Один в поле не воин
Шрифт:
– Может быть, ты и прав, – неопределенно произнес Болт, включая передачу, и «Газик», деловито урча двигателем, принялся разворачиваться. – Вообще, если аномалия долго на механизме сидит, он выглядит, как новенький. А этот автомобиль больше похож на прошедший капремонт. Хотя, в Ареале бывает всякое…
Он развернул машину и повел её по ровной, как стрела, проселочной дороге, уходящей точно в Эпицентр. Лаванда с Айболитом немедленно принялись обсуждать, на каких физических принципах может базироваться феномен «Газика», и строить планы по запуску научных приборов внутри этой аномалии, явно не имеющей аналогов. К ним присоединился Рас, немедленно загоревшийся идеей поиска автомобилей, на которых сидят мощные аномалии. Обычно аномалии никогда не слезают с техники,
– Странно… – голос Болта заставил всех разом смолкнуть. – Этого перекрестка раньше не было.
Пассажиры устремили взгляды в окно, и Медведь заставил себя открыть глаза. «Газик» приближался к дорожной развилке. От основного проселка, ведущего в направлении Эпицентра, отходила дорога-близнец, уходящая куда-то на северо-запад. Вокруг по-прежнему простиралась голая степь, лишенная каких бы то ни было ориентиров.
– Маришка, ты же рядом со мной сидела, когда мы возвращались, – Болт посмотрел в зеркало заднего вида, выискивая глазами Лаванду, – ты эту развилку видела?
– Нет, – Лаванда недоуменно разглядывала невесть откуда возникший перекресток. – Я весьма тщательно следила за окружающей обстановкой, мне было важно получить любые ранее неизвестные данные о природе Ареала… И я с уверенностью могу утверждать, что дорога была абсолютно прямой, и столь же абсолютно одинокой. Этого съезда не было, равно как любого другого.
– Он ведет туда, куда нам надо! – Рас указал в сторону, куда уходило ответвление. – Наши Неприки живут как раз в той стороне! По прямой от Базы сто семьдесят километров, мы за три часа доедем, если дорога в сторону не отвернет. Болт, а ты вообще с дороги съезжать пробовал?
– Нет, – сталкер коротко качнул головой, – болт на шее подсказывает, что съезжать не стоит. Ездить нужно только по дороге, на то она и дорога.
– Так поехали! – возбужденно заявил Рас. – Есть же одна, что в нашу сторону идет! Интересно, машина сама нужный путь прокладывает? Болт, а дед твой, случайно, навигатор сюда не устанавливал? Двадцать лет назад, вроде, уже были первые Джи-Пи-Эсы? Может, навигатор тоже Эпицентром изменило?
– Брось, – Болт усмехнулся, – какой Джи-Пи-Эс двадцать с лишним лет назад в нашей глуши?! У нас в деревне в те времена даже слова такого не знали. Да и «Газик» этот тогда уже был не на ходу… – Сталкер прислушался к оберегу: – Но ты прав, раз дорога есть, значит, надо ехать.
Старенький автомобиль свернул с центрального проселка на боковой и деловито пополз дальше, негромко урча двигателем. Наличие не существовавшей до сего момента дороги вызвало вторую волну научных споров, и на Медведя, с трудом сохраняющего невозмутимый вид, никто особого внимания не обращал. Ледяное жжение внутри охваченного болью тела не пропадало, но и не усиливалось, и майор подумал, что если лишний раз не шевелиться, то некоторое время он ещё продержится. Тем временем за бортом изрядно стемнело, и Болт включил фары. В вечерних сумерках окружающая местность ничем не отличалась от обычной русской глубинки, но ледяные нити, погруженные в тело, ежесекундно напоминали, что это не так. Медведь смотрел на дорогу, монотонно бегущую навстречу в свете фар, и уже не слышал голосов своих попутчиков.
– …может, посмотрим, Коля? – голос Болта вывел Медведя из болезненного оцепенения.
– Что? – майор вдруг понял, что машина не движется. – Что-то я задремал. О чем речь? – Он бросил взгляд в окно. «Газик» стоял посреди теряющейся в сумерках дороги. – Уже приехали?
