Квазар. Демонический бог. Том 3-й
Шрифт:
Девчонка сбежала, как и её сообщник! И это хорошо – значит выживших несколько, и они способны постоять за себя какое-то время. Выбравшись из расселины, инженер попытался связаться со своей баржей. Установив с десятого раза устойчивую связь, он скомандовал всем своим помощникам возвращаться.
– «Твою мать…», - представшая его взору картина была не очень радужной: сама многометровая баржа имели десятки пробоин и других повреждений, три гнезда крепления дронов были полностью уничтожены, а самих летающих воинов выжило всего двое. К сожалению, обломки разрушенной техники так и остались среди непроходимых джунглей, в горных перевалах и среди пустошей, так что искать их смысла не было. Из восьми основных магнитных двигателей в работе осталось всего шесть, что грозило сильным креном и вообще повышенной нагрузкой на остальные двигатели, так что барже требовался срочный ремонт, да и вообще придётся серьёзно скорректировать конструкцию в расчёте на повторную воздушную атаку.
С горестью посмотрев на далёкий рухнувший корабль, где вероятно обитали его выжившие соплеменники, Дайгон влез на своё место, включив авто-возврат на базу. Сам же он все ресурсы костюма перевёл в построение точной картографической схемы местности с детальным, насколько это возможно, сканированием окружения.
Через пять часов неспешного полёта ему удалось найти прекрасный вариант маршрута для наземного транспорта на случай если придётся двигаться к намеченной цели в спешке.
– «Похоже, старикан, тебе придётся серьёзно переделать этого толстяка…», - похлопав по тиаматитовый тонкой броне свою баржу, инженер отправился к пункту техобслуживания брони. Испытания боем показали крайнюю недостаточность как огневой мощи, так и бронирования техники, но больше всего радовало, что здесь всё ещё есть враги, сильно уязвимые к ударам ускоренных частиц.
Выбравшись из своего костюма, приняв горячий душ и перекусив армейским пайком, Дайгон направился в тренажёрный зал. Так как часто в современной армии времени для нормальных тренировок просто не было, военные давно использовался для поддержания формы бойцов на подобных станциях и космических кораблях универсальные установки имитации нервных импульсов. Эта система заставляла нужные группы мышц автоматически сокращаться с оптимальной интенсивностью и амплитудой, дабы тело солдата развивалось так как этого требует его программа тренировки. Прошедшее время показало, что Дайгону сильно не хватает выносливости и физической силы из-за его повышенных рабочих нагрузок. Будь в его команде ещё четыре инженера, всё было бы нормально, но он тянул всю работу один и потому тело просто не выдерживало.
Автоматические тренировочные системы разрабатывались лучшими врачами и учёными мира, так что об их эффективности и безопасности можно было слагать легенды. Выбрав в настройках программу тренировки для тяжело-вооружённых солдат, с корректировкой для своего телосложения, Дайгон выставил разрешение на использование одной дозы ограниченного комплекта военных препаратов укрепления и омоложения организма.
Чаще всего их использовали для поддержания продолжительности жизни талантливых офицеров и ценных кадров, но в качестве исключения на таких вот передовых базах было порядка десяти доз для экстренных случаев. Бывало, что на оборонительных базах приводили в порядок генералов армии или ценных бойцов спецназначения, так что, как показала история, практика была вполне оправданной. Но теперь экономить их было бессмысленно – если Дайгон умрёт, весь комплекс превратится в груду металлолома. Без его допуска и знаний больше никто не сможет воспользоваться ни граммом технологий и мощностей станции.
Забравшись в камеру и погрузившись в восстановительный гель, инженер быстро провалился в искусственный сон. Теперь ему предстояло целые сутки лежать в беспамятстве, проходя первую фазу тренировки.
