Обнаженная для тебя
Шрифт:
— Вот-вот, — произнес он, прислоняясь к стойке и потягивая кофе. — Смотри на меня вот таким манером и увидишь, чем это кончится.
— Кончится тем, что я из-за тебя работы лишусь.
— Подумаешь, устрою на новую.
— Это кем? Твоей секс-рабыней? — фыркнула я.
— Хм, а что, предложение интересное. Давай обсудим.
— Черт! — пробормотала я, ополоснув свою кружку в раковине и поставив в посудомоечную машину. — Готов? К работе?
Гидеон допил свой кофе, и я протянула руку, чтобы взять у него кружку, но он ополоснул ее сам. Еще одно действие, выдававшее в нем простого
— Я хочу, — заявил он, повернувшись ко мне лицом, — отобедать с тобой сегодня вечером, а потом провести ночь у меня дома.
— Гидеон, я не хочу, чтоб ты на мне перегорел.
Он являлся мужчиной, привыкшим к одиночеству, мужчиной, давно не имевшим длительной, много значившей для него связи, если вообще имевшим таковую. И сколько времени потребуется на то, чтобы эти его инстинкты выветрились? А кроме того, нам и вправду лучше не выставлять наши отношения на публику…
— Только не надо отговорок. — Его лицо окаменело. — С чего ты взяла, что я могу перегореть?
Мысленно я обругала себя за то, что обидела его. Он старался, как мог, и мне следовало всячески поощрять его, а не обескураживать.
— Ой, да я не то имела в виду. Просто не хочу тебя стеснять. И потом, нам по-прежнему нужно…
— Ева, — раздраженно вздохнул он, но слегка расслабился. — Ты должна верить мне. Я же тебе верю. Просто не могу иначе. В противном случае нас с тобой сейчас бы здесь не было.
— Ладно, — кивнула я. — Договорились, обедаем и едем к тебе. Уже жду не дождусь, честное слово.
Слова Гидеона насчет доверия не выходили у меня из ума, и все было хорошо, пока на мой почтовый ящик не поступил очередной дайджест Google.
На этот раз одним снимком дело не ограничивалось. Каждая статья и блог сопровождались несколькими фотографиями: на них мы с Кэри обнимались у ресторана, где вчера обедали. Заголовки пестрели догадками относительно наших отношений. Одни авторы упирали на то, что мы с Кэри живем вместе, другие предполагали, что, закрутив с «миллиардером-плейбоем Кроссом», я все же решила на всякий случай оставить про запас своего дружка из модельного бизнеса. Суть всей этой шумихи стала ясна, когда я увидела рядом с этими фотографиями снимки Гидеона. Они были сделаны вчера вечером, когда мы с Кэри и Треем сидели дома и смотрели кино, а Гидеон, по его словам, был на деловом обеде. На фото он стоял перед рестораном в компании Магдалены Перес: они нежно улыбались друг другу и она держала его за руку. Одни статьи превозносили Гидеона за его приверженность «красоте и разнообразию», а другие оправдывали его, объясняя встречи с Магдаленой тем, что он ищет утешения, ибо сердце его разбито моей неверностью.
Ты должна мне верить.
Чувствуя, что мне не хватает воздуха, я закрыла почту. Меня душила ревность. При этом я была уверена, что физической близости с другой женщиной у него не было, и не сомневалась в искренности его отношения ко мне. Только вот Магдалену все равно страшно ненавидела, ведь во время нашего разговора в туалете она дала мне для этого основания. Видеть, что она стоит рядом с Гидеоном, а он так нежно ей улыбается, было выше моих сил, особенно когда я вспоминала, как она обошлась со мной.
Однако я заставила себя выбросить все это на время из головы и сосредоточиться на работе. Завтра Марку предстояла встреча с Гидеоном по поводу рекламной кампании водки «Кингсмен», и сейчас я приводила в порядок соответствующую информацию.
— Ева, — окликнул меня Марк, высунув голову из своего кабинета. — Мы со Стивеном сегодня встречаемся за ланчем в «Брайант-парк гриль», и он спрашивал, не присоединишься ли ты к нам. Он был бы рад увидеться с тобой снова.
— С превеликим удовольствием.
Мое настроение заметно повысилось в предвкушении ланча в одном из моих самых любимых ресторанов да еще в компании двух по-настоящему симпатичных ребят. Это обещало отвлечь меня от мыслей о неизбежно предстоявшем мне всего через несколько часов неприятном разговоре с Гидеоном о моем прошлом.
Ясно было, что так или иначе правда вылезет наружу, и мне следовало набраться храбрости и выложить Гидеону все, до того как мы отправимся на обед. До того, как еще раз появимся вместе на публике. Он должен знать, чем рискует, связываясь с такой особой, как я.
Получив вскоре после этого конверт по внутренней почте, я сначала подумала, что это какой-то набросок к рекламе водки «Кингсмен», но обнаружила там визитную карточку Гидеона с надписью:
Полдень. Мой кабинет.
— Разбежался, — пробормотала я, раздраженная подобной бесцеремонностью.
Разве это приглашение? Ладно, припомню ему, что он даже не заикнулся о том, что обедал с Магдаленой.
Может, он и вправду пригласил ее на свидание вместо меня? В конце концов, не в том ли и заключалась ее роль, роль одной из женщин, с которыми он общался вне своего номера в отеле.
Перевернув визитку Гидеона, я написала на ней, без подписи, ответ из того же количества слов.
Извини. Свои планы.
Ответ не самый любезный, зато заслуженный. Без четверти двенадцать мы с Марком спустились вниз, но у поста охраны меня остановили, и охранник, позвонив Гидеону, доложил, что я в вестибюле. Тут уж мое раздражение дошло до крайней точки.
— Пошли! — бросила я Марку и устремилась на улицу, игнорируя просьбу охранника немного подождать.
Я увидела Энгуса и припаркованную машину и одновременно услышала, как Гидеон окликнул меня по имени. Голос его прозвучал резко, словно щелчок кнута. Я обернулась, и он подошел к нам с бесстрастным лицом и ледяным взглядом.
— Иду на ланч со своим боссом, — вздернув подбородок, заявила я.
— Куда направляетесь, Гэррити? — спросил Гидеон, не сводя с меня глаз.
— В «Брайант-парк гриль».
— Она там будет, я об этом позабочусь.
С этими словами он взял меня за руку и отвел прямо к «бентли», заднюю дверцу которого предусмотрительно открыл Энгус. Едва я оказалась внутри, Гидеон залез следом, потеснив меня на сиденье. Дверь захлопнулась, и машина тронулась.
— Ты что делаешь?! — воскликнула я, одергивая узкую юбку. — Не говоря уж о том, в каком свете выставляешь перед боссом.