Хроники Амбера. Книги Мерлина (авторский сборник)
Шрифт:
Он жадно отхлебнул вина.
– Иногда мне казалось, что в самом деле существует какая-то сила, какая-то скрытая реальность, к которой я уже могу почти прикоснуться. Почти… Но потом все исчезало, а оставалась куча дерьма, обыкновенный самообман. Да, иногда мне казалось, что я чего-то достиг. Но проходило несколько дней, и я сознавал, что лгал сам себе.
– Но все это было до того, как ты познакомился с Джулией?
Он кивнул.
– Да. Может быть, нас это какое-то время и связывало. Мне до сих пор интересно поболтать о всякой чепухе,
– Понимаю.
Он осушил стакан и снова наполнил его.
– В этом ничего нет, – продолжал он. – Существует бесконечное число путей самообмана или иррационального превращения вещей в то, чем на самом деле они являются. Наверное мне хотелось волшебства, но настоящего волшебства в мире не существует.
– Зачем же ты тогда бросил в меня Библию?
Он фыркнул.
– С таким же успехом это мог быть Коран или Веды. Было бы забавно посмотреть, как ты исчезаешь в огненной вспышке. Но, увы! Я напрасно старался…
Я улыбнулся.
– Как мне найти Мелмана?
– Минуточку… где-то здесь у меня… – он открыл ящик стола и достал небольшую записную книжку, полистал ее, потом записал для меня адрес на библиографическую карточку и протянул ее мне. Потом он отпил еще глоток вина.
– Благодарю.
– Это адрес его мастерской, но он там не живет, – пояснил Рик.
Я кивнул и поставил на стол свой стакан.
– Я тебе очень благодарен.
Он приподнял бутылку.
– Еще немного?
– Нет, спасибо.
Он пожал плечами и налил себе.
Я поднялся.
– Ты понимаешь, – медленно проговорил он, – это так грустно…
– Что именно?
– Что в мире нет волшебства, никогда не было, наверное, никогда и не будет.
– Это скверно, – согласился я.
– Ведь тогда мир был бы гораздо более интересным.
– Да.
Я повернулся, намереваясь уходить.
– Сделай мне одолжение, – попросил он.
– Какое?
– Когда будешь уходить, поставь указатель в витрине на три часа и захлопни за собой дверь.
– Конечно.
Я оставил его за столом в кабинете и сделал так, как он просил. Небо стало заметно темнее, а ветер еще холоднее. Я еще раз попробовал позвонить Люку из таксофона на углу, но и на этот раз мне никто не ответил.
Мы были тогда счастливы… Даже странно, как все удачно складывалось. Погода – само совершенство, и все, что мы задумали, получалось не хуже. Вечером мы пошли в гости, там было так весело… Потом мы ужинали в прелестном местечке, которое обнаружили совершенно случайно. Мы долго сидели за бокалами с вином, не желая, чтобы день кончался, потом решили продолжить эту полосу удач и поехали на пустынный берег, где сидели, плавали, смотрели на луну, а ветер легонько шевелил наши волосы. А потом… потом я сделал одну вещь, которую не должен был ни в коем случае делать. Но разве Фауст не считал, что прекрасное мгновение
– Пойдем, – сказал я.
Я метко отправил пустую банку из-под пива в контейнер для мусора и поймал Джулию за руку.
– Отправимся на прогулку.
– Куда же? – спросила она.
Я помог ей подняться.
– В волшебную страну, – сказал я, – в далекий сказочный предел, в Эдем. Идем же!
Она рассмеялась и позволила мне вести ее.
Мы пошли вдоль кромки берега к тому месту, где полоса песка сужалась.
Луна висела в небе роскошная и желтая, а море словно пело мою любимую песню.
Мы шагали рука об руку, пока неожиданный поворот тропинки не увел нас в сторону от полосы песка. Я стал искать глазами пещеру, которая должна была вот-вот появиться, высокая, узкая пещера.
– Пещера, – объявил я минуту спустя. – Давай войдем?
– Там темно…
– Вот и прекрасно.
И мы вошли в пасть пещеры.
Шагов шесть нам еще светила заглянувшая в пещеру луна, и за это время я успел заметить поворот налево.
– Сюда, – уверенно произнес я.
– Но здесь так темно!
– Естественно. Держись за мою руку покрепче. Все будет в порядке.
Еще пятнадцать или двадцать шагов – и справа что-то неясно засветилось.
Я повел Джулию к повороту, и по мере нашего продвижения вперед, свет становился все ярче.
– Мы можем заблудиться, – негромко проговорила она.
– Я никогда не заблужусь, – успокоил ее я.
Свет становился все ярче. Еще поворот, короткий коридор, и мы оказались у подножия горы. Ниже виделся лес, и солнце прошло уже половину утреннего пути над деревьями этого леса.
Джулия замерла, широко раскрыв голубые глаза.
– День! – изумленно воскликнула она.
– Темпус фугит, – ответил я. – Идем.
Некоторое время мы шли через лес, слушая песни птиц и ветра в ветвях, темноволосая Джулия и я. Немного спустя я провел ее через каньон цветных трав и камней, по дну которого протекал хрустальный ручей, впадавший в реку.
Мы шли вдоль реки, пока не оказались у обрыва, уходящего вдаль, полного радуг от падающей воды и туманов.
Стоя на гребне водопада, глядя на обширную долину у наших ног, мы увидели шпили и купола города, золотые и сверкающие, как бриллианты, смутно проступающие сквозь утренний туман.
– Где мы? – шепотом спросила Джулия.
– Прямо за поворотом, – ответил я. – Идем.
И я повел ее влево по тропинке, которая вела нас обратно вдоль обрыва, пока мы не миновали водопад. Тени и алмазные брызги, мощный рев, а потом еще большая мощь тишины…
Наконец мы вошли в туннель, поначалу влажный, потом высохший по мере того, как мы поднимались выше.
Туннель вывел нас в галерею, открытую с левой стороны, глядевшую в ночь, где ярко сияли звезды…
Зрелище было грандиозное. Сияние незнакомых созвездий было настолько мощным и ослепительным, что наши фигуры отбрасывали тени на стену позади нас.