О понимании
Шрифт:
На гонку вооружений по всему миру тратится семьдесят пять процентов нашей энергии. Разве мы стали служить смерти и разрушениям? Эти семьдесят пять процентов энергии можно было направить на службу людям — и на свете стало бы больше смеха, больше здоровых, богатых и сытых людей. Исчезла бы бедность.
Нет никакой необходимости в том, чтобы на свете была бедность.
Ты критиковал религии, но разве они не играют важную роль в преодолении бедности? Существует так много религиозных организаций, которые бескорыстно помогают бедным.
Все существующие религии учат помогать ближнему, причем совершенно
Во-первых, эгоизм — часть твоей природы. Мы должны это принять. И поскольку это часть твоей натуры, он должен служить какой-то важной цели, иначе его не существовало бы в природе. Именно благодаря эгоизму ты выживаешь, заботишься о себе; иначе человечество давно бы уже вымерло.
Представь себе неэгоистичного ребенка, он таким родился. Такому ребенку не выжить, он погибнет, ведь даже дыхание — и то эгоистично. А как эгоистично есть, когда на свете миллионы голодающих! Вы едите? Вы здоровы, когда миллионы людей болеют и умирают? Если ребенок рождается без эгоизма как естественной части его природы, он обречен на гибель. Когда к тебе подползает змея, то зачем же от нее убегать? Дай ей укусить себя. Именно твой эгоизм и себялюбие пытаются защитить тебя — иначе ты становишься легкой добычей змеи. Когда на тебя прыгает лев и пытается тебя убить, не сопротивляйся! Ведь это так бескорыстно! Лев голодный, а ты для него — хороший обед. И кто ты вообще такой, чтобы вмешиваться? Тебе не следует себя защищать, ты не должен бороться. Просто подай себя льву на блюде — вот это будет бескорыстно. Все религии учат неестественному поведению. Это одна сторона вопроса.
Я же учу тому, что естественно. Я учу тебя быть естественным, абсолютно и бесстыдно. Да, я учу эгоизму. Никто до меня об этом не говорил; у них просто не хватало на это духу. При этом все они были эгоистичны; вот что самое удивительное. Почему джайнский монах себя истязает? У него есть мотивация. Он хочет достичь абсолютного освобождения и всех радостей, которое оно приносит. Он ничем не жертвует, он просто заключает сделку. Он — бизнесмен. В его священных книгах сказано: «Тебе воздастся сторицей». Эта жизнь на самом деле очень коротка — семьдесят, восемьдесят лет, это совсем немного. Если вы жертвуете семьюдесятью годами удовольствий и взамен получаете вечность удовольствий, то это неплохая сделка. Я не думаю, что это бескорыстно.
Так почему же все религии учат тебя служить человечеству? Какие у них мотивы, в чем их цель? Что ты от этого выиграешь? Наверное, таким вопросом ты никогда не задавался. Это не служба человечеству...
Мне нравится одна очень старая китайская легенда.
Человек упал в колодец. Это случилось на большом празднестве, где собралось много народу. Было очень шумно, люди веселились, танцевали, пели, происходило много всего интересного, и никто не заметил, как человек упал. В те времена в Китае колодцы не были огорожены защитными стенами. Это были просто открытые ямы в земле, без всякой защиты. Если не знать, что там колодец, можно было просто оступиться в темноте и упасть.
Человек закричал:
— Спасите!
Мимо проходил буддийский монах. Я не знаю, что он там делал: буддийскому монаху, конечно,
Идет он мимо колодца и слышит крик человека. Он смотрит вниз. Человек говорит:
— Как хорошо, что ты меня услышал. Все так заняты, кругом так шумно, я боялся, что умру.
Буддийский монах отвечает:
— А ты таки умрешь, ведь то, что с тобой сейчас происходит, случилось из-за твоего плохого поступка в прошлой жизни. Теперь ты получаешь возмездие, так прими же его и погибни! Это хорошо; в следующей жизни ты все начнешь сначала, и тебе уже не нужно будет падать в колодец.
Человек отвечает:
— Мне сейчас не нужны твои мудрые мысли и философия...
Но монах удалился.
Следующим мимо проходил даос. Ему захотелось пить, и он заглянул в колодец. Человек все еще звал на помощь. Даос говорит:
— Ты ведешь себя не по-мужски. Нужно принимать все, что с тобой происходит, — так говорил великий Лао-цзы. Так прими же это! Получай от этого удовольствие! Ты кричишь, как женщина. Будь же мужчиной!
Человек говорит:
— Я согласен, называй меня женщиной, но сначала, пожалуйста, помоги мне! Я веду себя не по-мужски, хорошо, потом ты можешь сказать мне все, что пожелаешь. Но сначала вытащи меня.
Но даос ответил:
— Мы никогда не вмешиваемся в чужие дела. Мы верим в человека и его свободу. Ты был свободен упасть в колодец, теперь ты свободен умереть в нем. Все, что я могу, — это предложить тебе выбор: ты можешь умереть с криками и стонами. Это глупо. Или ты можешь умереть как мудрец. Прими это, наслаждайся этим, пой песни и покинь этот мир. Ведь умрут все, так какой же смысл тебя спасать? Я умру, все умрут — может быть, завтра, может послезавтра, какой смысл напрягаться и спасать тебя?
И он тоже ушел.
Идет мимо конфуцианец, у человека появляется надежда, потому что они более открыты миру, более приземлены. Он кричит:
— Как мне повезло, что ты пришел, о ученый конфуцианец! Я знаю тебя, я слышал твое имя. Теперь сделай для меня что-нибудь. Ведь Конфуций говорил «Помогай людям»!
После реакции буддиста и даоса человек подумал: «Лучше, если я буду говорить философски. Этих людей нужно убеждать, чтобы они помогли мне». И он сказал: «А Конфуций говорит: “Помогай людям”».
Монах-конфуцианец отвечает:
— Ты прав. И я помогу. Я пройду по городам, буду протестовать и заставлю правительство построить защитные стены вокруг всех колодцев в стране. Так что не переживай.
Человек сказал:
— Но к тому времени, как возведут защитные стены и твоя революция достигнет цели, я погибну.
Конфуцианец говорит:
— Не важно, что будет с тобой и со мной, отдельные люди не имеют значения — важно только то, что происходит с обществом. Упав в колодец, ты обнажил очень важную проблему. Теперь мы будем вести борьбу. А ты успокойся и сиди тихо. Мы увидим, как вокруг колодцев возводятся защитные стены, и туда уже никто не упадет. А что мы получим, просто спасая тебя? У нас в стране миллионы колодцев, и в них могут упасть миллионы людей. Так что не думай о себе, поднимись над своим эгоизмом. Я собираюсь служить человечеству. Ты уже сослужил большую службу, когда упал в этот колодец, а я собираюсь послужить, принудив правительство возвести защитные стены.