И пришел Лесник! 3
Шрифт:
— Что? — холодно посмотрел на него Гранит. Нас он встречал не так.
— Кого поставишь во главе? — он, не глядя протянул руку, и сидящий рядом человек весь покрытый бледными пятнами вложил ему в руку полный стакан самогона.
— Лесника, ты замом у него будешь, — Гранит не зря заслужил своё прозвище, ответ его был твёрдый как камень.
— Ни чё не попутал? — голос его мне тоже не понравился. — Чел вообще левый, ни разу той дорогой не ходил.
— Какие вопросы? Лесник человек авторитетный. Он уже несколько кластеров наглухо зачистил. Слышал? Ну, а чего тогда, быкуешь? Я в нём
— Воля твоя. Ты главный. Давай выпьем что ли за знакомство. Шаман, — представился он и потянулся через стол чокаться. Чокнулись, выпили. Начались гляделки. — Где-то я тебя видел уже.
— Вряд ли. Я здесь недавно, а до этого мы точно не могли встречаться, — пожал плечами я.
— А это твоя команда, познакомишь? — в руках у него оказались чётки, своими толстыми пальцами-сардельками он медленно перебирал их и внимательно посматривал на нас.
— Охотно. Жена моя Лиана, — он ей тоже не понравился.
— Шустрый Лесник, а ты не дочка Жанны случайно?
— Ага, угадал, — вяло ответила жена.
— То-то я смотрю похожа на кого-то, а ты не промах Лесник, — растянул губы в улыбке Шаман, обнажив крупные жёлтые с чёрным зубы. Как она может быть похожа, если Лиана была приёмной, он не сообщил.
— Так получилось, папаша Кац, известный в своей среде знахарь, — Кац не переставая жевал балык
— Моё почтение, папаша, — Шаман дотронулся до своей шапочки.
— Наташа, убийца скреббера, — девушка приосанилась.
— Она? Охренеть, ни за чтобы не подумал.
— Бес, ментат с Острова, был правой рукой Удмурта.
— Наслышан. Как там теперь мой зёма без правой руки? — и заржал.
— Гном, великий следопыт и уничтожитель нолдов! — юноша покраснел.
— Люсьен, наше смертельное секретное оружие, — двусмысленно произнёс я.
— Приятно познакомиться, — каркнул Шаман, сказано было так, что наше знакомство ему, как кость в горле. — Ты в первый раз пойдёшь в Вавилон, Лесник?
— Да, мы там ещё не были.
— На гастроли или эмиграция? — ухмыльнулся Шаман.
— На гастроли. Говорят, там развелось нечисти всякой, — Лиане надоело его слушать. — Постреляем всех и в Пекло на ПМЖ.
— Куда? — не понял Шаман.
— Постоянное место жительства, — по буквам повторила Лиана.
— Ты сам то зачем в Вавилон? — спросил я.
— Отоварится. Стронги мы, оружие, патроны, технику кое-какую прикупим. Потом назад с обратным караваном. Не мало вас с мурами тягаться? — съехал с темы Шаман.
— Нам хватает, а что хочешь помочь? — спросил Бес.
— Можно и помочь. Нас здесь человек пятьдесят, можно ещё столько же подтянуть. Замутим что-нибудь?
— Вот доберёмся до Вавилона, там и решим, — чем-то они мне напомнили бандюг из Гадюкино. В отличие от того случая, этих с нами объединяло общее дело и ответственность. Не будут же они здесь задираться. Оказалось, что я ошибался.
— Слышь, Шаман, я эту шмару признал, — сидевший рядом с Шаманом человек в бледных пятнах на коже указал ему на Люсьен. — Это же та соска из Чертаново.
— Облезлый, ты, верно, ошибся. Как в такой команде мечты может затесаться шлюха, — вальяжно развалился Шаман, покручивая чётки. Гранит мигом сделался каменным и привстал из-за стола. Гном покраснел как барышня, надо будет с ним провести беседу по методу товарища Камо. Ну и гондон же ты, Шаман.
— Чё ты сказал? — он подался вперёд. Я опять произнёс это вслух? Ну и ладно.
— Что слышал, — заржала Лиана. — Пидорасина ты косоглазая!
— Ты кого шлюхой назвал, выкидыш облезлый? — Люська взяла со стола стакан и плеснула в рожу Облезлого самогоном. Тот сразу схватился за лицо и завыл как баба.
— Вы трупы! — взревел Шаман, вставая из-за стола. Что сидел, что стоял никакой разницы. Просто квадрат на ножках. Я не стал ждать, когда атлант расправит плечи, что будет дальше было прекрасно известно. Рядом с Шаманом я оказался за секунду и прижал его руку к столу. Посмотрев ему в глаза, я достал нож и резко отрубил ему мизинец.
— В следующий раз я отрежу тебе язык! — пообещал я Шаману. Тот увидел свою руку и заревел, как тот элитный медведь. Получив хороший тычок в гортань, он свалился под стол и пополз, извиваясь по полу стремясь скрыться с глаз. Гранит улыбался, наверное, давно хотел сам отмудохать Шамана, но как глава стаба не мог себе этого позволить.
— Шамана зарезали, — завизжал проморгавшийся Облезлый и выхватил пистолет. Зря он это сделал, ох зря. У Наташи и так с нервами беда, короче местная столовка мигом обзавелась ледяной скульптурой. Видя такой беспредел с мест повскакивали дружки Шамана и пошла рукопашная. Наши девки дрались наравне с нами. Папаша Кац так вообще удивил меня, он схватил тяжёлый стул и с размаху опустил его на голову стронгу, который облапал Люську. Одновременно с этим громом небесным, стронг потерял как минимум одно яйцо от сапога нимфы и в экстазе свалился к Шаману. Бес принял на себя двоих, что интересно эти двое застыли на мгновение, получив ментальный приказ, а затем тихо свалились на пол. Третьему он без всяких премудростей сломал нос тяжёлой кружкой. К Наташе после Облезлого никто приближаться не решился, а вот на Гнома насели сразу трое, стараясь свалить его с ног.
— Лесник! — я повернулся на крик и увидел, как один из банды Шамана наводит пистолет на Лиану. «Одер»
Это уже свинство. Драка дракой, но убивать, тем более мою жену я позволить никак не мог. Через секунду я уже был рядом со стрелком. Выхватил у него пистолет и вероятно сломав ему при этом запястье, я с силой воткнул оружие стволом вниз в его черепушку, пробив её насквозь. Ребята совершенно не умели играть по правилам, да и было их здесь человек тридцать. Что же компенсируем, я схватил длинную лавку, сам удивляясь неизвестно откуда взявшейся силе, и кинул её в нападавших. Лавка собрала сразу человек восемь, о них можно было забыть. Следующим этапом я освободил Гнома от насевших на него бандитов. Двумя ударами я сломал, как кукол пополам двух человек, а третьего схватив за ремни портупеи приподнял и отбросил в конец зала. Дальше я озверел настолько, что уже убивал, совершенно не стараясь сдерживаться и очнулся только когда в уши ворвался звук выстрелов. Это стрелял в потолок Гранит. Я оглядел своих, вроде все целы, затем свои руки. Запястья уже распухли и зверски болели. Папаша Кац сразу всё понял и достал из своей сумки накладки и одел мне их.