Падшие ангелы в погонах
Шрифт:
— Бонжур, мадам, месье! Лейтенант Дюфай, флаг-офицер. Конечно, прошу вас следовать за мной!
Мурка и ее спутники последовали за лейтенантом, сопровождаемые многочисленными заинтересованными взглядами. Разумеется, «гвоздем программы» была Мурка. На Шипа и Корда, несших в руках какие-то чемоданчики, никто не смотрел.
Беседа уже шла почти час, но, против ожидания, дело не двигалось. Переговоры вела Мурка, а Корд с Шипом выполняли технические функции. Вели видеосъемку с разрешения хозяев и обеспечивали работу аппаратуры, поскольку ноутбук с блоком питания все же пришлось прихватить с собой во избежание проблем из-за несовпадения параметров электрической сети. Причем оба делали вид, что не понимают французского языка, общаясь с французскими офицерами по-английски, если к ним обращались с каким-то вопросом. Пришельцев приняли в адмиральском
— Месье, я понимаю, что такой вопрос нельзя решать без согласования с вашим верховным командованием. Но давайте смотреть правде в глаза. Если только то, о чем мы здесь говорили, достигнет Виши, то вскоре это будет известно в Лондоне и Мадриде. Потом начнутся долгие и многочисленные согласования, которые будут постоянно наталкиваться на разные «объективные причины». И в конечном счете все останется, как было. Разве не так? Так! А теперь я расскажу, что будет дальше. Мы в л ю б о м случае нанесем удар по Гибралтару. Так, что там не останется ни одной целой пушки, а все английские оборонительные позиции превратятся в лунный ландшафт. Все английские военные корабли, которые будут находиться там в этот момент, окажутся на дне. Сколько при этом будет уничтожено англичан — не знаю, но это и неважно. Важно то, что оборонять им Гибралтар после такой бомбардировки будет н е ч е м. И если вы не хотите занять Гибралтар, то это сделают испанцы. Что нас, по большому счету, тоже устраивает.
— Но почему?! Разве вы не хотите занять Гибралтар сами?
— Не хотим, причем по двум причинам. Во-первых, захватить мало. Надо еще удержать. А у нас не так уж много людей, чтобы выделить их еще и для удержания этой бесплодной Скалы, на которой даже нет воды. И которая в сегодняшних условиях потеряла свое значение, как стратегически важный объект, способный контролировать вход в Средиземное море. Во-вторых, нам не нужны постоянные трения с Испанией по этому поводу, какие были у нее с Англией. И которые сейчас достигли своего пика. Поэтому нас устроит любой Гибралтар, кроме английского. Французский, испанский, итальянский, греческий, югославский. Хоть парагвайский. Но только не английский. И когда Гибралтар превратится в руины с нашей помощью, а мы после этого уйдем, то думаю, что он недолго будет оставаться бесхозным. Испанцы успеют первыми. Если рядом никого больше не будет. Недавно они побывали у нас на Мальте, и мы сделали им аналогичное предложение, но испанцы отказались. Франко боится ссориться с Англией, пока сохраняется статус-кво. Но после того, как от Гибралтара останутся одни камни, думаю, что он может не устоять перед искушением.
— Хм-м… Вы ставите нас в очень затруднительное положение, мадам…
— Нисколько, месье. Я делаю вам предложение, от которого трудно отказаться. У вас есть реальная возможность оставить свое имя в истории, как людей, сполна воздавшим коварной Британии за позор Трафальгара и всего, что за этим последовало. Отобрать у Британии Гибралтар, который она более двух веков считала своей неприступной крепостью, — что еще может быть достойнее? Тем более, вы по большому счету, ничем не рискуете. У вас приказ — вести военные действия с Англией. В том числе и против Гибралтара. Если в ходе выполнения очередной операции ситуация сложится настолько благоприятно, что возникнет реальная возможность взять территорию противника, то кто из политиков в Виши посмеет бросить упрек в ваш адрес? Да против него тут же ополчится вся Франция! Что будет с Гибралтаром дальше — это в компетенции Виши. Возможно, там и пойдут на компромисс с Испанией, отдав какую-то часть полуострова. Это уже уровень правительства. Но вы при этом в любом случае обессмертите свое имя. Тех, кто взял Гибралтар, Франция не забудет никогда. И не только Франция.
