Король обезьян, тропическая комедия
Шрифт:
Ласточкин сидел на пальме и смотрел в бинокль, как на женском пляже загорает Таня Иванова с подругами без лифчиков. Таня долго лежала на животе и читала журнал, а потом перевернулась на спину и накрыла журналом лицо.
— Фьють! — присвистнул Петя. — Вот это да!
Вдруг из воды вышла ещё одна обнажённая Таня Иванова. Петя чуть не свалился с пальмы.
Прилетел попугай Ара и сел Пете на плечо.
— Кар! — сказала птица.
— Что, брат ара, — спросил Ласточкин, — и тебе
Петя поднёс бинокль к попугаю.
Попугай щёлкнул клювом и сказал:
— Твою мать!
Внизу треснула ветка. Ласточкин опустил голову.
Под пальмой стоял Вовин негр Гарри. Гарри приложил руку ко рту и заухал совой.
Из кустов вышел старый одноглазый негр в кожаном пальто.
Чёрные подняли руки и ударили в ладоши.
— Хеллоу, — сказал Гарри.
— Хеллоу, — одноглазый поправил на глазу кожаную повязку.
— Кар! — крикнул на пальме попугай ара и тряхнул крыльями.
Красное перо опустилось негру Гарри на голову.
— Красное перо — тревожный знак, — сказал одноглазый. — Надо спешить, — он взял перо и заложил его себе за ухо. Он подпрыгнул и врезал ногой по пальме.
Петя вцепился в дерево.
Попугай ара перелетел на другое плечо.
— Кар!
— Кстати, Гарри, — продолжил одноглазый, — хочу тебе показать, чему я научился.
— Он вытащил из кармана гвоздь и протянул негру. — Приставь к пальме, а я пяткой вобью его в ствол по самую шляпку.
Гарри приставил гвоздь к дереву.
Одноглазый опять подпрыгнул и ударил пяткой Гарри по пальцам.
— Ой-ей-ей! — заорал Гарри.
— Кар! — попугай вцепился когтями в Петю.
Петя застонал.
— Извини, черномазый, — Одноглазый похлопал Гарри по плечу.
Гарри через силу улыбнулся.
— Хай, — одноглазый коснулся мизинцем кончика носа.
— Хай, — Гарри повторил тот же жест.
Негры разошлись по кустам.
Петя подождал немного, сказал попугаю «Кыш» и спустился с пальмы.
Костя с букетом тропических ярких рододендронов спускался по склону вулкана в приподнятом настроении. Внизу в парке в плетёной из живого кустарника беседке его ждала Татьяна Иванова. Костя торопился, из под ног у него вылетали мелкие базальтовые камушки. Камушки скакали по склону и залетали в траву, заставляя кузнечиков и цикад на время примолкнуть.
«Молчите насекомые, — думал Костя. — когда поёт влюблённое сердце!»
Слева и справа пошли банановые заросли.
«Когда поёт влюблённое сердце, песни насекомых умолкают!» — Жаров подскользнулся на банановой шкурке и поехал вниз на заду. Обгоняя Костю, скакали вперёд базальтовые камушки. На бананах запрыгали и завизжали радостные обезьяны.
Проехав сколько надо, Жаров встал, оглядел штаны. Штаны были грязные, с двумя дырками. Костя огорчённо присвистнул.
Жаров снял прошитую золотыми нитками жилетку, повесил на кусты. Потом снял жёлтую с синими цветами рубаху, повязал её вокруг талии рукавами вперёд, одел жилетку на голое тело.
«Спортивный стиль,» — подумал он и поcпешил дальше.
Быстро преодолев оставшийся путь, Костя вбежал в беседку, заранее поднимая букет.
В беседке на лавке сидело две Тани и ело бананы.
Костя упал в обморок…
Жаров пришёл в себя от того, что кто-то лил на него воду. Он открыл глаза и увидел сверху над собой склонившуюся с бутылкой Таню. У Тани было взволнованное лицо.
— Ну наконец-то, — сказала она. — Наконец-то вы очнулись, Костя… Мы здорово за вас перепугались…
— Ммм, — замычал Костя. — Голова… — он пощупал затылок. Голова была вся перевязана.
— Вы не приходили в себя в течении двух часов, — Таня отпила из бутылки. — Вы сильно ушиблись головой об лавку. Кровь хлестала — просто ужас! Пришлось перевязать вам голову вашей рубашкой.
Костя с трудом сел, прислонившись спиной к стенке.
— Мне показалось, Таня, что у меня двоится в глазах…
Иванова улыбнулась.
Костя увидел на полу под лавкой букет рододендронов. Он подогнул правую ногу, опёрся на правую руку, перенёс центр тяжести на левую ногу, опёрся на левую руку, а правой рукой мучительно потянулся за букетом.
— Ой, Костя, — Таня прикрыла рот ладошкой, — у вас сзади на брюках такое!..
Костя покраснел и прикрыл дырки букетом.
— Это мне? — спросила девушка.
— Это вам, — он вытащил из-под лавки голову, подогнул левую ногу, опёрся на левую руку, приподнялся, сел на грязную жопу и протянул Тане букет рододендронов.
— О! Какие цветы! — Понюхала девушка. — Как они пахнут!
— Эти цветы, Таня, — сказал Костя, — я нарвал специльно для вас на залитых лунным светом террасах вулкана.
— Говорят, что цветы, собранные в лунную ночь у вулкана, обладают волшебной силой. — сказала девушка.
— О да. Есть такая легенда.
Когда-то очень давно жили на остове Миша Жуков и Оля Баранова. Они любили друг друга и собирались пожениться. За день до свадьбы Миша вышел в море — наловить макрели для праздничного стола. Закинул он спиннинг в первый раз и не вытащил ничего. Закинул он спининг во второй раз и вытащил несьедобного морского петуха.
Огорчился Жуков, начистил хорошенько блесну, закинул спининг в третий раз и зацепился крючком за водоросли. Разделся Жуков и нырнул с лодки. И там его как следует ударил током рогатый электрический скат. Электрический скат ударил Жукова таким мощным разрядом, что тот улетел на берег и повис на дереве.