…
Когда под противный писк будильника тренировочная камера открылась, Дайгон пришёл в себя, сразу ощутив прилив сил. Ему удалось прекрасно выспаться, а вчерашнее переутомление словно рукой сняло, так что и настроение было на высоте. Выбравшись наружу и посетив душ, он смыл с себя следы кровоподтёков от инъекций и остатки восстанавливающего геля. Мышцы всего тела приятно гудели после интенсивных нагрузок, и даже зрение стало словно чуть острее. Может и правда этот омолаживающий состав уже действует? Почему-то при мыслях о чуть менее старом и дряблом теле ему в голову полезли воспоминания о виденной женщине, что даже повеселило старого инженера.
– «Размечтался я что-то…», - вырубив душ и одевшись в согревающее бельё, Дайгон направился в столовую. Желудок гневно ругался на отсутствие топлива, так что приходилось торопиться, закидывая новый паёк в рот. Быстро толи позавтракав толи поужинав, панацея взялся за свою баржу, предварительно облачившись в очищенную и проверенную за сутки амуницию. Сперва пришлось полностью снять всю развороченную миллиметровую броню, сгоревшие двигатели, пробитых дронов и разобрать гнёзда их крепления. После подошла очередь рамы корпуса и энергоядра.
Убедившись в бессмысленности слабо-вооружённой и слабо-бронированной техники Дайгон планировал превратить свою баржу в настоящую крепость, способную служить маленьким опорным пунктом. Конечно такая штука уже вряд ли сможет сбежать от превосходящих по силе и скорости врагов, но зато подобных врагов, с которыми крепость не справится будет очень и очень мало.
Первым делом пришлось уменьшить размер грузового отсека и расширить место под энергосистему, при этом было очевидно, что простой подзарядкой здесь уже не обойтись – оружие будет потреблять огромное количество энергии. Лучшим вариантом было собрать небольшой реактор холодного термоядерного синтеза и буферную систему накопления, но это потребует использования всего запаса редких изотопов, что сильно отдалит «Проект №3» от завершения, но теперь Дайгон не переживал на этот счёт. Ведь корабль, который он видел недавно наверняка имеет в своей контракции подобный реактор и другие ценные системы, переработав которые он получит огромный запас сырья. Да и броня корабля была ценным ресурсом. Если он сумеет договориться с тамошними жителями, перевести их на свою пустую базу и разобрать на запчасти их полусгнившую посудину, все будут только в плюсе.
Работа закипела в полную силу, когда автоматические сборочные линии закончили создание сложного реакторного модуля. После его трудоёмкой установки и запуска остальное было совсем простым делом. После прокладывания проводки и систем автоматической зарядки турелей, Дайгон начал навеску брони и автоматических пушек. Все орудия теперь имели два режима: походный и активный. Дабы не давать врагу преимуществ внезапной атаки пришлось спрятать все турели за бронёй, сильно повысив боеспособность его маленькой крепости. Пусть такая концепция и уменьшала максимальное число вооружения, но зато каждая пушка была защищена много лучше прежнего.
На тридцатиметровом теле баржи теперь располагалось шестнадцать средних бортовых плазменных турелей и две тяжёлых фронтальных плазменных пушки. Под днищем располагалось три минёрных модуля, в каждом из которых помещалось тридцать противопехотных шрапнельных мин. На крыше баржи поместилось четыре зенитно-гранатомётных комплекса, способных дистанционно подрывать мощные разрывные заряды, кроме того двадцать малых нейтронных турелей могли очень быстро работать по живым воздушным целям, чудом избежавшим взрывного урона.
Если же прибавить к этому вооружению систему подачи боеприпасов на целый час непрерывного боя, четыре скрытых модуля тяжёлых дронов и тиаматитовую полимеризированную пятидесятимиллиметровую броню по всему периметру, новое детище старшего инженера обещало жаркую встречу любому своему противнику.
Почти восемь дней ему приходилось работать без перерыва дабы закончить оборонительно-штурмовой комплекс как можно быстрей. Разве что тренировки приходилось выполнять безукоризненно вовремя, иначе конечный результат можно было сильно испортить.