Крайне аппетитный шотландец
Шрифт:
Моими остальными подружками по клубу являются Наташа, двадцатиоднолетний косметолог и по совместительству нимфоманка. И наконец, Джун, восьмидесятилетняя бабуля Наташи, которую Айви, похоже, каким-то образом унаследовала вместе с Нэт.
— Страница, душенька? — напоминает Джун.
— Что? Ой, мы еще не начинали. — Как обычно, пятничные вечерние сказания о похождениях Наташи в городе превосходят любой из этих эротических романов, потому что, да, наш клуб именно такого вида. — Мы просто болтали о...мужчинах.
Скрестив руки на груди, Айви фыркает.
— Что? — возражает Наташа. —
Она лукаво улыбается, и я сдерживаюсь, чтобы не покачать головой, как старая скромница. Иногда мне кажется, что мы с разных планет. У нас разница в возрасте всего пять лет, но она настолько велика, как океан, разделяющий Шотландию со Штатами, которые, я полагаю, являются моей настоящей родиной, учитывая, что я родилась и частично выросла там. Искусственный загар, нарощенные волосы и сомнительные решения после большого количества выпивки; и почему это все, кому еще нет двадцати пяти, считают, что знают, как хорошо провести время?
Может потому, что хороший вечер для меня включает в себя теплые носки, эротический роман и компанию кого-то, кому за пятьдесят. По крайней мере в последнее время.
— В любом случае, — продолжает Нэт. — У него был мужской пучок, который, как вы знаете, я обожаю, и эта настоящая борода. Я просто хотела погладить ее, — мечтательно говорит она. — И объездить ее, — более страстно добавляет.
— Я знаю, бороды в моде, но не слишком ли это, не знаю...негигиенично?
— Пфф! Это мужественно! Есть что-то первобытное в мужчине с бородой. Что-то, что говорит, теперь я здесь, мальчики могут отправляться по домам.
— Теперь я здесь, — повторяет Айви басом. — Доставай расческу для вычесывания блох.
— Знаешь, кто ты? Ты - косметолог. — С самодовольной улыбкой Нэт скрещивает руки на груди. — Косметолог-фашист.
— Это звучит, как совсем не занятый сегмент порно рынка, — отвечаю я. — Неонацисты скинхеды и лицо, обмазанное эякулятом.
Не сговариваясь, мы втроем разражаемся непристойным смехом.
— Но, эй, а что насчет, когда он, ну ты знаешь...— Айви умолкает, а ее глаза становятся до смешного огромными. На мгновение, я думаю, что она пытается донести свою мысль с помощью телепатии, прежде чем ее голова начинает дергаться, как будто ее внезапно охватил нервный тик.
— Когда он что? — хмурясь, спрашивает Наташа.
— Ну, знаешь, когда он опускается вниз? — ее маленький носик пуговкой морщится, последнее слово произнесено так тихо, больше похоже на вздох, чем собственно на слово.
— Куда вниз, в парикмахерскую?
— Не-е-ет. Вниз. — Айви еще раз указывает пальцем вниз. — Разве не нужно ему будет вымыть лицо после этого? Воспользоваться спреем для облегчения расчесывания?
— Не-а. Борода означает, что я могу не краснеть, если ему в рот попадет волос.
— Единственные волосы, которые он сможет выковырять из зубов, это его собственные, — хихикая, добавляю я.
— Честное слово!
— Борода означает, что я авантюристка, — сообщает Нэт.
— Мой Джордж был немного авантюристом. — Сонный голос Джун доносится из кресла у камина. —
В комнате вдруг становится тихо, все взгляды устремляются к Джун, однако ее собственные остаются закрытыми, а ее голова откинута на спинку старого вольтеровского кресла.
— Твой дедушка? — безмолвно спрашивает Айви Наташу, которая в ответ качает головой.
— Джордж был моим первым мужем, и я была чуть старше невесты-подростка, но в те времена мы женились в раннем возрасте. Он был военным. Умер сразу после войны, бедняжка. Он был таким красавцем. — Ее тон почти задумчивый, она открывает глаза и обводит взглядом каждую из нас по очереди. — Высокий, темноволосый, красивый. Он был похож на одного из героев тех бульварных романов, только мой Джордж был очень одаренным, знаете ли...да, там. — Закрыв книгу на коленях, она слегка похлопывает по обложке. — В мое время о таких вещах не писали. Но, Бог мой, такого авантюриста еще поискать!
— Бабуля! — Осуждение Наташи быстро перерастает в озорное ликование. — Ты темная лошадка!
— Что? Ой, нет, не я, дорогая, — отвечает она с видом большой голубоглазой совы. Садясь прямо, она начинает застегивать розовый кардиган своей жаккардовой двойки. — Я думаю, он был одним из них, как их теперь называют? Би-скотти?
Может меньше на сову, больше на чокнутую.
— Итальянское бисквитное печенье? — спрашивает Айви.
— Думаю, она имеет в виду интересующихся би-связями, — говорю я, привстав с кресла, чтобы дотянуться до пустой рюмки Джун.
— Да, именно это, — соглашается она. — Просто ненасытный, на мой взгляд. Наверно это к лучшему, что он скончался, — вздыхая, добавляет Джун. — Когда он умер, я была убита горем, но мне тяжело было им делиться, понимаешь. — Она смотрит на меня простодушно, и на мгновение, кажется, словно она может заглянуть мне в голову и прочесть мои мысли.
— Как это произошло? Он умер за границей? — мои слова чуть громче шепота, и я обнаруживаю, что мои руки прижаты к груди. Сердце болит; большинство знакомо с этой фразой, но мало кто действительно понимает ее смысл. Я всегда думала, что это идет из головы, что-то эмоциональное. Но это не так. Это настоящее чувство, одновременно шокирующее и физически болезненное, как удариться голенью об угол низенького стола или прищемить себе что-нибудь.
Только травма наносится вашему сердцу.
За границей. В каком-то чужом поле.
Или на каком-то безлюдном водном пространстве под палящем солнцем.
— Ох, нет! — голос Джун резко вырывает меня из моей кошмарной задумчивости. — Он был сбит автобусом номер двадцать три, когда выходил из одной из турецких бань в Лондоне. Как я сказала, он был ненасытным человеком.
Остальные пытаются заглушить смех, пока моя рука, словно робот, вновь тянется за рюмкой Джун, а ее маленькая ручка хватает меня за запястье. Я не встречаюсь с ней взглядом, точнее, я не могу на нее посмотреть. Иначе заплачу, а я стараюсь поменьше это делать. Вместо этого, я пристально рассматриваю тыльную сторону ее ладони; голубые вены под кожей, похожей на тонкий пергамент, неожиданное изящество ее пальцев, и то, как огонь от камина играет на бледном золоте ее обручального кольца.