Хетты

Шрифт:
Предисловие
Эта небольшая работа была написана по совету проф М. Э. Л. Мэллоуэна. Она представляет собой попытку дать английскому читателю сжатый очерк хеттской истории и цивилизации в пределах, определяемых сегодняшним уровнем наших знаний. Я не претендую на оригинальность большинства приведенных материалов. Почти все выводы, содержащиеся в этой книге, почерпнуты из трудов немецких и французских ученых, опубликованных за последние четверть века Однако обобщения этих результатов на английском до сих пор не существовало, и поэтому можно надеяться, что настоящая книга в какой-то степени сможет удовлетворить существующую потребность в таком синтезе.
Считаю своим приятным долгом поблагодарить всех, кто оказал мне добрую помощь в создании этой книги, особенно проф. А Гётце, позволившего мне прочесть рукопись подготовленной им статьи о предшественниках Суппилулиумы. Глава о законах и учреждениях составлена в значительной мере под руководством и с помощью советов Дж. Майлса. Проф Дж. Гэрстенг щедро поделился со мной многими соображениями, особенно при чтении корректур, а также великодушно предоставил в мое распоряжение ряд рисунков, первоначально сделанных для его
О.Р. Герни Борз — Хилл, Оксфорд
Введение. Как были открыты хетты
В Ветхом завете хетты фигурируют главным образом как одно из племен, живущих в Палестине, с которым израильтяне встретились, ступив на землю обетованную. Хорошо известен перечень племен, упоминающихся в книге Бытия (XV. 19–21), — кенеи, кенезеи, кедмонеи, хеттеи, ферезеи, рефаимы, аморреи, хананеи, гергесеи, иевусеи, а также более кратко в кн. Иисуса Навина (111.10) — хананеи, хеттеи, евеи, ферезеи, гергесеи, аморреи, иевусеи. С тем же представлением о хеттах как об исконно палестинском племени мы встречаемся и в других местах Ветхого завета: Авраам покупает пещеру Махпелу около Хеврона у сынов Хета (Бытие XXIII). Исав берет в жены хеттеянок (Бытие XXVI. 34; XXXVI. 2), Ханаан родил Хета (Бытие X. 15), Иерусалим — незаконный отпрыск аморрея и хеттеянки (Иезеюииль. XVI. 3). В одном месте (Числа XIII. 30) уточняется район Палестины, населенный хеттами: «Амалик живет на южной части земли, хеттеи, иевусеи и амарреи живут на горе, хаяанеи же живут при море и на берегу Иордана». Из книги Иисуса Навина (I. 2–4) как будто следует, что хетты населяли всю территорию между Ливаном и Евфратом, но смысл текста не очень ясен.
Во всем этом нет ничего, позволяющего заключить, что хетты играли главенствующую роль по сравнению с иевусеями или гергесеями. Однако, когда мы переходим ко временам монархии, картина становится совсем другой. Хеттские жены Соломона (3–я книга Царств XI. 1) считаются чужестранками вместе с моавитянками, аммонитянками, идумеянками и сидонянками. Более того, мы находим в двух местах ссылки на «хеттских царей». Во 2–й книге Паралипоменои (I. 17) говорится о том, что Соломон ввозил лошадей из Египта и продавал их «царям хеттейским и царям арамейским»; в 4–й книге Царств (VII. 6–7) мы читаем о том, что стану сирийскому послышался шум коней и колесниц и сказали они друг другу: «Верно, нанял против нас царь израильский царей хеттейских и египетских… и встали и побежали в сумерки». Влияние царей, внушавших такой ужас, не должно было ограничиваться пределами их царств.
