Невеста колдуна
Шрифт:
Окончательно перепугавшись, я села на диване и спросила у Нади:
— А где наши ангелы? Они что, вчера так и не появились?
Надя ловко перебросила яичницу со сковородки на тарелку:
— Появились. Но уже опять ушли. Велели мне присмотреть за тобой.
— Очень мило! А разбудить меня не могли?
— По-моему, им было не до того. Они всю ночь не спали, что-то обсуждали. Я раза три просыпалась, а они все на балконе сидят. Да-ниель две пачки сигарет выкурил. Я утром, когда пепельницу увидела, чуть с балкона его не скинула. Короче, они уже смотались, а нам велели забрать
— Да, без этого наши вечерние туалеты будут выглядеть незавершенными, — нервно хихикнула я. — Надеюсь, пистолеты с золотым напылением и бриллиантами на рукоятке?
— Мечтательница! Слезай с дивана и садись за стол! Завтрак стынет.
Когда я наливала себе чай, Надя вдруг сказала:
— Кстати, пока ты спала, звонил Листовский. У них опять неприятности.
Я чуть не плеснула на себя кипятком:
— Что-нибудь с Кириллом? Опять нападение?
— Да нет, с Кириллом, судя по всему, все в порядке. А вот девица, которая вместе с вами была на даче, куда-то пропала.
— Юля? — Я поставила чайник и изумленно уставилась на Надю. — Как это случилось?
— Ну, как я поняла со слов Даниеля, она вчера пошла к деду с бабкой…
— Она что, осталась на даче? — удивилась я.
— Да, она и этот, другой парень, племянник… Ну, пошла и не вернулась. А сегодня они должны были ехать в Москву, поскольку их тоже, разумеется, пригласили на этот замечательный день рождения, на подготовку к которому наши ангелы убили столько времени и сил. И парень С утра пораньше пошел за ней к ее родичам, а те говорят, что она от них ушла около десяти…
— О господи, — прошептала я. — Но почему она была одна, без Бориса? Обычно они всегда ходили вместе.
— А они поругались из-за какой-то ерунды. Теперь ее все с собаками ищут… Бедный парень! Если с ней что-нибудь случилось, будет теперь винить себя до конца жизни.
Я задумалась.
— А может, дело совсем не в этом?
— Ты о чем? — не поняла Надя.
— Может быть, она исчезла намеренно, — сказала я, поднесла к губам кружку с чаем и тут же поставила обратно, так и не сделав ни глотка.
Надя посмотрела на меня заинтересованно, подняла бровь и сказала:
— Чем фантазировать, ты лучше челюстями работай. Нам еще за твоим платьем сгонять надо.
Я кивнула и торопливо запихнула в рот полбутерброда. Наверное, не я одна испытывала подобное: ждешь чего-то весь день, мучительно считаешь минуты, а^часы еле перебирают заплетающиеся стрелки и, кажется, вот-вот заснут… И вдруг оказывается, что в твоем распоряжении осталось только пятнадцать минут на сборы, а голова еще не причесана и не уложена, лицо не крашено, тело не одето, и привести себя в порядок за оставшееся время невозможно никак, даже если каким-то чудом начнешь двигаться со скоростью персонажей немого кино. Если кто-то не попадал в подобную ситуацию, я ему горячо и искренне завидую, потому что со мной такое происходит постоянно.
То ли дурной пример заразителен, то ли мы с Надей оказались сестрами по духу, но и с ней приключилась такая же неприятность. Чтобы облегчить
— Все ты! — рычала Надя, размахивая ваткой, распространяющей вокруг головокружительный запах жидкости для снятия лака. — Ты меня сбиваешь с толку! Я третий раз один и тот же ноготь крашу!
— Нашла время заниматься маникюром! — не осталась я в долгу. — Ты бы еще в солярий сходила!
— Мне в солярий не надо! — ехидно отвечала Надя. — Это тебе, бледнолицая поганка, надо там с утра до вечера жариться, чтобы стать приличного цвета.
— Ну, чтобы стать такого цвета, как ты, мне придется покраситься гуталином!
После этих слов Надя кинула в меня первым, что попалось под руку. К сожалению, под руку попалась ее собственная косметичка, из раскрытой пасти которой по всей комнате рассыпались тюбики губной помады, пузырьки с тушью, тени, карандаши для подводки губ и глаз и прочие приятные мелочи.
После этого всплеска эмоции улеглись. Я великодушно собрала Надину косметику, пока та докрашивала свой злополучный ноготь, и сборы закипели с новой силой.
Мы торопились как могли, но к тому моменту, когда Надя вставила ключ в замок зажигания своей золотистой «десятки», мои часы уже показывали половину седьмого.
За всю дорогу мы не произнесли ни слова, но наша общая мысль повисла в салоне машины, став почти осязаемой: ангелы нас убьют. А у меня в голове крутилось еще и предчувствие, тоже не добавлявшее мне спокойствия: вдруг я своим отсутствием подвела Себастьяна и с Кириллом из-за этого что-нибудь случилось? Я, конечно, больше не испытывала к хлебному принцу давней привязанности, даже воспоминания о трогательном обмене пионерскими галстуками не спасали, но становиться, пусть и косвенной, причиной его гибели мне совсем не хотелось.
Я хотела попросить Надю ехать побыстрее, но, взглянув на спидометр, промолчала, решив, что разумнее будет мысленно попросить бога, чтобы нам по дороге не попался ретивый сотрудник дорожной инспекции или бестолковый пешеход и чтобы мы доехали до места назначения в целости и сохранности.
Не знаю, были ли услышаны мои молитвы, но путешествие наше завершилось благополучно.
— Обрати внимание, — сказала Надя, снижая скорость перед тем, как свернуть в арку. И, поймав в зеркале мой недоуменный взгляд, пояснила: — На машины.
Действительно, двор перед входом в «Ступени», обычно полупустой, был битком забит автомобилями. И какими! Надина новенькая «десятка», вымытая и отполированная до блеска, смотрелась Золушкой на фоне роскошных иномарок S-класса и дорогих внедорожников. Был даже один «Линкольн» невероятных размеров, неизвестно как втиснувшийся в это ограниченное пространство. Но ни черной «Победы», ни красного старичка «Мерседеса» видно не было. Когда я указала на это Наде, та ответила:
— Я их видела. Стоят возле арки снаружи. Очень разумно. Отсюда, в случае чего, никак не выедешь, если только у тебя не летающая метла.