Колонист
Шрифт:
Для диверсантов мы проработали легенду, согласно которой все они были экипажем португальского шлюпа, который должен был доставить миссию иезуитов на Гоа. Каждый выучил название несуществующего корабля, порт приписки и новые имена своих товарищей. Все они в подробностях изучили историю о «захвате» своего судна и о бое с моим патрульным фрегатом. Для каждого человека дополнительно была придумана история жизни. Это мы делали на всякий случай. Вряд ли рядовых матросов будут опрашивать за то короткое время, что они проведут в пути от порта до резиденции губернатора, но случится может всякое. Пять самодельных носилок с «лежачими ранеными» были оборудованы тайниками, в которых были спрятаны заряженные пистолеты, пороховые гранаты и другое оружие. Ещё несколько человек,
Казармы форта должны быть пусты. На берегу хватает укреплений. Из шестисот человек гарнизона, в главной цитадели обороняющихся, по нашим прикидкам, должны оставаться всего чуть меньше сотни военных. Остальные солдаты распределены по другим укреплениям и в битве за форт участия принять не должны. И все равно, сто на пятьдесят — это чертовски много! И слишком много предположений в нашем плане, слишком много рисков…
На случай, если монахов раскрыли и пытками заставили сознаться во лжи, вельботы, которые доставят «пленных» на берег, будут полны оружия. Возможно Алану и его группе придётся принять бой прямо на берегу. Возможно их постараются отвести в город, а не в казармы, всё может быть, и мы должны быть готовы к любому раскладу. Да и вооружить пленную команду клипера стоит прямо в лодках. Если обмен пойдёт не так как мы планируем, то и несколько десятков бойцов, пусть и не в лучшей форме, им всегда пригодятся. Мои моряки, которые ходили торговать в Китай, все подготовленные парни, они много раз смотрели смерти в глаза, и я уверен, случись бой, они меня не подведут.
— От брата Анатолия нет вестей, как только стемнело за ним в очередной раз отправилась лодка, однако нужно рассмотреть и тот вариант, что ему договорится не удалось — уже вечером, перед днём атаки я снова собрал совещание — что будем делать? Высказывайтесь.
— Даже если с китайцами не договоримся, мои парни всё равно выйдут ночью по плану — начал Мур — ночь обещает быть тёмной, погода портится, обмотаем уключины тряпками и пройдём не заметно. К утру лодки уйдут назад, а мы успеем спрятаться на берегу. Со стороны китайского берега на полуострове нет строений, берег не заселён. Там полно камней и скал, несколько десятков человек пару часов вполне смогут укрыться.
— По докладу команды вельбота, что доставляла брата Анатолия на берег, залив между китайским берегом и Макао патрулируется двумя китайским джонками — возразил я — шанс, что вас обнаружат ещё на воде очень велик.
— Эти джонки не больше баркаса, экипажа там всего около десяти человек. Если они на нас наткутся, мы возьмем их на абордаж и уже на них продолжим путь. Это даже лучше, китайский патрульный корабль не вызовет подозрений у португальцев — продолжил обыгрывать ситуацию Мур.
— Взять то вы их конечно возьмёте, но это будет означать, что мы напали на бойцов местного мандарина. Я уверен, ему это не понравится. Такими действиями мы рискуем получить ещё и войну с Китаем. Джонки трогать нельзя! — остановил я бурную фантазию ирландца.
— Мы справимся сами, даже если подкрепления не будет — это Алан вступил в разговор — вы правы, посылать десант без договоренности с китайцами опасно. Может сорваться вся операция, если их обнаружат. Предлагаю, если Анатолий не вернётся, группу поддержки не отправлять. В крайнем случае, если мы не сможем захватить весь форт или нас оттуда выбьют, мы хотя бы постараемся заклепать пушки или взорвать пороховой склад. Во время первой же атаки, мы все сразу пойдём на стены, к пушкам. Должны с этим справится, даже если нас потом всех и положат.
