Маленький Сайгон
Шрифт:
— Пошли.
Они разделились, чтобы обойти все магазины. В соседней ювелирной лавке владелец сообщил Фраю, что он занимался клиентами и не видел, как подъехала машина, о чем весьма сожалеет. Он не видел Ли с прошлого месяца, когда она давала концерт здесь, на площади. Выступала она тогда великолепно. Он упомянул о большой скидке на часы «Сейко» для ныряльщиков, выдерживающие погружение на двести футов. Беспошлинный товар.
— Это машина гангстеров, — шепотом добавил он. — Сразу видно, потому что они любят
Женщина в цветочном магазине совсем не разговаривала по-английски, но закивала и улыбнулась, когда он назвал имя Ли. Она нажала кнопку на кассетнике, и голос Ли захрипел из крохотных громкоговорителей.
— Ли Фрай? — спросил он, показав на синюю «Селику».
— Ли Фрай, — ответила та, показав на кассетник.
— Благодарю вас.
Двое парней, выпивавших за уличным столиком перед «Тур д'Ивуар» сказали, что они видели, как подъехала машина, но она была пуста. Фрай поднажал, и история превратилась в другую машину, остановившуюся в другом месте и в другое время. Когда он их поблагодарил, они ответили: не за что, мы всегда рады помочь полиции.
На этой же стороне тротуара он увидел Кроули, который выходил из лавки, торговавшей лапшой. За ним с известным трудом выбрался Беннет, хлопнув дверью. Беннет опять проковылял к «Селике», на секунду уставился в техталон, находившийся на уровне его глаз, и ударил кулаком по капоту. Вмятина получилась похожей на разрез. Она отражала розовое свечение Толковательницы — точно, безошибочно, индивидуально. Фрай видел, что мадам по-прежнему сидит внутри, тучная и молчаливая, как Будда. Беннет махнул ему: иди к машине. Брат теряет голову, подумал Фрай. Он вот-вот рванет, словно мина, что достала его в Донг Зу.
Используя ломик из багажника «Меркурия», Беннет быстрее чем за минуту проник в багажник «Тойоты». Закончив, он сел на тротуар, обливаясь потом. Грудь его тяжело вздымалась и глаза явно были не в порядке. Ему не хватало роста, чтобы заглянуть внутрь.
— Что там, Чак?
— Ничего, а ты занимаешься уничтожением улик.
Беннет швырнул ломиком в «Циклон», затем злобно взглянул на Фрая.
— Мы должны обследовать каждый дюйм этой проклятой площади. Не подходи больше к этой машине, пока не приведешь с собой Ли.
Фрай обвел взглядом Сайгон-Плазу. Народ выставился на них из окон и дверных проемов. Прожекторы чертили зигзаги в темной вышине.
Фрай обошел все магазины, останавливал людей на улице и говорил с каждым, кто соглашался ответить. Никто ничего не видел. Когда — через полтора часа — он возвратился к машине, его ждали Доннел и Беннет.
Полицейские вовсю работали в «Азиатском ветре». Маячки пульсировали, бросая нервный свет на здание. Работали рации. Два офицера натягивали желтую ленту между стойками. Умчалась машина скорой помощи. Сержант с огромным брюхом стоял, положив ладони на бедра, словно искал что-то важное. Офицер у двери впустил их, когда Беннет сообщил ему, кто они такие.
Кабаре стало совсем другим. Лампы, освещавшие
Фрай с хрустом прошелся по танцплощадке, усыпанной битым стеклом, поправил стул и сел спиной к тому, что недавно было зеркальной стеной. Кроули стал рядом, скрестив руки. Берк Парсонс беседовал с офицером, показывая на сцену своей шляпой, затем прошел вперед и встал на колени. Свободной рукой он указал путь отхода автоматчиков. Беннет вполз в кабинет, где к нему присоединился одетый в гражданское полицейский, вытащив карандаш и блокнот.
Фрай глубоко вздохнул и откинул голову назад, уставившись в изрешеченный пулями потолок. Он пытался замедлить ход мыслей, выстроить воспоминания, но они набегали хаотичными волнами. Он вдруг подумал, что ведь это лакомый кусок для репортера. Горячая, грандиозная новость. Сенсация недели, материал на первую полосу, но где же ему это напечатать?
Джулия пересекла загаженный пол. Лицо ее было сурово, взгляд быстр и сердит. Она села рядом.
— Ну что, все-таки ушли?
— Ушли.
— Вам не удалось их хотя бы разглядеть?
— Кто-то на центральной площади разглядел. Но не мы.
Джулия закурила сигарету. Они наблюдали за полицейским фотографом, делавшим снимки тела на сцене.
— Это генерал Дьен его застрелил, — заметил Фрай.
— Я в этот момент пряталась под столом.
— Генералу, наверно, лет семьдесят?
— Семьдесят шесть. Не надо было мне пускать сюда никого из гангстеров. А то вот как оборачивается. В Сайгоне я была певицей. Я открываю это кабаре, чтобы иметь музыку, но вместо этого получаю выстрелы.
Джулия поднялась навстречу махнувшему ей полицейскому. Ее глаза были суровы и темны, когда она посмотрела сверху на Фрая.
— С ней все будет в порядке. Никто не обидит Ли.
Всего одну ночь с ней в моей постели.
Фрай поднялся и проделал путь к задней стенке зала. Их столик был перевернут, вокруг валялись стулья. Сломанные темные очки лежали среди салфеток и деревянных палочек. Магнитофон был раздавлен. Может, те парни и не думали возвращаться?
Он дотронулся до магнитофона носком ботинка, и вдруг сзади кто-то завопил:
— Эй!
Фрай обернулся. Это был пузатый сержант, который, размахивая руками, приближался к нему.
— Убирайтесь отсюда.
Фрай застыл, точно кролик в лучах фар. Представители власти никогда не были его пристрастием.
Лицо сержанта приняло свой обычный вид.
— Ступайте вон к тому стулу и ждите там, пока вас не позовет детектив Мин. А в противном случае убирайтесь совсем.
— Как угодно.
— Как угодно не годится. На стуле, я же сказал — ждите на стуле.