Месть по новой технологии
Шрифт:
– Какой-то бред.
– Наверное, они и впрямь с головой не шибко дружат. Только дело они свое знают. И все похождения Димы учитывают. Когда выяснилось, что он своей жене за месяц изменил больше двенадцати раз, и все с разными женщинами, они сказали, что он преступает порог дозволенного. И стали от Димы требовать, чтобы он угомонился.
– Ты это все откуда знаешь?
– Так от Таньки. Мне Танька все сама рассказала.
– Зачем?
– Боится она, как бы эти общественники чего с ее Димочкой не сделали.
– А что они могут?
– Мало ли. Дима-то гуляка еще тот. Его уже несколько раз предупреждали, да он никого не слушает. Смеется только. Говорит, что никого не боится. А Таня считает, что эти из общества шутить не будут.
Ирина впервые слышала о чем-то подобном. И если честно, то не очень поверила Аньке. Но все-таки решила, что потом расспросит Таню об этом загадочном обществе, которому есть дело до измен чужих мужей.
Вокруг все с увлечением ели, пили и болтали.
Анька продолжала болтать о том о сем.
С огорчением Ирина узнала, что муж у Маши был, да много лет назад умер от пьянства. Потом она больше замуж не пошла. Анька заедала и запивала все эти сплетни и ничуть не переживала. А у Иры кусок в горло не лез.
Она то и дело поглядывала на Таню, и ей было смертельно стыдно, что она позволила подруге опуститься до такого состояния.
Но Таня тоже виновата.
Почему она ни словом ни обмолвилась о том, насколько плохо у нее обстоят дела.
Ну, допустим, последний раз они разговаривали года четыре назад, и было это на Новый год, когда они обменялись дежурными поздравлениями. Но ведь перед этим они разговаривали… э-э-э… лет пять назад, или шесть, или семь. У Иры тогда заболел Ваня, ничем было не сбить температуру, и она звонила подруге, которая тут же посоветовала какое-то простое лекарство, которое моментально помогло.
Но не виделись они уже лет десять. И в последний раз Таня тоже выглядела зачуханной. Но тогда у нее на одной руке висел мальчишка лет восьми, которого она тащила в музыкальную школу. Еще один скакал рядом с ней, чеканя мяч и дожидаясь, пока его отведут в спортивную секцию. А сама Таня разговаривала по телефону, объясняя старшему, как справиться с домашним сочинением. Поэтому ее несколько потрепанный вид имел реальное объяснение.
Но теперь-то что? Дети выросли. Муж загулял. Внимания никто из них не требует. Самое время заняться собой и своей внешностью.
Едва представилась такая возможность, Ирина встала со своего места и подошла к Тане.
– Привет.
– А я уж думала, что ты и не захочешь со мной разговаривать.
– Почему?
– Не знаю. Никто не разговаривает. Совсем как в школе. Обычная история. Я что-то говорю, спрашиваю, а меня не слышат.
– Наверное, ты слишком тихо говоришь.
Голосок у Тани и впрямь был едва слышный.
Ирине и самой приходилось напрягать слух, чтобы ее услышать. Неудивительно, что у горластого Димы тихая жена не пользовалась уважением. Вот если бы она могла гаркнуть на него, а еще лучше треснуть кулаком по столу, тогда, наверное, отношение бы у него к жене было другое.
– Нет, просто я никому не интересна. Знаешь, я тут сидела, смотрела на вас с Димой и вдруг подумала, что ты была бы ему куда лучшей женой, чем я. Любая бы из девчонок подходила на эту роль больше.
– Что ты! Никто из нас не родил бы ему пятерых сыновей! Ты же у нас мать-героиня!
Глядя на худенькую и маленькую Таню, чей рост не превышал метра пятидесяти пяти, а вес сорока пяти килограммов, трудно было поверить, что она способна выносить и родить пятерых здоровенных богатырей. Но хрупкое телосложение не помешало Тане справиться с обязанностями материнства. Вот только ни любви, ни даже уважения своего мужа она этим не заслужила.
И Ирина решила приободрить подругу:
– Танюша, а ты приходи ко мне в гости. Правда! Вот прямо завтра и приходи. Ты же у меня никогда не была.
– Ой, я не смогу.
– Почему?
– А кто будет готовить обед мальчикам? Потом у меня стирки много накопилось. И уборку я сегодня не делала, к празднику готовилась.
Ирина с недоумением взглянула на Таню.
Готовилась? Что она имеет в виду? Одевалась и причесывалась? То есть в обычные дни Танька выглядит еще хуже сегодняшнего? И такое возможно?
Но оказалось, что Таня говорит не про себя, готовилась к празднику не она сама, к нему готовился торт, который планировали подать на десерт.
– Грибова мне позвонила и сказала, что знает, я готовлю очень вкусные тортики. И что нам для праздника нужен большой торт, по меньшей мере, трехэтажный. Вот я и провозилась вчера весь день. Пока коржи испечешь, пока крем сделаешь, пока украсишь. Все требует времени. Но не жалко потраченного времени, очень красивый торт получился.
Таню явно распирало от гордости за свое творение. У нее даже щеки порозовели, и в глазах появился живой блеск. Теперь она заметно похорошела. И смотреть на нее было даже приятно.
Чтобы сделать приятное подруге, Ирина поинтересовалась:
– А где торт сейчас?
– На кухне своей очереди ждет.
– Можно мне на него взглянуть?
– Не знаю, как Грибова к этому отнесется, – испугалась Таня. – Это ведь планируется сюрприз.
– Но ты его создательница. А я только одним глазком гляну. Страшно хочется взглянуть на такую красоту.
– Ну что же… Пошли.
Торт превзошел все самые смелые ожидания Ирины.
Когда Таня сказала, что в торте будет три яруса, она думала, что это обычные коржи, один побольше, два других поменьше. Сверху крем и какие-нибудь блестки. Но стоящее на кухне произведение поражало воображение. Это было нечто сказочное.
Торт был в виде замка. Украшенные разноцветными флажками башни, ажурные шоколадные балкончики, сахарные купола и множество лесенок из застывшей сахарной глазури.
– Как тебе?
– Обалдеть!
Это было единственное, что Ира сумела из себя выдавить.
– Думаешь, им понравится?
– В жизни не видывала такой красоты.
– Наверное, и впрямь получилось неплохо, – критично заметила Таня.
– Неплохо! Великолепно! Восхитительно! Кто тебя научил?
– Сама понемножку. Сначала пекла простенькие тортики. Потом понравилось, увлеклась, стала печь все более и более сложные формы. Постепенно за годы и сложилось.