Его наследник
Шрифт:
Она с секунду смотрела враждебно, потом взяла папку в руки и развернула. Какое-то время вчитывалась, хмурилась, мило кусала губы, задумавшись. Плохая привычка, особенно для делового разговора.
— И? — сказала она, когда отложила в сторону бумаги и снова встретилась с моими глазами своими голубыми. — Всё это мне уже поведал Андрей Евгеньевич.
— Это материалы для суда. Я так понял, что мирно решить вопрос у нас не получается?
— Нет, — с вызовом ответила она.
Смелая. Но ей это не поможет.
Наклонился
— Ты проиграешь, пойми. Мы оба только время потеряем. Меня признают отцом, как бы ты не сопротивлялась, будет по моему.
Мои слова ранили её, заставив растерять былую дерзость, но потом девушка взяла себя в руки:
— Подавайте в суд. Я тоже найму адвоката, и найду, что сказать. Я не отдам Богдана. Мира не будет.
А вот теперь ты, Вера, меня разозлила.
***
Вера.
— Я подам, не переживай. Вот только у тебя ещё есть шанс согласиться решить вопрос мирно, — сказал Игорь.
Я смотрела в ответ в глаза твёрдо, но внутри меня бился страх. И он стал в разы больше после этой фразы. Тихомиров ведь действительно многое может. А я — нет.
— Вы мне угрожаете? — спросила его, пряча истинные эмоции.
— Предупреждаю. Пока у тебя есть хорошая работа, есть чем платить за ипотеку, в МОЁМ жилом комплексе, кстати, я советую подумать. Поискать мирное решение. Ты ведь знаешь, что даже если я не стану отнимать у тебя права на ребёнка, его не отдадут под опеку матери БЕЗ жилья.
Лёгкие тут же стянуло. Он готов меня просто растоптать ради своей цели? Ему ничего не стоит меня уволить так, чтобы и туалеты мыть не взяли. Тогда квартиру заберёт банк за неуплату кредита, а может, и сам Тихомиров. Я знала, что дома его, но не думала, что мне это когда-то может выйти боком. Хочет лишить меня всего, чтобы суд отдал ему Богдана, а на матери-бомжу? Мои шансы остаться опекуном в самом деле упадут до случая чуда…
— Вы понимаете, что ребёнка травмируете, если лишите его матери?
— Вы будете общаться. Я не запрещаю.
Он говорил так, будто уже выиграл, и меня со счетов сбросил. Мне ужасно хотелось его ударить, я еле держалась. И еще зарыдать хотелось.
— Богдан будет плакать без меня. Он даже уснуть не сможет в вашем доме. Ваш дом ему чужой, вы ему тоже чужой. Сын вас совсем не знает.
— Ты поможешь нам подружиться.
— Я не буду этого делать!
— Будешь.
— Нет, — твёрдо ответила, давя комок в горле.
— Так, достаточно, — вдруг оборвал наш спор Игорь.
Он достал из папки ещё документы и положил их передо мной. Сверху упала ручка.
— У меня больше нет ни времени, ни желания с тобой спорить. Последний раз по-хорошему предлагаю — подписывай.
— Что это? — спросила, догадываясь и сама.
— Признание меня отцом, — не моргнув глазом, ответил Тихомиров.
Но я не готова его признавать! Тогда он точно заберёт Богдашу. Какой он к чёрту отец! Его не было в нашей жизни, когда я рожала, выхаживала маленького сына, не спала ночами, а потом тянула нас обоих одна. А теперь он внезапно хочет стать отцом МОЕГО ребёнка?!
— Я не буду подписывать. У Богдана есть только мама.
Игорь глянул на меня так, что я даже собралась в ком под его ледяным взором.
— Сказал, подписывай, — тихо повторил он.
Даже голоса не повысил ни на тон, а я снова вся затряслась.
— Нет, — снова упёрлась я.
Тихомиров протянул руку, схватил мою и сунул в ладонь ручку насильно.
— Пиши, — прорычал он.
Не говоря ни слова, просто пульнула эту ручку в него и угодила в район груди. Она отскочила от него и со стуком шлёпнулась на пол. Мужчина проследил за ней взглядом, а потом вернул его на меня.
Что я наделала? Я кинула ручкой в Игоря Тихомирова?!
Застыла в ужасе. Он меня сейчас по стене размажет просто. Зря я, но это был порыв эмоций, проконтролировать который я не смогла. Он нарушил моё пространство, схватив за руку, и я отреагировала.
Игорь встал на ноги, подошёл ко мне вплотную и взял в ледяные пальцы моё лицо, заставив властным жестом смотреть на себя. Карие глаза даже потемнели от гнева, они метали гром и молнии:
— Сколько времени? — внезапно спросил он.
Я растерялась от его вопроса и застыла на месте. Потом неосознанно вцепилась в его руку, пытаясь убрать. Не хочу, чтобы касался меня. Никогда.
— Отвечай на вопрос. Часы висят на стене. Читать стрелочки умеем?
— Восемь-сорок пять, — ответила ему.
— Запомни этот час, Вера Прибрежная. В этот день ты объявила войну Игорю Тихомирову.
Он небрежно бросил мой подбородок, отошёл в сторону и отвернулся.
— Пошла вон отсюда.
Дважды просить меня не пришлось. Я схватила дрожащими пальцами сумку и пулей вылетела из комнаты, чувствуя в свою спину острый, как нож, взгляд Игоря.
Глава 7
Бежала из этого ресторана, не оглядываясь.
От кого бежала? Не знаю. Не думала же я, что Игорь или его амбалы, вдруг побегут за мной? Но ноги несло, и лишь оказавшись на улице, я растерянно остановилась.
Моя машина осталась на парковке у офиса. Придётся вызвать такси. Всё ещё мелко трясущимися руками, открыла меню телефона и стала заполнять данные в приложении.
Адрес… Чёрт, какой тут адрес? Огляделась, но таблички не нашла на здании.
Пришлось возвращаться и спрашивать у сотрудников местонахождение их прекрасного заведения, которое, как я надеюсь, больше не увижу. Ассоциации останутся неприятные.