Ключ от школы фей
Шрифт:
– Саманта Холланд, ты закончила завтрак?
Я сжала зубы до хруста. Придется-таки привыкнуть к этой фамилии. Называть меня Ройс тут точно не желали.
Ко мне направлялась та самая дама, что приходила к нам в дом в компании с коротышкой. Она была деканом факультета, на который меня зачислили. Звали ее Марша Дэвис.
– Да, – отозвалась я, и сова мгновенно вновь устроилась на плече.
Если декан и удивилась, то никак этого не показала.
– Идем, педагоги хотят встретиться с тобой до занятий, чтобы понять, каким
Мне категорически не понравился тон. Но я смолчала. В конце концов, меня леди Дэвис навязали. Она имеет право выказывать недовольство.
– Сейчас нет времени переодеваться, но завтра будь добра выбери наряд приличнее, – добавила декан, пока мы пересекали столовую с гостиной и направлялись к выходу из обители травников. – Я понимаю, что тебе не выдали форму. Распоряжение ректора, ничего не поделать. Но у тебя же есть платья?
– Нет, – ответила я честно. – Но даже если б были, я предпочитаю брюки. Уж простите за прямоту, леди-декан, но раз меня не хотят видеть в форме вашей Школы, я буду ходить в том, в чем мне удобно.
Леди Дэвис криво усмехнулась.
– Такая же своенравная, как отец, – бросила сердито. – Кровь – не водица.
Я чуть кулаками не затрясла. С трудом сдержалась.
Нет у меня ничего общего с Альбертом Холландом. Нет, и все тут!
Педагоги (десять магов) ждали в круглом зале с зелеными стенами. Идеальный цвет для травников. Ему полагалось успокаивать, но я не ощутила и намека на умиротворение. Педагоги взирали на меня, как на редкое, но отнюдь не полезное насекомое. Кое-кто, судя по кислым лицам, явно надеялся, что меня скоро прихлопнут. Во избежание проблем. Особенно перекосился пожилой травник с куцей бородкой.
– Задавайте вопросы, леди и господа, – велела леди-декан, подтолкнув меня на середину зала, аккурат напротив стола, за которым восседали «экзаменаторы». А как их еще назвать?
Хорошо еще, что сова, по-прежнему, оставалась на моем плече. Это давало надежду, что меня хотя бы никто не заколдует.
Впрочем, нервничала я зря. Моя бабушка не случайно была выдающейся травницей и отличной наставницей. Стоило прозвучать первому вопросу, как я поняла, что ничего страшного меня тут точно не ждет.
– Для чего используется календула? – спросил тот самый пожилой маг.
– Настоем можно полоскать горло при ангине, а также лечить ожоги и долго незаживающие раны, – отчеканила я без запинки, ведь не раз использовала это растение для приготовлений снадобий.
– Какая польза от крапивы?
– Отвар используют против выпадения волос.
– А от душицы?
– Отличное средство от кашля и мигреней.
И так по кругу. Педагоги задавали вопросы друг за другом. Снова и снова. Много вопросов, штук пятьдесят, а то и больше. Но я на каждый отвечала без запинки. Ничего сложного. Я все это отлично знала. И умело использовала знания.
В конце
– Сама вижу, – проворчала леди Дэвис. – Теории обучать нет смысла. Все знает не хуже нас. Остается магическая составляющая. А нам пока неведомо, есть ли у нее способности к дару травников.
– Может, намекнуть леди-ректору, что необходим полноценный отбор? Зуб даю (а у меня их осталось не так много), девушка продемонстрирует таланты совершенно к иным разделам магии. Вот увидите, она стихийница, как отец, а вовсе не травница.
– Я говорила это Белинде, – призналась леди-декан после вздоха. – Но ответ отрицательный. Новенькую не допустят к артефакту. Так что придется расхлебывать нам.
Я слушала их разговор и едва не скрежетала зубами. Говорят так, будто меня тут и нет вовсе. Или я настолько тупа, что неспособна сообразить, о чем речь. Но я все отлично понимала. Дражайшая мачеха не желала, чтобы я изучала папочкин раздел магии. Если честно, я не возражала. Не хватало еще учиться на его факультете! Лучше я среди травников отсижусь. Не знаю, на что я способна на практике, но хоть в теории точно не окажусь среди отстающих.
– Предлагаю отправить ее в тренировочный зал, – вынес вердикт старик. – Пусть испытает силенки. А дальше поглядим, что с ней делать. Леди Мейз, – он повернулся к молодой женщине с толстой русой косой. – Новенькая вся ваша.
– Какая прелесть, – протянула та неожиданным для ее кукольной внешности басом. – Ладно, моя так моя. Идем… хм… как тебя там?
– Саманта, – отозвалась я без выражения. – Саманта Ройс.
Педагоги переглянулись, кое-кто кашлянул, но поправлять никто не стал. Впрочем, я не сомневалась, что они упорно продолжат называть меня Холланд.
Мне ничего не оставалось, как отправиться за леди Мейз. По коридорам с факелами и коврами. Я не сомневалась, что дорога пройдет в молчании, потому глядела в сторону узких высоких окон, за которыми простирался сад, а вдали горы. И нисколько не обижалась на спутницу. Кто я такая, чтобы со мной разговаривать?
Однако…
– Сочувствую, – неожиданно проговорила она. – Наверное, совсем не радостно оказаться здесь против воли. Тебе ведь и в родном мире неплохо жилось?
– Неплохо, – согласилась я.
Да, в последнее время дела шли не очень. Но уж точно лучше, чем сейчас.
– Еще и папенька у тебя парнокопытное создание, – добавила леди Мейз. – Вряд ли ты жаждала встречи с ним.
– Не жаждала, – вновь подтвердила я и призналась: – Но меня больше беспокоит его семейство, нежели он сам.
– Зря, – огорошила она, покосившись с любопытством. – Сестричка у тебя та еще заноза в самых неожиданных местах. Белинда же обычно отсутствием адекватности не страдает. С ней можно договориться. Габриэль неуправляемостью и неуемностью пошла не в нее, а в папеньку вашего общего.