— Должны они… — разозлился я — вы выжить должны! Нахрена мне выручать команду клипера, если я вас вместо них положу?! Тогда уж проще просто начать бомбардировку береговых укреплений, бухты и города, спалив к чёртовой матери этот гадюшник вместе с клипером! Мы первоначально строили этот план исходя из того, что подкрепления всё-таки будут. Я вот не пойму тебя Алан, тебе что, жить уже надоело? Ты же всегда был острожным, а сейчас готов бросится в эту авантюру с неизвестным исходом, даже если это будет грозить смертью. У нас нет цели захватить Макао любой ценой! Наша цель выручить парней, вернуть имущество, и не потерять возможности торговать с Китаем. Отомстить можно и по-другому, если ты этого хочешь. Можно просто установить блокаду, не пуская корабли к португальцам, и топить их собственные, можно сравнять город с землёй, можно много чего. Думайте ещё, я за вас должен это делать что ли?
Мои офицеры погрузились в раздумья, я тоже ломал себе голову. План, который вчера казался хоть и безумным, но вполне реализуемым, сейчас у меня вызывал стойкую неприязнь. Без подкреплений Алан может не справится и тогда потери и цена операции станут попросту чрезмерными.
Брат Анатолий вернулся далеко за полночь, когда мы уже перебрали все возможные варианты действий и я готов был отдать приказ об отмене операции. Монах выглядел усталым и помятым, но судя по блеску в глазах, он был доволен собой.
— Сто таэлей серебра! — с порога заявил монах — я должен вернутся на берег через час!
— Быстро вестового за казначеем! — отдал я приказ, не теряя времени — а пока деньги собирают, рассказывай! Вина ему налейте!
— Благодарю господин Виктор! — монах с жадностью вылакал целый кубок одним залпом — попасть к мандарину береговой охраны и стражи стены мне удалось только сегодня, хотя в ямэнь меня привели ещё прошлой ночью. Это магистрат местный. Мне повезло, что я европеец и монах, так что на суд из тюрьмы меня отправили уже на следующий день. Китайцы там судебных разбирательств месяцами ждут. Стражи не знали португальского, а я не владею китайским, так что пришлось посидеть в яме. На суде я едва смог уговорить мандарина встретится со мной лично, до оглашения приговора, хвала богу, что там присутствовал переводчик. Чэнь Чэн согласился сразу, но торговаться нам пришлось изрядно. За сто таэлей серебра сегодня патрули будут ловить разбойников, вдали от Макао. Экипажи джонок присоединятся к ним. Только сегодня ночью. Если начнётся бой, Чэн вмешиваться не будет, а вот после него, вам придётся встретится с ним лично. Ему нужно время обдумать наше предложение. Но я уверен, что, если мы свергнем португальцев, сам он решить ничего не сможет. На его шапке штырь только с лазуритовым шариком сверху, а это значит, что он даже не губернатор провинции, у того должен быть рубиновый.
— А штаны у него какого цвета? — заржал я, настроение у меня стремительно поднималось. Мне вспомнился фильм «Кин-дза-дза!», где жители планеты Плюк так демонстрировали свой социальный статус — не жёлтые случайно? Надо же мне знать, что мне делать, когда я с ним лично встречусь!
— А это тоже имеет значение? — удивился Анатолий — я не располагаю данной информацией, и буду рад, если вы поделитесь ей со мной, во избежание недоразумений при общении с китайскими чиновниками. А штаны у него синего цвета.
— Лошара! — презрительно скривился я — у нормальных пацаков штаны должны быть желтого или малинового цвета! Ладно, проехали, бери деньги и дуй обратно. Скажешь мандарину, что я с ним обязательно и с радостью встречусь, когда всё закончится. Главное, чтобы никого из его людей сегодня ночью и утром в заливе и на берегу не было.
Брат Анатолий, шатаясь от усталости и выпитого вина, отправился обратно на берег, а мы приступили к реализации своего плана.
Утро выдалось пасмурным, на море было лёгкое волнение. Погода портится, у нас только один день на всё про всё, скорее всего ночью будет шторм. Лодки с бойцами Мура давно ушли к своей цели, и сейчас в вельботы грузились «пленные». В потрёпанных кафтанах, покрытые запёкшейся кровью и копотью, они выглядели жалко. Все они были связаны, у многих на лицах сверкали кровоподтёки и ссадины. Кровь конечно была не человеческая, пару овец стали донорами для моих бойцов, а морды они сами себе разукрасили, старательно вживаясь в роль и стараясь выглядеть правдоподобно.