Княжич Соколов. Том 3
Шрифт:
Пусть я и трехсотлетний Ловец в чужом теле, но все же он был мне отцом. По крайней мере человеческая психика считала именно так. И, так уж вышло, что дети считают своих отцов неуязвимыми и всезнающими «взрослыми». Этакими супергероями.
И я не был исключением. Тайн Сергей Соколов хранил так много, что это интриговало даже меня, а долгое зависимое состояние сформировало определенный образ сверхчеловека, коим вполне можно было назвать главу «Расправной палаты» и героя множества войн.
Рядовым и обычным я Сергея Соколова
Тем тяжелее было столкнуться с реальностью и каждой клеточкой души осознать, что Сергей Соколов все же простой человек. Один из семи миллиардов. С такими же пороками и слабостями, как и у всех.
Стоило это признать, как злость отступила.
— А вот это уже похоже на мат, — тяжело вздохнул я и направился обратно в машину.
Все что я хотел узнать я узнал, «Невидимый сокол» больше не сверлил мозг, а князь Сергей Соколов не блокировал дорогу. Задерживаться не было никакого смысла.
— Я с тобой… — тут же подскочил отец, но замер под моим безразличным взглядом.
Боль, стыд и отчаяние плескались в некогда уверенном взгляде всемогущего князя Сергея Леонтьевича Соколова, но меня это больше не трогало. Да и не должно было изначально. Пять лет на этой планете сделали меня мягким.
Совет Цитадели этого бы не одобрил. Я и сам этого не одобряю. Хотя иметь семью было… приятно.
— Тебе нельзя, — отстраненно констатировал я, забираясь в машину, — твой разум слишком уязвим перед даром Невского.
— Ты не можешь отправиться туда один!! — в бессильной ярости сжав кулаки выпалил отец.
— Так я и не один, — нашел в себе силы улыбнуться я и седан тронулся с места.
Бойцы с магострелами больше не смели заступать нам дорогу, а ворота ведущие на территорию царского лицея были приветливо распахнуты.
— Можешь считать, что «Коготь» твой, — задумчиво сказал я, но Алекс никак не отреагировал на подарок, который всем сердцем желал еще час назад.
Мне даже представить было сложно что сейчас творилось в голове парнишки и хватит ли Сергею Соколову «Когтя» чтобы откупиться от мести юноши, если его приемный дед Демьян Афанасьевич Стародубский окажется мертв.
Если Алекс возьмется за дело всерьез, мало кто сможет его остановить и даже владельцу «Невидимого сокола» придется считаться с такой угрозой.
Но сейчас полный внутренней ярости взгляд Алекса был устремлен вперед, а маленькие руки до побеления в костяшках сжимали кожаный руль седана.
— Резиденция государя в другой стороне! — возбужденно вскрикнула Эмилия, когда машина резко взяла влево.
Но Алекс что есть сил гнал в сторону главного корпуса лицея, а я не возражал.
Глава 8
Некогда оживленные и объятые простыми подростковыми переживаниями улочки Царского лицея сейчас пустовали. Вокруг витал запах гари и дыма.
Потяжелевший от вскинувшихся магических частиц воздух расступался перед машиной крайне неохотно.
Вязкий и тягучий, словно кисель, воздух обволакивал наш бедный автомобиль плотным коконом и постепенно мял его словно лист бумаги.
Фасады зданий и старинные парки лицейских полигонов были на удивление целыми. Лишь кое где прослеживались сиротливые черные полосы от огня да полуметровые трещины на свежеуложенном асфальте.
Защитные контуры полигонов отключались прямо перед нами и включались обратно, стоило нам проехать. Подарок от князя Сергея Соколова, который хоть и не мог присоединиться к нашей поездке, но отслеживать наше перемещение продолжил.
Территория Царского лицея выглядела не разрушенной, а скорее покинутой, но это ощущение было ложным. За окнами зданий, которые мы проезжали, мелькали любопытные и напуганные молодые лица.
Заговорщики не убивали детей и это правильно.
После сегодняшнего дня, каким бы он ни был, обязательно наступит завтра. А там Илье Невскому придется разгребать последствия бунта. Всех Рюриковичей за один раз ему не убить и для его глобальных целей важно сделать так, чтобы оставшиеся в живых ничего не заподозрили раньше времени.
И самый легкий способ этого избежать, это взять под свой контроль уцелевших детей многочисленных родов Рюриковичей и указать им на виновников всех их напастей. То есть друг на друга или внешнего врага, не суть важно.
Главное, чтобы они не консолидировались против самого Ильи Невского. К тому же разъяренные и убитые горем дети весьма лакомые кусочки для силы Эфириала Подчинения.
А единственный человек, который мог уберечь юные дарования империи от пагубного влияния Ильи Невского, прямо сейчас сражался в смертельном бою.
Машину резко тряхнуло на очередном повороте. Алексу не нужны были мои подсказки, чтобы знать куда ехать. Черный столб вязкого дыма в виде исполинского дерева, разрубающего небеса он видел не хуже меня.
Возвышался столб дыма аккурат над центральным корпусом Царского лицея, во внутреннем дворе которого располагался кабинет директора в виде двухэтажной беседки с мраморной колоннадой, окруженной цветочным садом.
Чем ближе мы подъезжали к головному зданию, тем тяжелее становилось дышать. Да и следы битв встречались все чаще, а их венцом была сквозная дыра на месте парадного входа в центральный учебный корпус.
Будучи пять метров в диаметре, дыра сразу приковывала внимание к себе, оттеняя внимание от окружающей разрухи. Некогда зеленая площадь с пятью скульптурами и трехъярусным фонтаном была разрушена до основания. Словно именно на нее упал огромный метеорит и, будто попрыгунчик, отскочил аккурат в фасад центрального корпуса, проделав в нем эту огромную дыру.
Только благодаря защитным артефактам здание не обрушилось, а отделалось лишь разбитыми витражными окнами и трещинами, что паутиной расползлись в стороны.