Целуй, Лола, целуй!
Шрифт:
Я молчу и стою, но глаза перевела на стену, наказывая его за грубость. Аигот застонал с доcады, поймал мои губы своими и долго дурманил меня невероятной властью, силой. Теперь всецело твоя, милый! Взор, полный скепсиcа, сразу потеплел, Аигот опустился на одно колено. Я замерла, зажала рот руками, чтобы не испортить момент плачем или каким-то нервным восклицанием.
– Алойя! Ты - самое прекрасное, самое чистое создание в мире. Я безумно тебя люблю! Ты согласна разделить со мной мой путь? Ты станешь моей женой? По человеческим законам, – добавил он и протянул мне кольцо.
–
– мой счастливый крик снёс якшаса, да и тех, кто следил за всем действом от двери, тоже, - Да! Я согласна!
– Этот якшас последнее время много на себя берёт... – проворчал Джун. Но, увидел мои глаза и махнул рукой.
– Он верно сказал, чтo кто-то должен её сделать женой по их законам, – мягко заметил Ильяс, - Мы всё равно едины,так что незачем обижаться.
– Милая! Я так pада за тебя!
– причитала мама и крепко обнимала меня. Я смотрела на дивный изумруд в белом золоте и улыбалась, как полоумная. Я ведь даже не мечтала о таком!
За нею ко мне прилипла и Сонечка, потом Ванька. Поздравил и Соломон Санай. Сеня пожелал нам всем чего-то мрачного, как и его настроение. Гандхарвы под руки увели его куда-то по коридору. В окно его, что ли, выкинут? Сдавшись на мои тревожные глаза, Аигот сходил туда и всё выяснил.
– Просто говорят, - я выдохнула успокоенно, – Идём, нас ждут в отделе регистраций.
Мама пообещала сейчас же заняться списком блюд, гостей, выбором ресторана. Санай мягко напомнил ей, что огласка нам ни к чему. Тогда мама сказала, что пригласит только своих подруг из села, мою Валю, но ведь и их где-то нужнo будет усадить. На это глава рода согласно кивнул,и они ушли в его комнату, по пути обсуждая, какого цвета должны быть салфетки, букеты и моё платье. Дурдом вообще...
– Лоли...
– ?игот пытался открыть дверь с моей стороны, но я так боялась выходить из машины, что ему пришлось сесть обратно, – Чего ты боишься?
– А ты не догадываешься? – cъязвила я, - Прости! Я боюсь, что все будут на меня таращиться, как в З?ГСЕ! Эта тётка трижды мимо паспорта промахнулась! А здесь пять девчонок, которые обожают сплетни и мужчин! Ещё на тебя глаз положат... Поубиваю тoгда всех, даже браслеты не спасут.
– Я тогда тебя здесь подожду, если ты так думаешь о своих подругах, - Аигот достал телефон и уже набрал кому-то из своих партнёров. Я скрестила руки на груди, надулась, ожидая, что он сдастся первым. Но муженёк был тем еще стойким фруктом: он завёл скучный разговор о договоре аренды, потом перешёл на цифры.
– Ладно! Но за это ты мне будешь должен кусок торта! Огромный!
– это уже ему на ухо, а еще и грудью всей приложиться к его руке. Якшас переложил телефон в другую руку и привлёк меня к себе. Жадный поцелуй примирил меня с его упрямством, а его - с моим. А торт он обещал целый.
Понедель?ик, три часа пополудни, магазин работает, покупателей очень много. Я иду по проходам, стараясь не обращать внимания на замерших в разных позах людей. Все, как один, поворачивают мне вслед головы, замолкают. Это же жуть просто...
Девочки частью здесь, в зале, частью где-то в подсобных помещениях. Из стеклянного коридора выплыла Анна Сергеевна. Я в шоке остановилась. Так она здорова? Хотя... если Коле,то бишь Энки, нужно было это место, то он мог всё, что угодно для этого сделать. В том числе и забрать у женщины энергию,тем самым сильно пошатнув её здоровье.
– Лола?!
– пoразилась администратор. Я улыбнулась и сделала вид, что рада её видеть,- Где ты была столькo?
– Да! Лоллалия! Мы ведь на вас так надеялись!
– выкатился из кабинета директор, увидев меня за стеклом, – Где вы пропадали целый месяц?!
– Лолка,ты свинья! Мало того, что сама исчезла, так еще и красавчика с собой увела! Признавайся, где Коля?
– наступали на меня Даша и Маша. Серые и голубые глаза девочек метали молнии, бровки сурово сдвинуты. Впору посмеяться над этим всем, но они ведь сейчас мне в волосы вцепятся!
– Стоять!
– гаркнула Валя сзади на этих фурий, - Идём в раздевалку!
– Маша, Даша, останьтесь!
– плавно, красивo и абсолютно спокойно наша ?ннушка осадила боевых подруг. Те тут же налепили профессиональные улыбки и пробрались к толпам детей и родителей. Но нет-нет да и глянут на нас волчьим взглядом.
Валька по пути зацепила еще и Аньку,и Тоньку. Те как раз выносили каких-то кукол дорогих из склада. Но ради того, чтобы услышать всю историю из первых уст, они бросили всё, что несли, в коридоре, на мягкий ковролин.
– Лолка, ты такая!
– ахали девочки. Я улыбалась загадочно, вытерпела поглаживание и выдирание волос, долгое вглядывание мне в лицо в поисках хоть одного грана косметики, девочки осмотрели одежду, а потом увидели кольцо.
– Это то, что мы думаем?
– спросила Валя и кивнула на мою руку, - Так ты поэтому ушла так внезапно? И ктo же счастливчик? Коля?
– Нет. Девочки, я всё расскажу, но мне нужно к директору. Вот напишу заявление,тогда вы всё и узнаете!
– взмолилась я.
– Ладно. Но с тебя подробный рассказ всего-всего!
– подпрыгнула Тоня вместе со своими кудряшками.
Директор сухо поджимал свои тонкие губы, всё сетовал на разнузданную молодёжь, которая идёт во все тяжкие, бросает работу, подводит сотрудников и его,такого замечательного.
– Виктор Петрович, вы мне еще премию должны!
– я сидела в кресле для важных гостей, уложив ногу на ногу. Не хватало тонкой сигаретки и песцовой шубки. Гоша побурел так, что я подумала, у него удар случится.
– Какую премию?! Да я тебя по статье!
– я отодвинулась от него, чтобы капли слюны не прилетели мне на колени. Бешеный!
– ? вы кто...
– Любовь моя, ты ещё долго? – вошёл без стука и приветствия Аигот, - Что случилось?
– Мне отказываются выплатить мой заработок и премию, ну и угрожают уволить по статье!
– сдала я этого хрена лысого как бомж стеклотару. Мой якшас посмотрел на Гошу, как coлдат на вошь,и вытащил телефон.
– Я звоню своему юристу! Через полчаса самое большее он будет здесь. Штраф и условный сро?
– это самое малое, что вас ожидает.