Ментовская мышеловка
Шрифт:
А вот внук умрет со дня на день.
Именно это изложила Таня Сержу Заславскому, сидя у него в каминном зале, попивая коньячок и покуривая сигареты. Она затеяла грандиозный спектакль.
– Есть такой человек Виктор Александров.
Так вот, он сидел в тюрьме за убийство завмага из-за Ирки Чижик. Человек мрачный, нелюдимый, жутко влюбленный в Ирку. Надо сделать так, чтобы на моем дне рождения он убил ее. Понял меня, Серега?
– Виктор Александров?
– поразился Серж.
– Витес? Так я же сидел с ним. Хороший, между прочим, парень. Помог мне в начале моего творческого пути. Вот мир-то тесен...
– Надо же, - удивилась и Таня.
–
Так это нам на руку. Ох, как это нам на руку.
Именно ты и свяжешься с ним, я-то давно его не видела.
– Слушай, Тань, - сказал Серж, - а что, если эту вашу Ирку тихо и незаметно? Я это устрою.
На хрена всю эту бузу дурацкую затевать? Опасно и глупо.
– Мне надо выйти замуж за Дорохова. Немедленно, понял? Как я это сделаю? Буду его шантажировать Вареным? Это вот как раз глупо и опасно. Но это мы оставим на крайний случай. А так получится великолепно. Мы все станем действующими лицами этого спектакля. Там появится удрученный горем Дорохов, и я, именно я утешу его. Он сам влюбится в меня, я этого сумею добиться.
– Все можно сделать по-другому. Ирину эту найдут мертвой, вы все поедете ее хоронить, и ты там его утешишь. Так значительно проще.
– Это пошло, Серега. Я хочу действия, кровавого действа, понимаешь? Мы живем один раз, и жизнь так банальна и тупа, хочется стать участниками трагедии. Чтобы все сходилось, чтобы происходили невероятные вещи, встречи, страсти. Как я все это люблю... А ты разве нет? Ты же артист, ты мой брат, ты настоящий артист своего дела. Ты не похож на своих коллег. Они тупы, грубы и безобразны. Ты делаешь все с блеском.
И эту штуковину мы с тобой проведем как по нотам. Млынский все сделает. Мы подставим этого придурка Александрова под убийство, его осудят, а я выйду замуж за Дорохова.
– Ну и что? На хрена тебе этот Дорохов? От него до миллионера пропасть. Там сын и жена сына, они законные наследники.
– Нет, как же ты, однако, туп... Мы уберем их, как только сдохнет этот педик от СПИДа.
Леклерк мне сказал, что это вопрос дней. Он сообщит мне немедленно. Мы пошлем Млынского в Париж, и он своими снадобьями усыпит этих господ, а потом отравит и инсценирует самоубийство. Якобы из-за позора и смерти их сына.
Леклерк посоветует одинокому старику завещать все свое имущество племяннику, ибо других родственников у него не будет. Ну.., тут есть риск, может быть, он не захочет. А кто не рискует, тот не пьет шампанское... Зато ты подумай, каков выигрыш. У него десятки миллионов долларов, Серега... Подумай, как мы с тобой заживем. Мы бросим эту окаянную жизнь, уедем в Европу, будем купаться там в золоте. Подумай, что мы получим в случае выигрыша этого дела...
– А в случае проигрыша?
– задумался Серж.
– В случае проигрыша все свалим на Млынского. Это он убьет господ Дороховых, не мы с тобой. Ты должен пообещать ему такую сумму, что он не в силах будет отказаться. И Леклерку тоже. А кроме них, никто не будет в курсе дела.
– А если тебя заподозрят в убийстве этой твоей Ирины?