Когда исторические хроники Египта были (расшифрованы, оказалось, что цари XVIII династии имели сношения со страной, называвшейся Хета, начиная с тех лет, когда Тутмос III проник на север Сирии и перешел Евфрат в XV в. до н. э. Народ Хеты со своими многочисленными союзниками сражался пропив Рамсеса II в битве при Кадеше на реке Оронт; эта битва с большими подробностями была описана египетским поэтом Пентауром. Тот же царь в более поздний период своего царствования заключил с хеттами договор, текст которого был высечен на стене великого храма в Карнаке. Кто мог сомневаться, что народ Хеты в египетских текстах и хетты в Ветхом завете представляли собой одно и то же? Этот факт, казалось, получил подтверждение, когда началась дешифровка клинописных ассирийских надписей и обнаружилось, что со времени Тиглатпаласара I (около 1100 г. до н. э.) Сирия была известна ассирийцам как «страна Хатти» со столицей в Каркемише. Тогда наличие хеттских поселений в Палестине в эпоху израильской оккупации или даже во времена Авраама выглядело естественным.
Так обстояло дело в 1876 г., когда А. Г. Сейс в докладе, прочитанном Обществу библейской археологии, предложил приписать хеттам найденные в Хаме (библ. Хамат) и в Алеппо базальтовые блоки, покрытые странными письменами. Один из хаматских камней был обнаружен еще в 1812 г. путешественникам Буркхардтом, который в книге «Travel in Syria» («Путешествия по Сирии») сообщал, что в одном из домов на базарной площади, в углу стены, находится «камень со множеством фигурок и знаков, напоминающих иероглифы, хотя и не похожих на египетские». Однако это сообщение прошло почти незамеченным, пока в 1870 г. двум американским путешественникам, Джонсону и Джессапу, не удалось найти еще пять подобных камней в стенах домов Хамы. Враждебность местных жителей, однако, помешала им получить надежные копии надписей, и лишь в 1872 г., когда Уильям Райт, миссионер в Дамаске, посетил Хаму в сопровождении турецкого правителя Сирии, эти надписи стали доступны для науки. Паша приказал выломать эти пять камней из стен домов и послал их в Константинопольский музей, впрочем лишь после того, как Райт сделал слепки с надписей. Один набор слепков был послан в Британский музей, другой — в фонд палестинских изысканий.
На камень из Алеппо, встроенный в стену мечети, впервые обратили внимание в 1871 г. Местные жители верили, что камень обладает способностью исцелять воспаление глаз, и целые поколения страдающие этим недугом терли глаза о его поверхность, сглаживая ее. Впоследствии сообщалось, что камень исчез, однако в действительности он был спрятан местными жителями и спустя много лет водворен на место.
Такие же письмена были найдены И. Д. Денисом в большом наскальном изображении над рекой в Ивризе, в горах Тавра. Девис назвал тогда это письмо «хаматским». Сочетание письма и рельефа позволило Сейсу установить некую общность ряда сходных памятников, сообщения о которых поступали из отдаленных частей Малой Азии в течение уже многих лет. Среди них на первом месте были остатки строений и наскальные изображения около Богазкёя и около деревни Аладжа — Хююк в излучине реки Галис (ныне Кызыл — Ирмак), описанные Шарлем Тексье в 1839 г. и Уильямом
Все это пробудило широкий интерес, и в течение следующих двадцати лет все большее количество археологов стало посещать Турцию. Наградой им было открытие множества новых аналогичных скульптур, в особенности в районе гор Тавра и Антитавра. Выдающимися были экспедиции Хуманна и Пухштейна (1882/83), Рамсея и Хогарта (1890), Шантре (1893), Хогарта и Хэдлема (1894), Андерсона и Кроуфута (1900). Раскопки в Каркемише, предпринятые Британским музеем в 1879 г., выявили ряд иероглифических надписей, а также другие памятники. При раскопках в Вавилоне в 1899 г. была найдена стела с подобными же надписями, а в период между 1888 и 1892 гг. множество памятников сходного стиля было раскопано в Северной Сирии немецкой экспедицией в Зйнджирли. Таким образом, когда в 1900 г. Л. Мессершмидт предпринял публикацию корпуса хеттских надписей, в него вошло около девяноста шести значительных памятников, содержавших надписи, не считая многочисленных печатей и оттисков с них.
