ДУБЛЬ-человечество
Шрифт:
– Симпатичная девица, – изрек Никита, подсмотрев изображение на экране.
Дисплей мигнул и погас. Батарейка разрядилась. Островные постояльцы телефоны не заряжали, потому что связь в любом случае отсутствовала. Поэтому-то хозяйка не хватилась своего смартфона, и он остался забытым между диванными подушками.
– Как видишь, – удовлетворенно перевел дух Илья, – я не перегрелся на солнце. Девушка реальная. Следовательно, и живой неандерталец мне не приснился.
Теперь рассказ Ильи с самого начала, как парень попал на катер к Олафу, проснулся утром на острове, познакомился и поругался с Таей, как вернулся старик-неандерталец и попросил помощи у землян, Никита прослушал, не перебивая.
– Предположим, дубль-человечество существует, – подвел итог журналист. – Но для репортажа история не годится.
– Почему??? – вытянулось лицо у Ильи. – Ты и похлеще выдумывал. А здесь – чистая правда. Чистое, как ты любишь говорить, «сливочное масло».
– Слишком заумно, – профессионально оценил сюжет Агафонов. – Народ любит попроще, чтобы быстро «съесть» и много не думать. Вот если бы вас украли колдуны или на худой конец экстрасенсы, история прошла бы на ура. А что такое неандертальцы? Интеллектуальный примитив. Никто не поверит. Да я и сам, честно говоря, пока окончательно не решил, как к этому относиться. Так что остановимся на старом варианте. Про таинственную «красную папку». Пора садиться за итоговый репортаж.
– Подожди, – забеспокоился Илья. – А как же Тая? Вдруг с девушкой что-то случилось?
– Да уехала она уже, – уверенно заявил Никита. – Либо с Олафом, спасать твоих людей-дикарей, либо домой, отпуск завершился.
– Не попрощавшись? – сомнительно поджал губы Илья.
– Сам говорил, что вы постоянно ругались, – напомнил Агафонов, – и зачем тогда долгие проводы устраивать? Мы тоже отправляемся на Маэ. Собирай вещи.
Илья задумчиво оглядел гостиную. Собирать по сути нечего, его здесь только… хмм… парень улыбнулся – «линялые» шорты, которые как раз на нем. Как быстро пролетела неделя. Илья стал участником невероятной истории со… странным финалом. Хотя, может быть, Олафу больше требовалась именно девушка. Получив образец её крови, старик поспешил домой. Затем покинула Домино и Тая… Таисия…
Парни запрыгнули в поджидающий на пристани катер и поплыли на столичный остров. Назад, в цивилизацию, как точно определил Никита.
Ветер с силой бил в лицо, приятное ощущение, Илье не захотелось отворачиваться, и он просто зажмурил глаза. Некоторые образы – Тая, Олаф – получили реальное подтверждение. Но оставалось что-то ещё, смутное, темное, неуловимое, что связало бы воедино звон разбитого стекла, вспышку, крики и разговоры на непонятном языке…
Что же скрывалось за этими звуками?..
Часть вторая
По ту сторону
Глава 1
ТОЛПА, спешащая к ближайшей станции метро, на первый взгляд выглядела нелепо. Кто в футболке с короткими рукавами, кто в резиновых сапогах и теплых куртках. Но Илья, смотревший из окна на улицу, знал секрет «одёжного разнобоя». Всё зависело от того, в какое время человек вышел из дома. В начале лета погода в Москве привычно нестабильная. То солнце жарит, то вдруг ветер подует, пригонит тучи, и те начнут поливать город ледяным дождем. В общем, это вам не… Сейшелы, где круглый год температура воздуха колеблется в пределах пары градусов.
Илья расправил плечи, завел руки за спину и хорошенько промассировал шею. Спать на диване неудобно, к утру тело деревенеет, не разогнуться. Но на ближайшие месяцы удовольствие растянуться на чем-то, похожем на кровать, ему недоступно.
Перегудов плюхнулся в кресло и подъехал к дальнему краю стола (в редакции один такой, специально удлиненный, в правом углу находится компьютер, в другом – всё, что нужно для рисования), где лежали листы бумаги. Заглянул в план следующего номера с разбивкой по полосам и, вооружившись карандашом и ластиком, принялся чертить макет: как пооригинальнее разместить текст, куда поставить фотографии, на сколько растянуть заголовок. Рутинная работа. Жизнь постепенно и неумолимо возвращалась в привычное, скучное русло.
Бурления первых дней после возвращения сотрудников из заокеанского вояжа улеглись быстро. В московском аэропорту Никиту и Илью ждала служебная машина, которая доставила друзей сразу в редакцию. Народ – журналисты во главе с Лапушкой – потребовал подробнейшего отчета прямо на пятачке возле кабинета главного редактора. Каждому хотелось узнать «кровавую» историю на далеком экзотическом острове (Лариса Гостева, изначально посвященная в детали двойного розыгрыша, театрально хлопала ресницами, делая вид, что тоже «ужааасно» удивлена). Не сходя с места, Илья выдал историю, тщательно отрепетированную и отредактированную Никитой в течение долгого перелета. Мол, Перегудов оказался на Сейшелах во время популярного у туристов праздника Древних Страхов, что-то наподобие Хеллоуина. Каждый отель проводит конкурс: кто напугает лучше? Одни одеваются пиратами и с дикими криками, стреляя по прохожим из водных пистолетов, выскакивают из кустов. Другие изощряются в жанре фотографии, придумывая кошмарные сюжеты. Лучшие снимки попадают на страницы местной прессы. Вот и Илья принял участие в веселье, изобразив собственное «убийство». Шутники из дирекции перепутали и отправили фотографии Ильи не в газету, а в… полицию. Там перепугались и послали запрос в российскую прокуратуру. Но, благодаря вмешательству Никиты, недоразумение быстро выяснилось и утряслось.
