Печать Фурий
Шрифт:
Сакура старалась не пересекаться взглядом с напарником, но немного разозлилась из-за Учихи, поведение которого было ему несвойственно. Так он вёл себя впервые после всех происшедших событий.
Учиха не резко, но достаточно быстро встал, а точнее — перестал облокачиваться о край стола. Взгляд его с интересом проследил за перемещением Сакуры от шкафа до кресла, в котором она до недавнего времени спала.
— Наруто не посчитал нужным ввести меня в курс дела по поводу пропажи Темари и Каруи, — монотонно произнёс Саске, посмотрев на девушку сверху вниз.
— Тебя не было на собрании.
— Какаши беспокоится о вашей безопасности, — подметил Учиха, — сколько групп послано на это задание?
— У тебя ведь… другая миссия… — Сакура была уверена, что перед ней сидел настоящий Саске, вот только в голове не укладывалось ни одно сказанное им слово. — Четыре группы Анбу.
Тонкую линию губ Учихи исказила ухмылка. Девушка поняла, что он сделал выводы, в которые, как обычно, не собирался её посвящать.
— Это всё, что ты хотел узнать? — поинтересовалась Харуно, вставая и попутно снимая белый халат. — Сегодня не моя смена, и, честно, хотелось бы уйти пораньше.
Сакура пыталась не оправдываться, но чувствовала, что её слова несли мизерный смысл, не соответствуя её титулу и силе. А с другой стороны, в глубине души ей было даже обидно, что Саске всё равно не может переступить проведённую между ними черту. Это окончательно душило в ней слабенькую надежду на взаимность или толику внимания. Но внимания не как к напарнице, а как к девушке.
— Есть кое-что, о чём я хотел бы тебя попросить, — Учиха перехватил Харуно за запястье.
***
В огромном помещении, полном высоких стеллажей, нагромождённых книгами, утром почти никогда не бывало народа, а сегодня первым посетителем стала непримечательная девушка. Робко поздоровавшись с работником городской библиотеки, Хината прошла в читальный зал.
Прошло четыре дня с момента, когда состоялось собрание шиноби и был разобран план действий. Не согласиться было невозможно — приходилось просто мириться с тем, что любой медик сейчас выполнял самые прямые обязанности. А вместе с ними — и другие куноичи.
Приходилось развлекаться любыми способами. Хьюга абсолютно наугад вытащила первую попавшуюся книгу. Римская мифология. Жёсткий переплёт и старые страницы были приятны на ощупь, и девушка какое-то время просто вертела книгу в руках. Не то чтобы Хината хотела изучить что-то конкретное, но явно заинтересованно просмотрела содержание и открыла страницу, с которой начиналась история появления различных богов и богинь.
«Эринии — богини мести в греческой мифологии, фурии — в римской», — заключила Хината, знакомясь с текстом. Девушка углубилась в чтение так, что совсем не замечала ничего вокруг. Поэтому никак не отреагировала, когда к ней подсела Тен-Тен. Такахаши долго наблюдала за подругой, подперев подбородок рукой, но после продолжительного молчания вздохнула.
— Доброе утро, Хината, — поздоровалась она, делая ударение на обращение. Хьюга тут же вздрогнула.
— П-прости, Тен-Тен, — начала оправдываться куноичи, — не заметила совсем.
— Интересная
— Взяла первую попавшуюся, — начала Хьюга, — римская мифология.
— Хм, — Такахаши опёрлась на спинку стула и сложила руки на груди, — чем только не придётся заниматься, пока тебя от всего огородили.
— Мне тоже не по себе, Тен-Тен, — согласилась Хьюга, — но ты слишком явно это выражаешь. Непривычно как-то.
— Просто настроение такое, — объяснила та и, выдохнув, пододвинулась к подруге. — Что там у тебя? Рассказывай.
Хината улыбнулась, покачав головой. Она опять взглянула в книгу и поделилась кое-какой информацией, с которой уже успела познакомиться.
— Меня больше привлекла не верхушка богов в римской мифологии, вроде Юпитера и Юноны, а те, кто зачастую пользовались карательными мерами.
— Фурии? — пройдясь глазами по тексту, предположила Такахаши, получая в ответ кивок.
— Они — богини мести. Согласно мифу, фурии преследовали Ореста за убийство матери, которое тот совершил по велению Аполлона. Аполлон смог лишь на время усыпить богинь-мстительниц, защищая Ореста. Конец же преследованию положила Афина Паллада, проведя первый в мифической истории — правда, Греции, а не Рима — суд над Орестом, в результате которого он был оправдан. Фурии пришли в ярость, поскольку суд отнял их исконное право карать муками нарушившего закон.
— Они больше связаны с греческой историей, — кивнула Тен-Тен, — хотя мне фурии нравятся больше, чем эринии.
— Ну, в принципе да, — согласилась Хината. — Фурий всего три — Алекто — не прощающая, Мегера — завистница и Тисифона — мстящая за убийство.
— Они — три старухи со змеями на голове вместо волос. Забавно, — прокомментировала Тен-Тен, рассматривая картинки богинь.
— По истории они очень ужасны, и рядом с ними невозможно находиться из-за зловонного запаха, который является карательной мерой.
— Жаль, что, обладая красивыми именами, они такие ужасные, — рассмеялась Такахаши, и её смех подхватила Хината.
***
— Какое-то время будет непривычно, а потом освоишься, — вытирая руки полотенцем, пояснила Сакура.
Она обернулась к напарнику. Саске сидел на операционном столе, осматривая перебинтованную руку. Харуно не могла понять, почему у Учихи внезапно изменилось мнение касательно этой операции и протеза с клетками Хаширамы. В голове сразу всплыли воспоминания последнего ухода Саске и его слова о том, что отсутствие руки будет ему вечным напоминанием об их битве с Наруто. Интересно, что же сейчас изменилось?
Он встал, безмолвно взглянув на Сакуру. Лишь пронзительный взгляд чёрных глаз, направленный в сторону девушки, напомнил ей, что она слишком долго смотрела на него.
— А… что? — тут же отреагировала она и сглотнула.
— Спасибо, — коротко ответил Учиха, надевая рубашку.
— Это всё, о чём ты хотел меня попросить? — выдохнув, поинтересовалась Харуно и занялась мелкими делами, дабы не чувствовать себя неловко рядом с Саске. Несмотря на то, что прошло много времени, пока Сакура «вживляла» протез руки, она ощущала, что отвыкла от присутствия напарника даже вопреки своим чувствам.