– Дорога идет дальше, – повторил Болт. – И ехали мы всего час. Но по моим ощущениям, мы
– Конечно, нужно посмотреть! – Медведь почувствовал, как его тело резво покидает машину.
Пытка обжигающе-ледяным наждаком закончилась мгновенно, едва он понял, что стоит на ногах вне автомобиля. К зрению вернулась четкость, к мышлению – ясность, и Медведь привычным движением взял пулемет на изготовку. Он внимательно осмотрелся и негромко протянул:
– Да… дела, однако… Так и хочется спросить, как мы здесь оказались…
Сумерки снаружи были светлее, нежели те, что можно было видеть изнутри «Газика», в Ареале у освещения свои законы. Полностью стемнеет через два часа, произойдет это быстро, и тот, кто не успел до того момента отыскать себе место для ночлега, может порадовать свой взор увлекательным зрелищем: как едва ли не на глазах серебристые нити Паутины тускнеют и исчезают из вида. Этакое пожелание «счастливого пути» от добродушного Ареала незадачливому путнику. Но пока вокруг было ещё достаточно светло. Достаточно для того, чтобы увидеть, что старенький «Газик» стоит на небольшой поляне посреди тронутого мутациями леса, окруженный наполовину посиневшими деревьями и переплетениями обсыпанных желтушной пылью кустов. Проехать сюда невозможно, единственный вариант оказаться здесь автомобилю – это быть сброшенным с воздуха.
– И, тем не менее, мы здесь… – тихо, но злорадно произнес Медведь. Он всё-таки вытерпел, назло всемогущему врагу, и доехал. – Хвост тебе в руки, засранец инопланетный…
– Медведь, рацию включи, тебя не слышно, – стоящий у другого борта машины Туман слегка повысил голос. – У меня чисто, «Филин» отметок не даёт. Но Паутины со Студнем – до чертиков.
– У меня тоже, – здоровяк щелкнул верньером, активируя рацию. – А «Филин» тут не поможет, Непры без «Невидимок» не живут. Начинаем искать. Меня они знают, об Айболите наслышаны, так что пойдем втроем. Болт, составишь компанию? Мне бы не хотелось пулемет из рук выпускать, а с тобой спокойнее. Остальным оставаться в машине. Рас, на тебе наблюдение за окрестностями.
Спустя минуту поисковая группа углубилась в лесные заросли, и Медведь, осторожно ступая за Болтом, вглядывался в верхушки мутирующих деревьев. Древесные стволы ещё не начали размякать, но близость Желтой Зоны уже сказывалась на цвете их коры. Где-то там, в наполовину ещё зеленых, наполовину уже синих кронах, подернутых желтыми потеками, должны быть натянуты канаты. Это ориентир, о котором говорил Тимур, отец обезьянки Аси. Собственно, для Аси эти канаты и развешивались, чтобы годовалый ребенок не заблудился, когда лазает по деревьям. Ведут канаты в какую-то ловушку, для обезьянки не опасную, зато для посторонних гостей – очень даже, но попасть в неё свои, по его словам, не успеют. Потому что за подступами к ловушкам всегда наблюдает кто-то из надежного укрытия. Оставалось надеяться, что это действительно так. И что Болт действительно привёз их в нужное место. Впрочем, болт Болта не подводит, это общеизвестно.
Минут сорок группа планомерно прочесывала лес, медленно углубляясь всё дальше. Для Зеленой Зоны окружающая местность имела повышенную частоту залегания аномалий, в основном Паутина и Студень. В совокупности с обилием мутировавшего зверья, труднопроходимым подлеском и почти полным отсутствием нефтяных пятен, это сделало местные районы неинтересными для основной части населения Ареала, промышляющего добычей «Икса». Конечно, ни для кого не секрет, что в этих краях при наличии «Старателя», определенной доли везения и огромной телеги терпения, можно отыскать алмаз или пару-другую самородков. Но добираться сюда слишком трудно, долго и хлопотно, а значит затратно. Такая игра может стоить свеч только для одиночек или совсем небольших небогатых старательских групп, которые особо не раскошеливаются на обеспечение собственной экспедиции. Среди новичков таких хватает, но именно они и являются лакомым куском для многочисленных знатоков «понятий», виртуозно владеющих феней. А это ни для кого не секрет тем более.