— Мадам, конечно, в Ваших словах есть доля истины… Но как Вы себе представляете это практически?
— Практически — следующим образом. Сейчас вы собираете на берегу то, что можно использовать для десанта в Гибралтар. Необязательно какие-то элитные части. Все, что способно
— Заманчиво… Когда вам нужен ответ, мадам? Ведь нужно как минимум дней пять, чтобы собрать на берегу то, что можно задействовать для высадки десанта.
— Это вполне приемлемо. Мы согласны подождать столько времени. Чтобы у вас не возникло трений с Виши по поводу нашего присутствия, мы сегодня же выйдем за пределы французских территориальных вод и будем ждать там. Когда будете готовы — свяжетесь с нами. Если через пять суток никакой информации от вас не будет, то мы начнем действовать самостоятельно. Вы согласны с такой постановкой вопроса?
— Да, мадам!
— В таком случае, благодарю вас, месье, за оказанный прием! Надеюсь, что вы примете правильное решение. А сейчас нам надо вернуться на авианосец и доложить командованию о достигнутых результатах…
Когда делегация русских вышла на палубу и связалась со своими через миниатюрную рацию, а с авианосца сразу же вылетел геликоптер, у адмирала Жансуля, наблюдавшего за этим, свело скулы. Он прекрасно понимал, какой подарок ему делают. И понимал, чем он рискует в случае неудачи. Как понимал и то, что два раза такие вещи не предлагают. Испанцам предложили, и они упустили свой шанс. Теперь этот шанс предложили ему…
По возвращению на «Адмирал Макаров» Мурка доложила командиру корабля о результатах своей миссии и сразу же связалась по радио с Валеттой, высказав свои соображения. Илларионов тоже «порадовал», сообщив важную новость.
— Вера Ивановна, ситуация несколько изменилась. Только что получили информацию, что в Гибралтар прорвался крупный английский конвой. Хоть и с потерями, но прорвался. К находившимся там старым линкорам «Куин Элизабет» и «Ривендж» добавились более новые «Нельсон» и «Родней». Раньше французам тоже не следовало туда одним соваться, а теперь и подавно. Снять блокаду англичанам не удается, но вот оборону Гибралтара они усилили, причем весьма серьезно. В составе конвоя авианосец «Фьюриес». Тот, что сумел удрать от французов в прошлый раз. Сейчас он тоже пришел в авиатранспортном варианте, доставив новые «Харрикейны». Сколько точно — неизвестно. Аэродром англичане более-менее подлатали, поэтому принимать истребители он теперь может. Пришел также танкер с бензином, поэтому дефицита топлива для самолетов у англичан уже нет.
— Понятно… То есть, «Сингапурская стратегия» в средиземноморском исполнении?
— Получается так. Командир группы уже в курсе, но Вам это тоже нужно знать. Вдруг, понадобится.
— А войска в Гибралтар доставили?
— Доставили, как доставили и различную военную технику, но точная численность неизвестна. Как думаете, когда информация о теме разговора вашей сегодняшней встречи «утечет» из Орана?
— Если все, кто присутствовал на встрече, не из болтливых, и среди них нет ни одного засланного казачка, то суток через двое, когда расползется информация. Нам удалось выяснить, что поблизости от Орана у французов есть второстепенные воинские части, укомплектованные по большей части местным сбродом, а также части Иностранного Легиона. Думаю, их армейское командование и выделит. По принципу «то, что не жалко». Сохранить там что-то в секрете невозможно. А вот если среди офицеров штаба есть засланный казачок, то уже сегодня.
— Что же, нас это вполне устраивает. Пусть англичане и испанцы подергаются. Может быть глупость какую-нибудь сделают. Но как Ваше личное мнение по поводу Жансуля, Вера Ивановна? Рискнет он, или нет?
— Думаю, рискнет, товарищ адмирал. Уж слишком велик выигрыш в случае удачи. А если ничего не получится, то скажет, что просто совершил очередной набег на Гибралтар. И будет формально прав. А то, что не получилось, так ведь «на войне — как на войне». А там не всегда одни победы.
— Ладно, будем надеяться. Удачи вам! Если появится что важное — докладывайте в любое время…