревню, тогда она сможет работать портнихой. Реклама «училась в Риге!» тогда будет иметь немалое значение.

Швейная мастерская находилась тогда в помещении, где теперь был раскройный цех. Валентина во всем очень старалась, и все-таки часто вся в слезах выбегала во двор и плакала за конюшнями, потому что всегда находился желающий разыграть простодушную деревенскую девушку или какой-нибудь болван ко всеобщему удовольствию и веселью подтрунивал над ее латгальским выговором. Она изо всех сил старалась научиться правильно произносить слова, поэтому такие шутки были особенно обидны.

По воскресеньям вместе с, родственницей они ходили в костел. Зная об отношении окружающих к религии, на работе об этом она никому не рассказывала. Костел был большой, прихожан много, но в основном это были пожилые люди или совсем маленькие дети, которых женщины приводили с собой — в отличие от Латгалии молодежи здесь не было видно.

В католические праздники, бывало, семья Мукшанов отправлялась в Краславу в храм Святого Людовика, где алтарь был расписан Яном Матейко. Рижский костел не мог равняться с храмом ни алтарем, ни пышностью богослужений. По какой причине Валентина вскоре перестала ходить в костел, никто не мог бы сказать, даже сама она. Может потому, что и родственница ходила туда в основном для того, чтобы узнать кое-какие новости, а вовсе не из религиозных убеждений, а может потому, что Валентина пошла учиться в вечернюю школу, в шестой класс, и у нее, наконец, появились подружки-одногодки. Но смело можно утверждать: антирелигиозная пропаганда не вправе записать в свой актив вероотступничество Валентины, ведь она умела только повторять: «Бога нет!» — а на вопрос, есть ли черт, отвечала уклончиво.

К тому времени, когда Валентина кончала начальную школу, она уже почти свыклась со столицей. Потом поступила в техникум. На вечернее отделение.

Затем было довольно обычное восхождение по ступенькам служебной карьеры: сменный мастер (швейная мастерская к тому времени уже превратилась в швейное предприятие с несколькими филиалами), начальник цеха и, наконец, главный инженер. Хотя на этот пост нашлись кандидаты даже с высшим образованием, Андрей Павлович, не колеблясь ни секунды, назначил Валентину. За время совместной работы они научились думать одинаково, кроме того Андрей Павлович всегда больше доверял практикам — практик продвигается вперед равномерно, убыстряя шаг настолько, насколько этого требует план, а теоретики надеются лишь на галоп, который, по мнению Андрея Павловича, всегда связан с анархией и сплошными неприятностями.

Люди, которые из низовых работников дорастают до руководящих, обычно представляют два типа. Одни — это свои люди, к которым всегда можно подойти запросто и поговорить

по душам, другие превращаются в неприступные крепости, изображая большую озабоченность, они опасаются, что бывшие товарищи готовят им какой-нибудь подвох; что все вокруг завидуют их выдвижению и нередко чувствуют себя чуть ли не предателями, потому что в новой должности им приходится бороться с маленькими хитростями бывших коллег, а эти хитрости им хорошо известны с прежних времен. Частенько они сознают, что их интеллект не соответствует должности. Эти новые начальники свой недостаток интеллекта чувствуют особенно остро среди тех, кому не приходилось, отработав смену, бежать в вечернюю школу, а потом еще несколько часов заниматься самостоятельно, среди тех, кто, днем прослушав лекции в институте, по вечерам собирались и дискутировали о литературе и искусстве. Немалую роль тут играет и самодовольство: большинство из них достигли таких высот, о которых в начале и не мечтали, на родине о них рассказывают легенды, и в отпуск они приезжают туда как покорители мира.

Валентина Мукшане к таким и принадлежала. Став начальником цеха, она приосанилась, постройнела, только на ее в общем-то красивом лице появились морщинки. К тому же она начала курить. Папиросы. Это тоже было принадлежностью к должности — во время совещания кстати закуренная папироска как бы подчеркивала важность положения. Теперь она выписывала газет больше — те же, что и Андрей Павлович, не подписывалась она только на армейскую газету, потому что ничего в ней не понимала. И совсем не из подхалимажа, она просто надеялась, что в этих газетах найдет именно то, чего ей не хватало — найдет материалы, которые расширят ее кругозор. Если по линии экономики и производства они внесли в ее представления кое-какую ясность, то по вопросам литературы и искусства полностью ее дезориентировали. Случалось, что какого-нибудь автора за одну и ту же работу одна газета возносила до небес, а другая обливала грязью или, например, одна и та же газета какой-нибудь эстрадный ансамбль сначала разносила в пух и прах, объявив абсолютно бездарным, раздутым рекламой, а несколько месяцев спустя расхваливала за дипломы, полученные на фестивалях, да еще подчеркивала, что это и следовало ожидать от такой талантливой молодежи. Но Валентина Мукшане искала ясности, путеводных огней. А когда поняла, что до самой последней минуты она шла совсем в другую сторону, в уголках ее рта залегло еще по одной морщинке. С тех пор она больше не высказывала свое мнение, боясь потом оказаться в смешном положении.