Лапушка – наконец, с его плеч свалилась тяжесть, успокоенный, утер пот со лба и благодарственно потряс руку Агафонову.
Что касается материала для читателей журнала, и тут Никита продемонстрировал высший пилотаж. Финал истории про похищение ответсекретаря и «красной папки», снабженный «пляжными» фотографиями, занял два разворота. Якобы одна малоизвестная певичка Л. возмечтала выйти замуж за успешного бизнесмена Ф. То, что владелец нефтяных вышек женат, актриску не останавливало. Девица привлекла в помощь пиар-агентство, зная, что лихие ребята в зависимости от желания заказчика способны любого человека как вознести до небес, так и утопить в море людского презрения. Рекламщики разработали операцию по дискредитации супруги бизнесмена. Слепили на компьютере фотографии мадам Ф. якобы с её любовниками, упаковали в красную папку, указав на обложке имя Перегудова (именно ответсекретарь в журнале занимается подбором иллюстраций). Сопроводительного текста минимум – лишь подпись под снимками, мол, центральная фигура на каждом кадре – жена бизнесмена Ф. Папку оставили на входе в редакцию журнала «ТриС». Издание, падкое до скандалов и сплетен, компромат непременно опубликует. В неверность супруги поверят читатели, в том числе и муж. Развод неминуем. Перегудов забрал папку, хватило одного взгляда, чтобы заметить следы фотошопа. Ответсекретарь бросил подделку на стол, но, уходя, сгребая бумаги в рюкзак, незаметно подхватил и папку. А в это время за певичкой велась активная слежка. Служба собственной безопасности, призванная ограждать бизнесмена от приставаний нежелательных личностей, давно приметила наглую особу. «Наружка», используя спецтехнику, прослушивала разговоры, которые вела девица в пиар-агентстве, зафиксировала доставку курьером подозрительной красной папки. Ночью службисты проникли в кабинет ответсекретаря, но документов не обнаружили. Тогда решились перехватить Илью по дороге на работу – парень как раз закидывал на заднее сидение машины злополучную папку – и доставить прямо к боссу. Чтобы тот из первых рук выяснил, что именно известно Перегудову. Однако на тот момент владелец нефтяных вышек отдыхал на Сейшелах. Поэтому Илью, периодически вкалывая снотворное-успокоительное, переправили в другое полушарие. Общение завершилось к обоюдному удовлетворению. Перегудов заверил, что издание никогда липовый компромат не печатает. Бизнесмен счастлив, его жена счастлива, разлучница осталась с носом. В благодарность за честность и принципиальность бизнесмен разрешил опубликовать историю, лишь одно условие: не указывать настоящего имени участников. Что редакция и сделала.
Серия материалов про «красную папку» читателям понравилась. По крайне мере, подписку на ближайшее полугодие вытащили. Как сообщил сияющий Олег Зуев, тираж, конечно, не вырос, но хотя бы не упал. И это достижение.
По стеклу застучали капли летнего ливня, Илья откинулся на спинку кресла и достал из кармана смартфон. С недавних пор он носил в кармане сразу два телефона. Один свой, второй – принадлежавший Тае. Причем второй аппарат не забывал подзаряжать, чтобы иметь возможность пролистать хранящиеся в электронной памяти фотографии. Перегудов втайне надеялся, что в один прекрасный момент сможет вернуть смартфон хозяйке. Недаром говорят, что на расстоянии многое кажется другим. С Таей они провели вместе лишь неделю, большую часть которой либо ругались, либо, разозлившись, дулись друг на друга. Но пустые, бессмысленные словесные перепалки (сразу и не вспомнишь, из-за чего они возникали) давно отошли на дальний план, зато перед глазами Ильи часто всплывал тот короткий диалог, который случился между ними однажды вечером. Когда девушка неожиданно раскрылась с совершенно иной стороны. И теперь Илья понимал, что именно такая – ранимая, неуверенная в себе – Тая и есть настоящая. А споры, противоречия – своеобразный защитный барьер, который она воздвигала, чтобы скрыть собственные слабости. Доказательством служили изображения Таи (мягкая, едва заметное движение губ, улыбка на лице!), сохраненные в смартфоне. Илья, как человек, имеющий дело с иллюстрациями, обратил внимание, что снимки, сделанные фотоаппаратом и телефоном отличаются друг от друга. Перед профессиональным объективом человек привык позировать, потому что фотографии издавна считаются неким артефактом, который неоднократно предстоит рассматривать в красивом альбоме не только самим героям, но и родственникам, друзьям, в перспективе – потомкам. А снимки, сделанные телефоном, воспринимаются как не существенное, сиюминутное, несерьезное. Поэтому люди выглядят на них гораздо естественнее. Как в жизни…
– Илюююшенька, – пропела Еленочка Андреевна, заглядывая в закуток к Перегудову; Илья поспешно выключил смартфон, – у меня идет текст про ресторанные десерты. Я тааак старалась, столько материала собрала, в одну колонку ну никааак не вмещается. Дай хотя бы две.
– Хитрая ты женщина, – прогрохотал голос Родиона Пухова: его голова выросла рядом, – сама ведь придумала рубрику: «Кулинарная колонка». Кто мешал назвать «Кулинарное биеннале», например, или «Кулинарная трилогия». Так что сокращай, голубушка, не капризничай.