Матушка для полуночника
Шрифт:
Странная забота и волнение вампира меня удивили. «Может ему месяц на голову свалился, что он враз подобрел? Хотя казалось бы, ничего не изменилось…», — мне вспомнилось как он подхватил меня и прижал к себе. Внутри дернулась забытая струна чувств: «Ее муж уже заходил ко мне, с утра пораньше… хочет жену забрать…», — вспомнились слова доктора, и я заулыбалась.
— Добрый день, какая вы довольная — это хорошо! Лучшее средство для быстрого выздоровления улыбка, — ко мне с подносом вошла добродушная медсестра и помогла поесть,
Так приятно, когда о тебе заботятся.
— Вот выпишитесь — и все наладится, — сказала мне напоследок она, вытирая мои волосы полотенцем и осматривая швы. Оставшись довольной моим состоянием — она устроила меня на диванчике у окна, поправила подушки за спиной и вручила пульт от телевизора.
— Спасибо, — поблагодарила я, оставшись одна и включив телевизор. Там как раз начался старый фильм «Кубанские казаки», — который очень любила моя мама. Так прошло время и когда ко мне в палату с букетиком роз вбежал Матвей в вязаном свитере, который был ему мал, я рассмеялась, принимая его в свои объятья. Вдыхая родной детский аромат, чувствуя его пальчики, перебирающие мои волосы и приникшую к груди голову. От этого мига я растрогалась, роняя на его темную макушку слезы. Эржбет стоял в дверях, молча наблюдая за нашим воссоединением.
— Мамочка, почему ты плачешь, у тебя что-то болит? — он оглядел меня внимательным взглядом и удивленно вскинул брови.
— Нет, все хорошо, да ты и сам должен был увидеть. Как я тебе?
— Ну, Эржбет сказал, что напоил тебя своей кровью, — перешел на шепот Матвей, а вампир предусмотрительно закрыл дверь. — Поэтому все более-менее хорошо, есть черные сгустки. В голове, руке, ключице, но в остальном все, как всегда. Удивительно! Неужели я тоже когда-нибудь смогу также излечивать, — он обернулся к Эржбету.
— Сможешь, когда подрастешь и окрепнешь. Сейчас тебе необходимо хорошо питаться и тренироваться, — он поставил в пустую вазу другой букет — алые, как кровь, едва раскрывшиеся бутоны на длинной ножке стебля с острыми шипами.
«Два букета от двух заботливых мужчин», — подумала я, гладя Матвея по голове, держа его ручку в своей.
— Как ты там без меня, не создавал проблем Эржбету? Слушался его? — спросила я, стараясь не смотреть на вампира. Его внимательный взгляд заставил меня ощутить легкое смущение, и я порадовалась, что приняла душ.
— Не считая попытки проникнуть к тебе ночью в виде маленькой летучей мыши, твой сын вел себя достойно, — ответил за него вампир, и мне пришлось посмотреть на него.
Эржбет не насмехался надо мной, в его глазах было что-то странное, необъяснимое, как для вампира, но объяснимое как для обычного мужчины — симпатия. Ко мне…
Несколько минут мы разговаривали о том, как Матвей учился, пока меня не было. Оказывается, они постоянно жили в замке, где сын познакомился со старым Барто и многое узнал о вампирах, больше чем от дедушки. Еще Барто научил его как отличать настоящие драгоценные камни от поддельных.
— Мы скоро сможем забрать ее? — сын повернулся к Эржбету.
— Скоро, быстрее чем ты думаешь, — ответил он с теплотой, уголки его губ слегка приподнялись, он погладил Матвея по голове.
— Сходи к автомату, купи мне шоколадку, — попросила я, многозначительно смотря на Эржбета, тот вручил сыну несколько купюр и мальчик убежал.
— Одна из медсестер заметила мое слишком быстрое излечение, у нее возникли подозрения, — начала я.
— Я знаю, уже был у врача и все уладил.
— Когда только успел, — удивилась я.
— Поэтому и поторопил его с документами о выписке. Еще ночь тебе придется побыть здесь.
— Так вот почему они все такие добродушные и понятливые! — осенило меня.
— Не только, просто сами по себе хорошие люди, которым жаль несчастную девушку, которую сбила машина с пьяным водителем, и его уже якобы задержала полиция, и справедливость восторжествовала. Так я сказал врачу, а он остальным сотрудникам, которые занимались тобой, — пояснил Эржбет.
— Когда ты хочешь меня отсюда забрать, завтра вечером? Это не будет выглядеть подозрительно? — я подалась вперед, чувствуя себя заговорщиком.
— Завтра утром. Все будет выглядеть цивилизованно, поскольку персонал считает меня твоим мужем, а Матвея нашим сыном. Мы идеальная семейная пара, я много зарабатываю и многое могу себе позволить, — он наклонился в мою сторону.
Я чувствовала запах, исходящий от его рубашки: пахло морозной свежестью и хвоей леса вокруг замка Эржбета.
— Мам, я взял несколько, — в палату вернулся Матвей.
— Спасибо, будет с чем попить кофе, если мне его, конечно, позволят выпить, — я откинулась на спинку дивана.
— Позволят, — спокойно сказал Эржбет.
Они еще немного побыли со мной, а на прощание сын обнял меня, и они ушли. Эржбет задержался лишь на миг и сказал одними губами, то, что я итак поняла: «Ночь».
И он пришел, когда я спала, разбудил меня проведя по волосам и незаметно вдохнув их аромат. Взял за здоровую руку, и я открыла глаза. Вампир сидел с краю и смотрел на меня блестящими глазами.
— Врач настоял на том, чтобы сделать тебе МРТ головного мозга, но я сказал, что все это мы сделаем в той клинике, куда ты поедешь.
Эржбет прокусил свое запястье и поднес к моему рту — я принялась пить, пока не остановилась сама, облизывая губы от крови, как если бы неосторожно съела вишневого варенья. Эржбет неотрывно смотрел на мой рот и вдруг поцеловал, жадно и одновременно нежно, словно впитывая в себя то, что я забрала у него.
Его рука легла мне на затылок, осторожно массируя длинными ногтями, второй рукой он провел по моему лицу и остановился, чувствуя, как я замерла.
— Хорошо, что ты больше не пахнешь кровью и болезнью.