На недостаток поклонников Валентина не могла пожаловаться. Будучи сменным мастером, она собралась выйти замуж за одного шофера, но ее вдруг назначили начальником цеха — и парню она отказала.

Слушая «Сильву», она до слез переживала за танцовщицу, которой старый аристократ голубых кровей не разрешал выйти замуж за своего сына. Она категорически и от чистого сердца отрицала бы мнение, что отказала парню только потому, что он шофер, но в действительности так и было. В то время ей уже перевалило за двадцать пять, время безоглядной любви прошло — и она представила себе, что скажут люди, когда она летом приедет в свою Латгалию.

«Кем же ваша дочка работает?» — спросят соседи у матери.

«Начальником цеха», — гордо ответит та.

«Ого!» — воскликнут соседи: — «А муженек?»

«Шофером».

«Простым шофером?»

«Почему простым? Шофером!» — отрежет мать, но все же подумает, что дочке нужен муж более подходящий.

«Ну конечно, она ведь уже не девчонка…»

Валентина решила подождать. И заждалась, потому что снова последовало повышение. Встречаться с мужчинами того уровня, о котором она мечтала, ей почти не приходилось, да и те почти все были уже женаты, а с подчиненными она давно соблюдала дистанцию. Годы шли. И она, как женщина — руководящий работник — с каждым годом все больше утрачивала женственность по сравнению с остальными дочерями Евы. Отправляясь в отпуск, который она теперь обыкновенно проводила на знаменитом курорте, она надеялась повстречать своего настоящего, единственного навеки, там она оживала и, плюнув на все дистанции, бросалась в волны коротких и захватывающих курортных романов.

Поделиться:
Популярные книги

Последняя Арена 9

Греков Сергей
9. Последняя Арена
Фантастика:
рпг
постапокалипсис
5.00
рейтинг книги
Последняя Арена 9

Начальник милиции. Книга 3

Дамиров Рафаэль
3. Начальник милиции
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
5.00
рейтинг книги
Начальник милиции. Книга 3

Седьмая жена короля

Шёпот Светлана
Любовные романы:
любовно-фантастические романы
5.00
рейтинг книги
Седьмая жена короля

Черный маг императора 2

Герда Александр
2. Черный маг императора
Фантастика:
юмористическая фантастика
попаданцы
аниме
6.00
рейтинг книги
Черный маг императора 2

Везунчик. Дилогия

Бубела Олег Николаевич
Везунчик
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
8.63
рейтинг книги
Везунчик. Дилогия

Венецианский купец

Распопов Дмитрий Викторович
1. Венецианский купец
Фантастика:
фэнтези
героическая фантастика
альтернативная история
7.31
рейтинг книги
Венецианский купец

Вечная Война. Книга VI

Винокуров Юрий
6. Вечная Война
Фантастика:
боевая фантастика
рпг
7.24
рейтинг книги
Вечная Война. Книга VI

Последний попаданец 5

Зубов Константин
5. Последний попаданец
Фантастика:
юмористическая фантастика
рпг
5.00
рейтинг книги
Последний попаданец 5

Виконт. Книга 2. Обретение силы

Юллем Евгений
2. Псевдоним `Испанец`
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
рпг
7.10
рейтинг книги
Виконт. Книга 2. Обретение силы

Я снова не князь! Книга XVII

Дрейк Сириус
17. Дорогой барон!
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Я снова не князь! Книга XVII

Совок 4

Агарев Вадим
4. Совок
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
6.29
рейтинг книги
Совок 4

Энфис 6

Кронос Александр
6. Эрра
Фантастика:
героическая фантастика
рпг
аниме
5.00
рейтинг книги
Энфис 6

Безумный Макс. Поручик Империи

Ланцов Михаил Алексеевич
1. Безумный Макс
Фантастика:
героическая фантастика
альтернативная история
7.64
рейтинг книги
Безумный Макс. Поручик Империи

На границе империй. Том 9. Часть 5

INDIGO
18. Фортуна дама переменчивая
Фантастика:
космическая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
На границе империй. Том 9. Часть 5