Письмо сестре, или Комментарии к эпиграфам
Шрифт:
Ну да бог с ним.
Как я уже сказал, работа писарем изначально привела меня к тому, что по понятиям я оказался человеком вроде как второго сорта. Сначала я немного недоумевал по этому поводу, на фоне искажения воровских понятий самими же блатными, однако почти сразу убедился, что статус красного создаёт, до известной степени, некоторую изоляцию от большинства осуждённых и тем самым является скорее преимуществом, так как общаться со спецконтингентом у меня не было ни малейшего желания. Время, однако, расставляет всё по своим местам, и в неформальной обстановке общечеловеческие понятия всё равно
От отвлечённых рассуждений возвращаюсь к компьютеру.
Кассационную жалобу в Верховный Суд Республики Карелия я написал летом 2013 г. Один раз Николайчук даже оставил меня одного на ночь в Штабе Администрации, в кабинете с компьютером и принтером – беспрецедентная история для нашего общежития (барака). Наверное, Начальник отряда решил, что, хоть и не положено, ничего страшного в этом нет. В ту ночь я окончательно отредактировал и распечатал свою «кассатку», воспользовался степлером, подготовил конверт к отправке и вволю наигрался в пасьянс «Паук».
При мне Начальником отряда № 4 Николайчук пробыл всего три месяца. В начале сентября он ушёл на пенсию, и я перестал быть писарем, хотя новый отрядник – Максим Сергеевич – предлагал остаться и выполнять те же функции: печатание на компьютере, заполнение всяких формуляров и т.п. Я же ещё до этого предложения был зачислен на обучение в училище по специальности «оператор швейного оборудования», и был вынужден Максиму Сергеевичу отказать, сославшись на то, что начинаются занятия; да и помощь ему требовалась в гораздо меньшей степени, чем Николайчуку: Максим Сергеевич был молод, отлично разбирался в компьютере, без труда мог сам печатать на принтере и пользоваться сканером.
Вот такие дела.
016
В аресте и тюрьме, если взглянуть на дело пошире, в сущности нет ничего страшного, - была бы совесть чиста.
ФКУ ИК-17 – колония строгого режима. Это означает, что здесь отбывают наказание мужчины, осуждённые к лишению свободы за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, а также рецидивисты и опасные рецидивисты.
Вначале считается, что вы находитесь в нормальных условиях отбывания наказания. Вам полагается три длительных свидания в год. На свидание могут прийти любые ваши родственники; малолетние дети тоже могут прийти. Длительное свидание длится трое суток и является самым радостным мероприятием здесь, в колонии строгого режима.
Ваши родственники или друзья могут прислать вам четыре посылки в год, каждая весом не более 20 кг. Родственники или кто-то ещё могут доставить посылку прямо в колонию и вручить её непосредственно инспекторам КДС; в этом случае посылка называется передачей и выдаётся вам в тот же день. Получение посылки или передачи – тоже очень радостное мероприятие.
Ещё вам полагается три краткосрочных свидания в год (продолжительностью до 4 часов) и четыре бандероли в год (весом не более 5 кг).
Решением Администрации вы можете быть переведены в облегчённые условия отбывания наказания, и тогда вам уже будет полагаться четыре длительных свидания, четыре краткосрочных свидания, шесть посылок и шесть бандеролей в год. В этих отличиях, фактически, заключается весь смысл облегчённых условий.
Вы можете быть переведены также и в строгие условия отбывания наказания; в этом случае вы сможете получить две бандероли и две передачи, и сходить на два краткосрочных и одно длительное свидание в год.
Условия отбывания наказания отличаются также установленным пределом ежемесячного расходования денежных средств с вашего лицевого счёта, то есть тем количеством денег, которые вы можете потратить на приобретение потребительских товаров и продуктов питания в магазине учреждения.
В процессе жизнедеятельности вы можете получать от Администрации поощрения, например, в виде дополнительной передачи или в виде дополнительного свидания. При этом право на положенное количество свиданий и передач у вас остаётся.
Все эти правила есть в УИК.
На местном жаргоне право на получение двадцатикилограммовой посылки (передачи) называется лимитом. Например, вы находитесь в нормальных условиях отбывания наказания и только что получили положенную передачу от родственников. Это значит, что следующий лимит подходит у вас через три месяца. Если Администрация выписала вам поощрение в виде дополнительной передачи, значит, у вас есть дополнительный лимит.
017
Будущее казалось тёмным коридором, в конце которого была крепко запертая дверь.
Завхозом на момент моего прибытия в четвёртый отряд был Игорь Юрьевич, пятидесятилетний москвич, отсидевший к тому моменту уже более десяти лет. Меня, как писаря, поначалу поселили с ним в один проходняк. Игорь Юрьевич был, в общем-то, неплохим мужиком, но иногда на него нападала злая раздражительность – следствие долгого пребывания в МЛС, - которую он периодически выплёскивал на своих соседей и из-за которой мы с ним пару раз ругались…
Ну вот, Юлия Алексеевна, придётся объяснить, кто такой завхоз, и что такое проходняк.
Завхоз – это самый красный осуждённый в отряде. По сути, он помогает ментам по различным вопросам, связанным с хозяйственным и организационным обеспечением отряда. В подчинении завхоза находятся два дневальных – дневной и ночной. Дневальные встречают сотрудников колонии, когда те заходят в общежитие (барак), помогают считать зеков во время проверок, оповещают осуждённых о вызове в Штаб, на свидание или за передачей, раздают бланки заявлений на выдачу положенного вещевого довольствия, потм собирают эти бланки для передачи далее по назначению, ежемесячно раздают нам санитарно-гигиенические наборы, записывают осуждённых на посещение магазина и т.п.
– в общем, дневальные вроде как на побегушках у ментов и у завхоза. Завхоз же всё это контролирует и фактически осуществляет формальное взаимодействие осуждённых, и отряда в целом, с Администрацией колонии. Неформальное взаимодействие осуществляют блатные.