Корпорация Томб райдерс
Шрифт:
– Доходчиво.
– Ну, и что ты мне на это скажешь ?
– Сходим наверх, поговорим с программистами, думаю, это путешествие мы организуем без особых проблем.
Я всегда говорил : приятно иметь дело с человеком, который верит тебе на слово. Пусть даже ненавидит, главное, чтобы верил !
Конечно, костюм Павла Михайловича, после того, как его повозили по полу подвала, приобрёл вид несколько нетоварный, я бы даже сказал затрапезный, но Калитину пришлось с этим смириться. Мы бодрым шагом прошли наверх из подвала и поднялись по лестнице на третий этаж. Там я никогда не бывал и, не зная планировки помещений,
От лестничной площадки двери вели в противоположные концы коридора. На одной висела табличка с лаконичной надписью "СППП", на другой - "СПО".
– Что означает Эс-Пэ-Пэ-Пэ ?- деловито, по-хозяйски осведомился Прохор.
– Сектор Подготовки Перспективных Программ, а Эс-Пэ-О - Сектор Программного Обеспечения.- ответил Калитин.
Мы вошли во вторую дверь и попали в типично офисное помещение - коридор с гипроковыми стенками, небольшие светильники, направо и налево - одинаковые двери с мелкой расстекловкой, по четыре с каждой стороны. Пройдя до самого конца коридора, Калитин коротко постучал в последнюю дверь и сразу же её толкнул. Быстрота, с которой он раскрыл дверь, не позволила молодому человеку, находившемуся в кабинете, опустить ноги со стола, куда он их положил, попивая кофеёк из красной чашки с надписью "nescafe". Увидев Калитина, обитатель кабинета поперхнулся, подпрыгнул в кресле, живо опустил ноги и отставил чашку, после чего встал и подался навстречу. Одним словом, продемонстрировал лояльность...
– Я без звонка, Боря,- негромко уронил Калитин.
– Конечно, конечно, Павел Михайлович, а чего там... Я тут кофе, знаете ли, того... пятиминутка у меня на... на всё !- залопотал молодой человек. По тому, как его взволновало появление Калитина, я заподозрил, что на этого молодого программиста тоже имеется некий компромат.
Мы вошли, я плотно затворил дверь. Борис внимательно оглядел меня и Прохора, видимо, однотипная одежда, а пуще всего, пистолеты в расстёгнутых кобурах на наших ремнях, его озадачили. Выглядел программист, как, впрочем, и все люди этой профессии, забывшим умыться, причесаться и посмотреться в зеркало. Впалая грудь и горбатая спина с очевидностью свидетельствовали, что он также забывал кушать и заниматься спортом на протяжении, по крайней мере, последних двадцати лет своей тридцатилетней жизни. Как я вскоре убедился, вроде бы грамотная и связная речь Бориса иногда прерывалась странными паузами, сигнализировавшими о потере им нити разговора. Так обычно бывает при разговоре либо с сильно пьяными людьми, либо с шизофрениками, либо с программистами - все три категории собеседников отличаются присущей им неадекватностью и отрывом от окружающей реальности.
– Кофе желаете ?- осведомился Борис.- Только у меня совсем уже мало.
Судя по тону, от любезного предложения следовало отказаться. Хотя бы для того, чтобы не получить плевок в чашку.
– Спасибо, Боря, не надо отрывать от сердца последнее,- махнул рукой Калитин не без ядовитого сарказма в голосе.- У нас к тебе такой вопрос : ты можешь проверить допустимость перемещения в пятое июня этого года ?
– Сейчас ?- уточнил на всякий случай программист и тут же кивнул.- Конечно... а чего ж не проверить ?... присаживайтесь, а я пока загружусь.
Мы разместились вокруг его стола, причём я сел таким образом, чтобы видеть монитор Бориса. Тот живенько позакрывал с десяток "окон", открытых в компьютере, и запустил новую программу, после чего стал вводить какие-то
– Что это вы делаете ?- поинтересовался я.
Борис стрельнул глазами в сторону Калитина, как бы спрашивая разрешения, можно ли ему говорить ? "Отвечайте !"- буркнул тот.
– Сквозь время возможны отнюдь не любые перемещения... Есть ряд ограничений... скажем, по мощности зарядной камеры или... скажем, по совмещению "створов"... э-э... или допустимости конечной координаты. В общем, набор ограничений, которые должны быть... э-э...- Борис вдруг замолчал, явно потеряв нить рассуждения.
– Должны быть соблюдены,- подсказал ему я, подтолкнув, застопорившийся было мыслительный процесс.
– Да, именно,- оживился программист,- Так вот, набор этих ограничений мы называем "критериями допустимости". И программа сейчас проводит проверку этих критериев. Кстати, Павел Михайлович, а в какую географическую точку надо осуществить перенос ?
– Сюда же, в подвал,- ответил вместо Калитина я.- Вы со всеми умными вопросами обращайтесь ко мне. Тут я главный.
– Да-а ?!- изумился программист.- Простите, не знал.
– Ничего страшного. Скажите, Борис, а что такое "совмещение створов" ?
– Это когда... можно сказать, что оно означает...- мысль его явно заплутала между словами.- В общем, вы не можете пожать самому себе руку в прошлом. Понимаете ? Не можете перенести из другого времени предмет, который уже существует в этом времени и... и совместить эти два предмета. Положить рядом или ещё как...
– А что произойдёт ?
– Вы знаете... э-э... простите, а как вас зовут ?- вдруг поинтересовался Борис.
– Ять.
– Красивое имя... спасибо. Так вот, господин Ять, никто не знает, что именно произойдёт. Но будет что-то ужасное. Мы об этом частенько спорим с Филимоном.
– Кто такой Филимон ?- тут же уточнил я.
– Наш главный физик-теоретик Филимонов.
– Ясно. И что говорит Филимон ?
– Он боится прокола континуума.
– А что такое "континуум" ?
– Да хрен его знает... э-э, извините, тут ребёнок, я понимаю... э-э, континуум - это типа всеобщая совокупность физических отношений и размерностей, существующих на данном этапе трансформации материи. Ну и сама материя тоже. Другими словами... иерархия вещества и его организованность. Вы поняли ?
– Не очень.
– Вот и я не очень. Главное, что Филимон это понимает. Он считает, что произойдёт фундаментальное крушение законов мира в локальном объёме. То есть ужас, страшнее атомного взрыва и... э-э... аннигиляции вещества. Трудно представить, что именно случится. Но критерий этот мы рассматриваем как очень и очень важный.
– Ясно,- я повернулся к Калитину.- А мы перетащили в наш мир тысячи предметов из прошлого. Никто из вас не подумал, чем это может закончиться ?
– Ничем это не закончится,- отмахнулся с мрачной решимостью на лице Калитин.- Чушь это всё собачья ! Фантазии Филимонова.
– А вы переносили что-то в наше время ?- опасливо поинтересовался программист.
– Многие сотни килограммов драгоценных камней и ювелирных изделий,- ответил я.
– Как же можно ?- опешил Борис ; его явно потрясли мои слова.- Мы же столько говорили на эту тему... и на Совете Директоров Филимон специальный доклад делал... доводил... э-э... до сведения... ведь нельзя ничего перетаскивать из разных пространств... возрастает угроза "прокола".