Осколки Бога
Шрифт:
Пятый уровень осознания это Аватар. Аватар понимает, что мозг — это генератор иллюзий, а не окно в реальность. Аватар осознает науку как систему веры, хотя и полезную. Аватар знает о влиянии Бога через вероятности и о неизбежной пересборке Божественного Сознания.
— Я думаю, я на четвертом уровне, — сказал я. — По крайней мере, согласно вашему определению.
— Да, это так, — подтвердил он.
— Но теперь, когда вы рассказали мне все свои секреты с пятого уровня, может быть, я перейду на следующий уровень. Так это работает?
— Нет, — сказал
— Я смутно чувствую себя оскорбленным, — пошутил я.
— Ты не должен. Нет ничего заведомо хорошего или плохого в чьем-то уровне осознания. Никакой уровень не лучше и не хуже любого другого. Люди наслаждаются счастьем и вносят свой вклад в общество на каждом уровне.
— Это звучит очень щедро, — сказал я. — Но я заметил, что ваш уровень имеет наивысший номер. Этот уровень очевидно хороший. Вы, должно быть, чувствуете небольшое самодовольство.
— Нет ничего хорошего или плохого в чем угодно, просто разница в полезности. Люди на всех уровнях имеют одинаковый потенциал быть полезными.
— Но вы, должно быть, рады, что вы не на одном из других уровней.
— Наоборот. Счастье достигается более легко на других уровнях. Осознание имеет свою цену. Аватар может найти счастье только в служении.
— В каком служении?
— Иногда социальные иллюзии выходят из равновесия, конфликтуют, и эмоции вырываются из-под контроля. Люди умирают. Если достаточно много людей умирает, пересборка Бога срывается. Когда такое случается, в игру вступает Аватар.
— Как?
— Ты не можешь разбудить сам себя ото сна. Тебе нужен кто-то уже проснувшийся, чтобы мягко тебя потрясти и прошептать несколько слов в ухо. В некотором смысле, это то, что я делаю.
— Как обычно, я не уверен, что вы имеете в виду.
Он объяснил:
— Великие лидеры в мире всегда наименее рациональные люди среди нас. Они существуют на втором уровне осознания. Харизматичные лидеры имеют природную способность навязывать людям свои заблуждения. Они убеждают людей действовать вопреки собственным интересам и преследовать идеи лидера ради всеобщего блага. Лидеры заставляют граждан идти на войну, чтобы захватить землю, на которой они никогда не будут жить, и убивать людей, которые верят в другого Бога.
— Не все лидеры иррациональны, — возразил я.
— Наиболее эффективные из них. Не часто увидишь математического гения или профессора логики в качестве великого лидера. Логика только вредит лидерству.
— Ну, в таком случае, иррациональное лидерство должно работать. Мир вроде совсем не плохо работает, в целом.
— Он работает, потому что людские иллюзии, в среднем, находятся в равновесии. Аватар поддерживает их в таком состоянии путем введения в оборот новых, необходимых идей.
— Вы думаете, идея может настолько сильно изменить мир? — спросил я.
— Идеи это единственное, что может изменить мир. Остальное — детали.
Домой
Время и необходимость растворялись в присутствии старика. Мы говорили на протяжении того, что могло быть несколькими днями. Я помню один восход, но, скорее всего, их было больше. Я никогда не чувствовал себя усталым в его присутствии. Как будто энергия окружала его как невидимым полем, подпитывая все, что находится рядом. Он был восхитителен и замечателен и, в конечном счете, за пределом слов.
Мы говорили еще о жизни, энергии и вероятности. Временами я терял ощущение принадлежности к собственному телу. Как будто мое сознание расширялось, чтобы включить в себя все предметы в комнате. Я смотрел на свою руку и видел отчетливо как различия между деревом, воздухом и рукой исчезали. Временами я чувствовал себя как котенок, которого за шкирку переносит в пасти кошка-мать — беспомощный, но в безопасности.
Не помню, как я покидал его дом или как шел к грузовику, но помню, как все выглядело. Город имел яркие грани. Звук был четкий. Цвета — насыщенными. Объекты казались более объемными, как если бы я мог видеть любую сторону с любого угла. Я слышал телефонный разговор за квартал от меня и знал о чем идет речь. Я мог уловить мельчайшие изменения в потоке воздуха.
Я ехал домой по дороге, по которой обычно не езжу. Я скользил сквозь зеленые сигналы светофоров, даже не дотрагиваясь до тормозов. Прохожие оставались на тротуарах, а полицейский взмахом руки показал мне объехать место аварии. Я знал, что все пострадавшие вне опасности.
Вставляя ключ в замок, я видел одновременно все такие же замки в городе, и все ключи, совпадающие с моим. Я мог видеть внутренний механизм замка, как он поворачивался, словно я был маленьким наблюдателем внутри, смотрящим на огромное заводское оборудование.
Всё в моей квартире казалось уменьшенным. Она навевала клаустрофобию.
Я сел за кухонный стол, положил на него посылку, которую Аватар так и не согласился принять, и некоторое время смотрел на нее, размышляя о содержимом. Я хотел открыть ее, но не хотел ничего, что разрушило бы мое прекрасное настроение. Через некоторое время, однако, любопытство пересилило.
Небольшой лист бумаги вывалился из коробки мне на колени. Я развернул его и с трудом прочел. Там было только одно предложение, но оно включало в себя так много, что я перечитывал его снова и снова. Я так и не заснул в ту ночь, сидя закутанным в красный плед, который тоже был в посылке, непрерывно перечитывая послание.
«Не может быть двух Аватаров одновременно».
После войны
— Мне нравится это кресло-качалка, — сказал молодой человек. — Насколько оно старое? Выглядит антикварным.
— Я получил его за год до Великой Религиозной Войны, — сказал я.
— Я рад, что война закончилась прежде, чем я родился, — молодой человек вздохнул. — Не могу представить, каково было жить в то время.
— Тебе повезло, что ты в ней не участвовал.
— Вы были на той войне?