– Не заподозрят. Надо все сделать правильно, и не заподозрят. Снадобья Млынского, отпечатки пальцев на пистолете, из которого застрелят Ирину, будут принадлежать Виктору. Как хорошо, что ты знаком с ним. Ты пригласишь его к себе, напоишь, подсыплете ему кое-чего и сунете в руку пистолет. А потом из этого пистолета или Млынский, или я застрелим Ирину. А гостям своим мы тоже кое-чего дадим для спокойного сна. Никто ничего не услышит. А Виктор, я уверена, и сам нам
Она-то ни при каких обстоятельствах ничего не получит. Я знаю, с твоей помощью Дорохов разорился, это чудесно, нечего на "мерее" разъезжать базарной бабе, когда я мудохаюсь со сраным "жигуленком", как придурочная. Теперь у них ни хрена нет, одна халупа в Митине...
– А не очень-то ты ее жалуешь. Что-то она тебе такое сделала... И не одной корысти ради, так сказать.., ты все это затеваешь. Ради чего-то еще... И Витеса ты хочешь под вышак подставить тоже не просто так.
– Он хитро улыбнулся.
– Ненавижу, Серега, - спокойно ответила Таня.
– Скрывать не буду ненавижу обоих.
Они смеялись надо мной, тогда, школе. Он предпочел ее, шлюху провинциальную, мне, ты представляешь, Серега, ее - мне. Она всем нравилась, и Руслану, и Гришке Брагину, и Петьке Мухину. И замуж вышла за солидного человека, красивого, умного, достойного, а я за этого олуха прожорливого, очкарика гребаного. Это все несправедливо, этого не должно быть. Все должно встать на свои места. И все встанет на свои места, будь уверен.
Глаза ее сузились, губы напряглись, кулаки сжались. Серж даже слегка поежился от ее устрашающего вида. Он иногда побаивался ее, сам себе удивляясь.
– Ты успокойся, успокойся, выпей коньячка вот еще... Будь по-твоему, я тоже как-то проникся твоей идеей. Сотворим такой спектакль - черти перевернутся.
Она улыбнулась одними губами, но глаза по-прежнему оставались злые, страшные.
– Сотворим, Серега, сотворим. Все будет по-нашему. Все. А они умоются, каждый своим.
"Женщина есть женщина, все хочет сделать по-женски, - подумал Серж. Ладно, мы кое в чем ее поправим, но в целом ее план не так уж и плох. Все будет выглядеть естественно".
...И шло все как по маслу. Он позвонил Виктору, вспомнил былое, сказал, что тот может в любое время приезжать к нему. По его просьбе Роман Дергач по телефону сообщил Виктору, что девятнадцатого сентября у Тани собираются одноклассники на ее сорокалетие, что будет там и Ирина, а ее мужа не будет. За Дороховым следили; если бы он надумал приехать, ему бы помешали. Ну а на даче у Тани Виктор и сам помог им, как они и рассчитывали. Он стучался в дверь к Ирине, его видели многие. Таня аккуратно подсыпала всем, кроме себя, Ирины и Виктора, снадобья Млынского. Если бы Виктор сам не пошел к Сержу, они нашли бы способ его туда заманить, напоить транквизином и сунуть ему в руку пистолет. Но он пошел сам, словно нарочно помогал своим врагам уничтожить себя. Таня обладала даром воздействия на людей, она знала это. Это проявилось с Виктором, позднее то же она проделала и с Дороховым. Ее сила воли заставляла людей поступать так, как хочет она. Виктор оставил отпечатки пальцев на пистолете, а потом Млынский отнес Тане этот пистолет, из которого она застрелила Ирину. Таня рассказывала Сержу, что Ирина проснулась, с ужасом поглядела в бешеные глаза Тани, но не смогла произнести ни слова. Таня хладнокровно убила ее, передала пистолет обратно Млынскому, который и положил его под окно. Когда он уходил, его увидел Петя Мухин, находящийся в сомнамбулическом состоянии от спиртного и снадобья, поначалу даже забывший про ночное видение, но потом вспомнивший и рассказавший об этом Тане, а уж затем следователю. Но Роман заставил Петю снова забыть об удаляющемся ночном визитере в куртке с капюшоном.