Братство Белого Ключа
Шрифт:
— А кроме того, неплохо бы придумать какой-нибудь обряд посвящения новых членов в Братство. Я читал об этом в книге, которую потихоньку стащил у брата. Надо, чтобы каждый член Братства гордился, что его удостоили этого звания.
Вот это здорово! Бонди словно весь век состоял в братствах, обществах и всяких там союзах.
— А теперь — за работу. Соучек, давай сюда твоих лошадок!
Соучек развернул сверток, который он до этих пор держал под мышкой.
Да, отец у Соучека был настоящий мастер! Безногий инвалид, он своим трудом и выдумкой кормил большую семью — шесть ртов. И он был не просто каким-то там игрушечным мастером. Соучек рассказывал, что его отец — настоящий
На этот раз отец сделал трех лошадок: белую, вороную и буланую. Лошадки были очень хитро соединены изогнутой спиралью — в ней-то и заключалась суть изобретения. Благодаря спирали вперед сначала выбегала белая лошадка, потом ее обгоняла вороная, а за ней — буланая. Ну прямо как на настоящих скачках! Это была очень оригинальная игрушка, и стоила она всего пять крон. Или десять (если покупатель был одет в меховое пальто или выходил из собственной машины). Перед уходом в школу младший Соучек брал с собой пять или шесть игрушек — всю продукцию отца за день.
Он прятал их у барышни-кассирши в буфете на Вацлавской площади: это была хорошая знакомая его мамы. А после школы он на веревочке тащил лошадок по улицам, и, если не было дождя, он постепенно продавал всех лошадок. Вполне понятно, что у него не оставалось времени на уроки. Но зато дома был кусок хлеба, и отец снова мог закупить гвозди, клей и краски.
Все это Соучек рассказал собравшемуся Братству.
— Из-за пары лошадок бродить часами по улице! — возмутился Бонди. — Сразу видно, что ты не имеешь понятия о рекламе и организации совета. И это в наш век! Я придумал, как все устроить. Но для этого потребуется активное участие всего Братства. Да, и еще оборотный капитал. Нас, не считая Соучека, шестеро. Соучеку придется помогать отцу, чтобы он успевал вовремя поставлять товар. Итак, нас шестеро. Каждый должен добыть по нескольку крон, чтобы закупить полдюжины лошадок, и еще мелочь на трамвай. У нас есть столько денег?
Выяснилось, что у троих членов Братства хранится немного мелочи в копилке. У Бонди, Копейско и Франтика копилок не оказалось, но хватило на всех.
— Сначала каждый покупает по лошадке, — продолжал Бонди, — а потом мы отправимся — только не вечером, а днем — на улицу, в сады и на детские площадки. Ручаюсь, через минуту вокруг вас соберутся все карапузы парка и поднимут вопль: «Мамочка, хочу такую лошадку!» Потом подойдут мамы и спросят: «Мальчик, где вы купили таких хорошеньких лошадок, сколько они стоят?»
— И мы их продадим! — обрадованно воскликнул Штедрый.
— Ничего подобного! Наши лошадки — это реклама. Мы просто вежливо ответим: «Такие игрушки делает пан Соучек, Винограды, Лужицкая улица, дом номер такой-то, цена пятнадцать крон».
— Пять, — поправил его Соучек.
— А я говорю — пятнадцать. Потому что это настоящая ручная работа и собственное изобретение. Потом вы позволите малышам немного поиграть с лошадками. Но только немного, чтобы не надоело, и сразу возвращайтесь домой.
— А что потом?
— Завтра мы снова отправимся в парк, послезавтра — опять. А потом посмотрим. Наш девиз: «Ни одного малыша без лошадок Соучека!»
Ребята закричали:
— Ура! Да здравствует Бонди!
Затем распределили объекты: кому на Стромовку, кому на Летную, а кому в сады Кинского или на Славянский остров, в Ригеровы парки или на Сантошку [3] . Колобку дали Карлову площадь, потому что он всегда спешил домой. Ярка добавил себе парк на Жижковом холме. Потом все вместо отправились к пану Соучеку за лошадками.
3
Районы Праги.
— Не мешало бы сделать запас на ближайшее будущее, пан Соучек, — заметил Бонди. — Кроме того, не могли бы вы на каждой игрушке ставить свои инициалы? Марка фирмы! А что, если взять патент? Но главное, если вы не хотите испортить нам удовольствие, ни за что не уступайте каждую штуку дешевле чем за пятнадцать крон. Сбавляйте только при продаже оптом!
Пан Соучек, у которого уже перестала болеть нога, был в отличном настроении.
— Ладно, если будут давать дукат, возьму дукат. Я, пан Бонди, знаю толк в таких вещах. (Да, так и сказал: «пан Бонди»!) А вот патент? Ей-богу, сейчас же сажусь и строчу заявление в отдел патентов, ведь я уже однажды хотел взять патент на «перпетуум-мобиле».
Провожая ребят до двери, он сказал сыну:
— Дьявольски хитер твой приятель. У него прямо-таки коммерческая жилка!
Пан Соучек оказался прав. Бонди развил бурную деятельность. С пяти часов дня до вечера в дом Соучеков постучались уже несколько мам и скупили всех готовых лошадок. Назавтра — рассказывали потом члены Братства — в парках едва не вспыхнула настоящая война. Счастливые обладатели лошадок чуть ли не силой защищали их от многочисленных посягательств. Старому Соучеку пришлось просить своих заказчиц зайти в понедельник. Но каждая мама заставила его взять задаток и записать ее фамилию. И вот вся семья засела за работу. Младший Соучек вместе со всеми. Правда, он опять не приготовил урока по истории, но зато его мама приготовила свинину с зеленью. Такого славного обеда у Соучеков уже давно не было.
Результаты затеи превзошли все ожидания Бонди. В парке к ребятам несколько раз подходили очень важные и хорошо одетые пожилые господа и записывали адрес старого Соучека. А на другой день (кажется, это была среда и пани Соучекова хлопотала над пирогом — редкость в их доме, да еще в будний день) в дверь один за другим постучались солидного вида господа. Один представился, как агент магазина игрушек знаменитой фирмы Брандейс, другой оказался представителем фирм Фишль, Панек и Краль; явились агенты еще трех или четырех игрушечных фирм. Покупатели, заявили они, настойчиво требуют необыкновенных лошадок Соучека.
Короче говоря, пришлось пану Соучеку взять на себя обязательство в течение двух недель поставить различным фирмам шестьсот лошадок. У пани Соучековой в хлопотах подгорел пирог — она ломала себе руки. Пан Соучек ломал себе голову — даже если вся семья будет работать с утра до ночи, то и тогда больше двадцати штук в день им не сделать. Но вот он молча натянул пиджак и надел свой единственный ботинок. А через час он вернулся с двумя своими товарищами, тоже инвалидами. На всех троих у них было только пять рук, пять ног и пять глаз. Впрочем, на троих вполне достаточно. Это были очень ловкие и смекалистые люди.