Если бы я был вампиром. Дилогия
Шрифт:
Вздохнув и пожаловавшись небу на то, что мне плохо и хуже быть уже не может (в очередной раз), я пошёл между крестами в сторону городка.
Вот только дойти до него мне было не суждено. Как только я сделал пару шагов по очередному холмику без опознавательных знаков, моя левая нога провалилась по колено прямо посерёдке могилы и застряла. Я судорожно дёрнул ногой и вдруг почувствовал, что правая нога тоже отправилась вслед за левой, а в следующую секунду я отправился за ними куда-то вниз, в провал, появившийся на месте едва видневшейся могилы.
— Эй! Ты посмотри, что за находка!
В
— Свежевырытая могилка, даже не закопанная. Неужели они до того обнаглели, что даже не закапываются? Давай-ка глянем, что там.
Послышалась какая-то возня.
— О! Лежит, даже не потрудился спрятаться. Щас я его колышком-то и прищучу.
Это меня, что ли, колышком?!
— Стой! Давай сначала проверим, вампир ли он, а то в прошлый раз убили какого-то бродягу, уснувшего на улице. — Это уже был другой голос.
— Если после того как я ему сердце колом проткну, он умрёт, значит, он и есть ентот самый вампир.
Замечательная логика. Как жаль, что я даже пошевелиться не могу, я бы проверил, вампир ли он сам.
— Гений, а если тебя колом в сердце? — раздался голос первого.
Возникла небольшая пауза.
— Зачем это?
— А чтобы проверить, вампир ли ты.
— Так я же на солнце стою, зачем меня проверять, к тому же, если мне кол в сердце, я же умру, — послышался озадаченный ответ.
— Так давай его на свет вытащим и проверим.
— Ну хорошо, только если он начнёт кусаться, то я не виноват.
Вот ещё. Делать мне больше нечего.
Послышался треск и грохот, а затем снова тишина. По всей видимости, кто-то спустился и ждал, пока я начну кусаться.
— Ну что ты там? — послышался голос моего спасителя.
— Уже тащу, — это был голос любителя кольев.
Я почувствовал, как меня тащат за ногу. Хорошо, что моё тело онемело, а то мало радости в том, что тебя тащат за ногу по неизвестно чему. Может, я поцарапаюсь, а потом будет заражение.
— Ну вот, а ты говоришь вампир. На солнце-то он не сгорел, — послышался удовлетворённый голос. Так уже утро? Сколько же я тут провалялся?
— Не вампир, а по мне так всё равно. Хороший человек не будет валяться в могиле. Слушай, а давай оставим его здесь? — предложил любитель кольев.
— Нет уж, давай потащим его в город. Может быть, он знает о пожаре, который произошёл в замке, да и вообще, не дело это, бросать его на съедение.
Мне этот человек определённо нравился. Правильно, не стоит меня бросать, тем более на съедение… На съедение?!
— А что это у тебя в руке? — неожиданно поинтересовался голос.
— В какой руке? — суетливо спросил любитель кольев.
— В правой.
— Э… да так, нашёл в могиле… мелочь…
Послышались звуки возни.
— Ничего себе мелочь. Это же чистое золото… сколько за него можно на рынке выручить!
Это же моё золото! Я его тащил вовсе не для того, чтобы какие-то оборванцы его на рынке продавали!
— Пополам? — обречённо спросил любитель кольев.
— Конечно, пополам. Ишь, спрятать хотел… ладно, потащили этого в город.
Тут меня взяли за руки, за ноги и понесли. Наконец-то я мог спокойно подумать. Как я здесь оказался-то? И где это здесь? Я слышал слово «вампир», это что, шутка? И что вообще за…
Неожиданно
Очнулся я от странного шума. Тело почему-то было вялым, да и мозги особой резвостью не отличались. Несмотря на всю вялость, я всё же открыл глаза и увидел край довольно приличной по размерам площади, забитой народом. Одет народ был довольно странно — что-то вроде жутко поношенной коллекции Славы Зайцева.
На меня смотрела вся толпа. Я просто-таки ощущал все их взгляды, что довольно странно, потому что тела, например, я почти не чувствовал: даже слух, и тот меня предал. Я совершенно не слышал того, что говорил дородный бородач в рясе, напоминающий инквизитора, вышедший из толпы и вставший передо мной. И того, что говорил другой мужчина, чем-то похожий на вельможного барона из фильма о Средневековье.
Да и не до них мне было. Я окидывал удивлённым взглядом толпу. Это с первого взгляда мне показалось, что одежда поношена, на самом деле в ней просто преобладали серые и тёмно-бежевые цвета. Покрой тоже был самым что ни на есть простым. Тут же почему-то вспомнился сон, в котором я видел людей в цветастых и невероятно вычурных нарядах. Это была полная противоположность. То же касалось и зданий вокруг. Все они отличались простотой и топорностью работы. Но все люди и здания померкли, когда я увидел его. Вдалеке, явно за чертой города, стояла скульптура огромной летучей мыши. Ну просто очень знакомой летучей мыши. Из странного красного камня. С жутко злобным выражением морды. Высотой она была с Эйфелеву башню, и она возвышалась над догорающим замком. Получается, что до этого я не увидел эту статую, потому что её закрывал от моего взгляда замок. Теперь же из города, стоящего на холме над кладбищем, я видел очень отчётливо, что замков там было несколько. Тот, из которого я выпал, был далеко не самым большим. Замки стояли вокруг огромной фигуры, деревня была поодаль, а между ними простиралось огромнейшее кладбище.
Пока мой взгляд блуждал, двое дискутирующих господ на чём-то сошлись и, подхватив по горящему факелу, дружно посеменили в мою сторону.
Своё тело я ощущал весьма смутно, однако этого хватило, чтобы понять, что я привязан к чему-то вроде столба. Под столбом конечно же была свалена куча хвороста. Именно её и собрались поджечь два мужика. Не доходя пары метров до меня, они остановились и уже собрались бросить факелы мне под ноги, когда на площадь въехали всадники в красных ливреях. Вся толпа резво расступилась перед ними, и люди в красном подъехали к мужчинам с факелами. Подъехавших было трое. Одеты они были во что-то напоминающее безразмерные рубахи и такие же просторные штаны. И то и другое было огненно-красного цвета.
Я даже не сразу понял, что до меня доносятся ещё не очень внятные, но всё же приятные до умопомрачения звуки. В том числе голоса людей.
— Уж не расправу ли вы тут собрались устроить? — властным голосом осведомился один из людей в красном.
— А хоть бы и так, — нагло поднял голову тот, кого я назвал Инквизитором. — Пограничным городам разрешается проводить суды и выносить смертные приговоры. Тем более если это вампир.
— Вампир? — переспросил самый молодой из троих всадников. — А что, солнце нынче вампирам уже не помеха?