Атака из зазеркалья
Шрифт:
– Нет. Даже не открывал, – с честным видом ответил я. – Код замка знает только Султан. Однако мы просветили чемоданчик рентгеном. Внутри находится портативный компьютер и устройство самоликвидации. Если неправильно набрать код или попытаться взломать замок – произойдет взрыв. Поэтому начальство решило не рисковать. Пусть Султан собственноручно дезактивирует бомбу. Тут-то мы его и накроем! ФСБ очень интересует содержащаяся в компьютере информация. Ты же непременно получишь то, что заслужил!Слово офицера!
Не обратив внимания на некоторую двусмысленность предпоследней фразы, Пасюк облегченно вздохнул, расслабился и с вожделением покосился на заднее сиденье.
19
«Борз» – небольшой автомат чеченского производства. Изготовлен по образцу израильского «узи». Особенно много «борзов» производилось в Чечне в период так называемой «независимости».
Не заглушая мотора, я взял сумку с «АКС-74-У» и вслед за Пасюком выбрался из «Шевроле». Синхронно сунув за пазухи правые руки, боевики подозрительно воззрились в нашу сторону.
– Солнце встает на Западе, – приблизившись к ним, доверительно сообщил Пасюк.
– А опускается на Востоке, – отозвался старший из нохчей и, достав из кармана мобильник, кивнул на дверь. – Проходите. Султан ждет!
– Толстый прибыл, – шагая вместе с Пасюком в указанном направлении, услышал я за спиной чеченскую речь. – С ним один охранник... Нам незнакомый... У толстяка «дипломат», у сопровождающего – спортивная сумка... Обыскивать не стали... Да, пароль назван правильно... Дальше сами разбирайтесь!..
Пресловутый «Красный люкс» занимал половину восемнадцатого этажа. Кроме непосредственно апартаментов, к нему относились: огромный холл с обитыми пурпурным шелком стенами и еще какие-то помещения за закрытыми дверями. В холле нас поджидали четверо вооруженных боевиков с небритыми рожами. А на пороге номера стоял Султан собственной персоной. Гордый, суровый, в парчовом халате.
– Кто этот тип? Почему не знаю?! – никак не отреагировав на приветствие Пасюка, резко спросил он. Секретарь Новохлевской замешкался с ответом. На лбу проступили бисеринки пота. В коленках обозначился мелкий мандраж. Секунда-другая, и чертов педераст наверняка ударился бы в панику! Пришлось спешно перехватывать инициативу.
– Меня прислал Электрик, – надменно заявил я. – Дело слишком серьезное, чтобы полагаться на безмозглых «быков» Василия. Они и стрелять-то толком не умеют!
– Н-да... А что у тебя в сумке?! – по-волчьи сощурился Султан.
– Автомат Калашникова, – безмятежно улыбнулся я.
Нохчи-охранники разом оживились, озверели глазами, вскинули стволы.
– Не понимаю, в чем проблема?! – искренне возмутился я. – Или ты думаешь, мы будем возить столь ценный груз с голыми руками?!
– Опустите оружие, – по-чеченски приказал подчиненным Султан. – Он один, вас четверо. Справитесь в случае чего! – И по-русски обратился к Пасюку: – Заходи, дорогой. Побеседуем, чаю выпьем. А твой телохранитель пускай подождет снаружи.
Когда двери за ним закрылись, я поставил сумку на пол и лениво прислонился к стене, скрестив руки на груди.
Боевики заметно успокоились. Двое присели за столик напротив входа в номер и возобновили игру в нарды. Остальные продолжали оставаться в вертикальном положении и время от времени поглядывали в мою сторону. Но уже без прежнего энтузиазма.
Прошло
Фактор внезапности здорово сыграл мне на руку, и спустя секунд пять все было кончено. Четыре массивных тела застыли на полу в неестественных позах. Сунув за пояс пистолеты с опустевшими обоймами (табельные, не бросать же!), я рванул на сумке «молнию» и вынул подготовленный к бою автомат. Из горящего номера не доносилось ни звука. Очевидно, Султан с Пасюком скончались мгновенно. В гостинице между тем поднялась суматоха. Завыла сирена пожарной тревоги. На верхнем и нижнем этажах затопали, громко крича, перепуганные постояльцы. «Пора сматываться!» – решил я, развернулся к пожарной лестнице, и вдруг оттуда высыпалась группа из восьми человек в штатском. Все вооруженные до зубов. Средь них мелькнула Анжела (или Эльвира?!) с пистолетом-пулеметом Стечкина. Я моментально рухнул на пол, выставив впереди себя дуло «калашникова».
– Та-та-та-та-та-та-та... – раскатилась по холлу длинная очередь. Расстреляв один «магазин», я перекатился в сторону, за труп ближайшего боевика (по ходу вырвав использованный и вставив новый рожок).
– Та-та-та-та-та-та-та... – И снова аналогичный кульбит... Израсходовав в общей сложности семь «магазинов», я осторожно поднялся на ноги. В сильно задымленном холле стояла мертвая тишина. Под подошвами ботинок поскрипывали пустые автоматные гильзы. Никто из попавшей под шквальный огонь «восьмерки» не подавал признаков жизни. Тем не менее я передвинул «флажок» на одиночный огонь и произвел контрольные выстрелы в головы. Мало ли, может, притворяются?! Внимательно присмотревшись к убитым, я с удивлением опознал среди них двух чеченцев-охранников, с которыми недавно встретился на улице. Вероятно, они и вызвали сюда группу Анжелы (Эльвиры?!). Зачем – оставалось лишь догадываться. Союзнички, едрена вошь!!!
Мне очень хотелось выяснить, на какую именно спецслужбу работала чертова блондинка, но обыскивать ее труп не было времени. С минуты на минуту здесь могли появиться пожарные, спасатели... В общем, нормальные люди. Не стрелять же в них!!! Поэтому я швырнул в горящий номер свой автомат, следом бросил спортивную сумку, бегом преодолел несколько лестничных пролетов, заскочил на четырнадцатый этаж, а дальше воспользовался одним из служебных лифтов, благополучно доставившим меня вниз. У стен «Вавилона» наблюдалось лихорадочное оживление. Бегали взад-вперед какие-то горластые мужики. Один за другим подъезжали казенные автомобили с мигалками. Над крышей здания кружил пожарный вертолет.
Однако «Шевроле», никем не тронутый, продолжал стоять на прежнем месте. Не дожидаясь, пока стражи порядка полностью сориентируются в ситуации и вокруг гостиницы стянется кольцо оцепления, я сел в машину и потихоньку убрался восвояси...
Эпилог
31 декабря 2003 года. 8 часов 20 минут
Утро выдалось хмурым, сырым и слякотным. Не зима, а ранняя весна в худшем из вариантов! Центр города, конечно же, убирали, причем весьма основательно, но сегодня следов работы дворников почему-то видно не было. Пешеходная часть улицы Рогожской представляла собой противное жидкое месиво. Разукрашенная новогодняя елка, выставленная у входа в один из супермаркетов, на фоне окружающей распутицы смотрелась довольно нелепо.