Некромаг. Конкурент
Шрифт:
— А если они нападут на меня, а не на тебя?
— То ты должен будет сообщить о том, что на тебя напали в Совет. Хотя бы явившись туда призраком. Но, так как ты не состоишь в клане и твоих ближайших родственников в городе нет, то ни у кого не будет права мести.
— После того, как они нападут на тебя, начнется война по их инициативе? Я правильно понимаю?
— Совершенно верно.
— И я буду в праве убивать их без ограничений?
— Если при этом не пострадают представители других кланов.
— И даже атаковать их особняк?
—
— Ага. На каком расстоянии от особняка страж способен что-то предпринять?
— Двадцать шагов — полная сила. Дальше — только метание фантомных предметов или каких-нибудь материальных объектов. Обычно — не дальше полусотни-сотни шагов.
— Хорошо. Тогда прими мой облик, выйди к ним из особняка и спроси, подражая моему голосу и манере говорить, что им нужно и кого они ждут. В случае нападения — уничтожь их. Всех. Только, по возможности, головы не трогай. После чего тела занеси внутрь — во двор. И как-нибудь законсервируй, чтобы не разлагались на жаре.
— Поняла, — усмехнулась страж.
За несколько секунд перетекла обликом в Илью.
Встала.
И направилась к гостям.
Мужчина же принялся ожидать. Нервно.
Через пару минут на улице рядом с особняком раздался какой-то шум. Неопределенный. И запахло магией. Илья с недавнего времени стал чувствовать ее запах. Сразу, как стал мастером. У каждой стихии — свой. И теперь, когда творилось волшебство, ему казалось, что вокруг того места проступал какой-то визуальный муар в виде едва заметного тумана, ну и по всей округе растекался запах.
Здесь же потянуло какофонией стихий… и смертью. Не магией синего дара, а именно смертью. Тем самым непередаваемым ароматом, который он уловил рядом с древним артефактом для определения «Поцелуя Смерти».
О да!
Смерти он теперь тоже чувствовал.
Любые.
Даже если жука кто раздавит в полусотне шагов, и то ощущал…
Мгновение спустя правую его руку словно чем-то прижгло.
Он глянул.
На ладони проступило клеймо войны. Словно узор, нарисованный хной. Никогда его не видел, но понял на подсознательном уровне. И кто с кем, и кто напал и так далее. Более того, Илья осознал, что теперь, встретив на улице, он никогда не перепутает врага. Почует его.
— Как ощущения? — спросила Нефтис.
— Отличные. Минус два десятка магов у врагов. У них сколько там еще бойцов?
— Полсотни точно. Может быть, больше.
— Они выведут их на улицу?
— Вряд ли. Их лидера самое позднее через час в Совет вызовут. Я могу связаться с отцом, но и так знаю — дух-смотритель уже экстренно собирает советников.
— А что потом?
— Не знаю. Но смысла выводить своих людей на улицу просто нет. Ты сидишь в защищенном особняке, откуда можешь порталом уйти в П-и-лак. И обратно также ходить. Пытаться атаковать тебя на вызове в Совет нельзя. За такое
— А когда меня вызовут в Совет?
— Вряд ли раньше утра. Сейчас же уже вечер. Почти закат. Лидеров кланов, которые начали войну, должны опросить в течение часа. Но ты — не лидер клана. Ты сам по себе. Так что, думаю, не раньше утра.
— Какие милашки. — усмехнулся Илья. — После опроса нам разрешат воевать?
— Вы уже воюете. В Совете попробуют вас примирить. Но это вряд ли возможно. За тебя заплатили. Отказ от контракта — огромная неустойка.
— Ясно. Значит, успею.
— Что успеешь?
— Убить их всех успею. — улыбнулся как Джокер Илья. — И стража пощупаю за мягкие места. Очень уж любопытно…
Глава 4
Илья выхаживал по залу, разглядывая созданную стражем проекцию города. Той его части, которая лежала между его особняком и неприятельским.
— Тебя обнаружат сразу. — повторила Нефтис.
— Отец ответил?
— Они не будут вмешиваться. Формально — ты не член клана и не родственник. У них просто оснований для вмешательства нет. А платить штраф нечем. Мой клан достаточно беден, если не считать ряд ценных артефактов, с которыми он не сможет расстаться без утраты самостоятельности.
— Помню. Ты рассказывала.
— Он и рад бы помочь, но любая помощь будет сейчас восприниматься как участие. Даже прийти сюда они не могут. По старым обычаям это будет трактовано как опосредованная помощь. И отец сразу же получит клеймо войны.
— А ты?
— Я тоже не могу никак тебе помогать. В течение двенадцати часов я должна покинуть особняк. Извини. У нас нет возможности в такой конфигурации влезать в войну. Если бы ты принял мое предложение и взял меня в жены — нападение на тебя было бы нападением на наш клан. А так…
— Настолько большой штраф?
— За немотивированное нападение? Очень большой. В свое время его задрали так, чтобы прекратились бесконечные войны между кланами.
— А эти? Наемники?
— Им наниматель оплачивает штраф. Им без разницы.
— Он за них напрямую вносит штраф в казну Совета?
— Нет, что ты. Наниматель обычно анонимный. Такой взнос — суть признание. Поэтому им всю сумму занесут ночью. А утром клана заплатит штраф.
— Как интересно…
— Ничего интересного. Зря ты во все это влез.
— Двадцать — ноль в нашу пользу. Как по мне — неплохой старт.
— А дальше? Патовая ситуация. Ты ничего им сделать не можешь. А они будут на тебя охотиться. Это может длиться годами.
— Ладно. Ступай. — с мягкой улыбкой произнес Илья. — Поговори с папой по поводу помощи мне желтым магом.
— Ты меня не слышал? До окончания войны мы не сможем тебе ничем помочь!
— Да-да. Хорошо. После окончания. И пусть возьмет у магистра Аратоса координаты мира.
Нефтис прищурилась.