Тем временем многое в истории хеттов прояснилось после открытия в 1887 г. телльамарноких писем — глиняных табличек с клинописью, большей частью на аккадском языке, содержащих дипломатическую и административную переписку царя Эхнатона и его отца Аменхотепа III (за последние несколько лет его царствования), что охватывало период приблизительно с 1370 по 1348 г. до н. э. В письмах от палестинских и сирийских вассалов содержались частые упоминания о царе Хатти и передвижении его войск; более того, среди писем одно было от самого Сушшлулиумы, царя Хатти, поздравлявшего Эхнатона с его восшествием на престол. Там были также два письма на неизвестном языке, одно из которых предназначалось царю некой страны, называвшейся Арцава; норвежский ученый И. А. Кнудтсон изучал эти письма в 1902 г. и указал на то, что этот язык имеет видимое сходство с семьей индоевропейских языков, но к этой точке зрения отнеслись в то время с большим скепсисом. Несколько фрагментов текстов на том же языке были также приобретены Э. Шантре в 1893 г. недалеко от Богазкёя.
Теперь многим ученым стало ясно, что раскопки в Богазкёе обещают принести богатые результаты. д-р Гуго Винклер добился концессии на раскопки, представляя Немецкое восточное общество, и в 1906 г. под его руководством работа была начата. Результаты не только оправдали, но и превзошли все ожидания. Было отрыто около 10 тыс. клинописных табличек, и стало сразу ясно, что археологи нашли царский архив. Оказалось, что большинство этих табличек было написано на том же языке, что и оба послания из «Арцавы», и не поддавалось прочтению, но некоторые из них были на хорошо известном аккадском языке Вавилонии, и предварительное их изучение показало, что столица «страны Хатти» была именно здесь. «Арцавский» язык был, очевидно, официальным языком этого «царства Хатти», и так же как ранее слово «хеттский» связывалось с иероглифическими письменами Хамы, так теперь слово «хеттский» заменило термин «арцавский» для обозначения языка клинописных текстов. Ибо что же означало «хеттский», как не передачу изначального «хатти»? Что касается датировки клинописных табличек, то благодаря счастливейшей случайности в первый же сезон раскопок был найден документ, который оказался хеттским вариантом уже упомянутого договора между Рамсесом II и царем Хатти; египетский вариант этого договора был датирован 21–м годом царствования фараона ( фактически «египетский» вариант представляет собой перевод текста, составленного хеттами и посланного в Египет, тогда как «хеттский» вариант является копией аккадского текста, составленного египтянами). Значит, здесь, а не в Сирии была столица этой «Великой Хеты», которая платила дань Тутмосу III, а затем сражалась и заключила мир с Рамсесом II. В предварительном сообщении Г. Винклера об этих табличках, опубликованном в 1907 г., приводился список царей Хатти, от Суппилулиумы в первой половине четырнадцатого столетия до Арнуванды в конце тринадцатого, после чего записи резко обрывались. Был сделан вывод, что в течение этих 200 лет каппадокийское хеттское царство главенствовало над другими государствами великой хеттской конфедерации, такими, как Каркемиш, Мелид и Хамат, упоминавшиеся в ассирийских хрониках; что это царство было опустошено около 1200 г. до н. э. вторгшимся народом мушки (в восьмом столетии ассирийцы обнаружили, что мушки все еще оккупируют эту часть страны) и что другие хеттские государства затем попросту восстановили свою независимость под гегемонией Каркемиша. Мы увидим, впрочем, что сирийские хеттсмие царства I тыс. до нашей эры, за исключением самого Каркемиша, были новыми государствами, возникшими после падения каппадокийского царства. Однако преемственность иероглифической письменности была установлена не только надписями на камне Нишан — Таш, стоявшем в середине огражденной части Богазкёя, но также и наличием иероглифических знаков в оттиске печати на одной из клинописных табличек.