Главный конструктор В.Н. Венедиктов. Жизнь, отданная танкам
Шрифт:
Было оформлено Постановление ЦК КПСС и Совмина СССР о технологической подготовке на «Уралвагонзаводе» производства танков Т-64А.
Немного ранее главный конструктор Л.Н. Карцев, понимая те трудности, с которыми может столкнуться производство «Уралвагонзавода» при изготовлении танков Т-64А, и выражая свои патриотические чувства, обратился к директору завода И.В. Окуневу, убеждая его дать согласие и поддержать в КБ разработку танка с четырехтактным двигателем повышенной мощности с приводным нагнетателем КБ «Челябинского тракторного завода», с отработанной на опытных образцах надежной
Директор завода согласился с доводами главного конструктора и просил всячески форсировать эти работы, обещая материальную поддержку.
С начала 1968 г. в КБ началась напряженная работа. Все конструкторы работали с неимоверным творческим порывом и отдачей физических сил, оставаясь на 2–3 часа ежедневно после окончания рабочего дня.
Документация на опытный образец «Объекта 172» была выдана в опытный цех, и во второй половине 1968 года первый образец был изготовлен и отправлен на испытания в Туркестанский военный округ в район г. Теджен. Руководителем испытаний был назначен В.Н. Венедиктов.
Испытания проводились круглые сутки. Танк бегал по барханам и на больших скоростях по такыру, стрелял на полигоне. В последний день, когда наша бригада на реке Теджен лакомилась ухой, мы с Е.Е. Кривошеей написали отчет по результатам испытаний: я — по работе моторно-трансмиссионных узлов и ходовой части, а Кривошея — по АЗ, системе управления огнем и результатам стрельб.
В Москве результаты испытаний вызвали переполох в нашем министерстве и восторг — УНТК. Дело в том, что до этого момента проведенные испытания и эксплуатация танка Т-64 в войсковых частях показали крайне низкую надежность этих танков.
Высшее руководство Министерства обороны стало поворачиваться лицом к «Уралвагонзаводу».
Летом 1969 года были проведены сравнительные испытания харьковского и тагильского танков:
— в европейской части СССР — два «Объекта 172» и 3 «Объекта 434»;
— в Средней Азии (на базе войсковой части в Бикраве) — по два «Объекта 173» (с механизмом заряжания карабинного типа) и «434».
В европейской части наши танки прошли успешно и первыми закончили испытания по программе, а в Бикраве один «Объект 173» вышел из строя.
В.Н. Венедиктов, ставший в августе 1969 года главным конструктором, предложил мне поехать вместе с ним в Бикраву.
То, что мы увидели на месте, произвело на нас удручающее впечатление. У танка было зафиксировано 3 серьезных отказа (выход из строя нагнетателя двигателя, поломки гитары и вентилятора системы охлаждения).
Трудно было смотреть на состояние Валерия Николаевича — он осунулся, а ему нужно было ехать в министерство с докладом о результатах испытаний.
По дороге в гостиницу Ашхабада он долго сидел мрачный и заявил, что в министерстве он откажется от дальнейшей доработки «Объекта 172». Мне пришлось долго его убеждать, чтобы он не делал такого заявления. Когда это удалось, он потребовал, чтобы я летел с ним в Москву.
К удивлению, совещание прошло нормально. Валерий Николаевич заверил всех, что необходимые доработки будут выполнены в самое ближайшее время. Так для него и всего коллектива КБ началась кропотливая работа по доводке опытных образцов —
В дальнейшем я никогда больше не видел растерянным Венедиктова. Он полностью овладел своими правами и властью. Под его руководством проводились заводские, полигонные и войсковые испытания опытных танков — «Объекта 172» и «Объекта 172М», и шла непрерывная доработка и совершенствование их конструкций.
Все резче обозначалось противостояние руководства Министерства обороны, активно поддерживающих работы УКБТМ, и сторонников Т-64 (в дальнейшем и газотурбинного танка Т-80, разработанного КБ «Кировского завода» г. Ленинграда) — руководства Министерства оборонной промышленности с подведомственными ему отраслевыми институтами.
Как член государственной комиссии по проведению контрольно-войсковых испытаний «Объекта 172М» в 1973 году я подписал заключение комиссии, в котором было отражено, что «по объему доработок, проверки их эффективности и уровню надежности танки «172М» готовы к принятию их на вооружение и серийное производство».
Заключение комиссии было подписано с «особым мнением» Н.А. Кучеренко (МОП), Э.К. Потемкина и А.С. Развалова (ВНИИТМ), настаивавших на продолжении и расширении испытаний, несмотря на то, что программа испытаний, утвержденная Начальником танковых войск и заместителем Министра оборонной промышленности, была выполнена в полном объеме.
Я видел, как был возмущен начальник танковых войск главный маршал БТВ А.Х Бабаджанян позицией, занятой этими оппонентами. Он гневно заявил, что впервые сталкивается с такой позицией представителя министерства — изготовителя продукции, когда оно выступает против постановки на производство своего детища. В порыве ярости он обратился к Н.А. Кучеренко: «Вы на кого работаете?»
Мне хочется несколько слов рассказать о председателе государственной комиссии Иване Петровиче Вертелко. Во время испытаний он показал себя простым, душевным человеком и очень способным организатором.
Все члены комиссии жили в одной рядовой гостинице. Мы всегда просыпались от голоса Ивана Петровича, когда он рано утром отдавал указания подчиненным офицерам. Тогда мы и просыпались. А он до этого уже успевал сделать пробежку, зарядку и утренний туалет, но ни разу не сделал замечания нам, что мы поздно встаем.
Во время испытаний члены комиссии сидели у вышки, и нам была видна вся колонна, по кругу совершавшая марш. Однажды И.П. Вертелко заметил, что последний танк несколько отстает от остальных. Он остановил колонну и спросил у командира роты, в чем дело? Тот ему ответил, что водитель этого танка видимо плохо подготовлен и он уже запросил замену ему из полка. Иван Петрович подошел к этому танку и спросил у водителя: «Как тебя звать?». Тот ответил: «Казик». Когда водитель вылез из танка, все заметили, что он очень маленького роста. Выяснилось, что ему очень плохо видно дорогу, но он попросил: «Товарищ генерал, оставьте меня, я справлюсь». Генерал посмотрел укоризненно на его командиров и упрекнул: «Что же вы ему не поможете?» И предложил сшить Казику дополнительную подушечку на его водительское сидение. Проблема была решена, а Казик был счастлив.