Поцелуй Кирэлла
Шрифт:
Ломая барьеры, которые сдерживали ее раньше, она пошла защищать свою пару.
***
— Вы посмели войти в мои покои! — прорычал Кирэлл, его взгляд блуждал по мужчинам, которые пытались отступить. Запах их страха наполнил комнату, когда он позволил когтям вытянуться во всю их смертоносную длину. — Теперь вы узнаете, что происходит, когда паре Драгуна угрожает опасность.
Яростный рев, раздавшийся позади него, сопровождаемый звуками ломающейся мебели и падающего на пол металла, заставил Кирэлла обернуться и увидеть
Это была Осень! Конечно, это была она! Он был таким глупцом!
Она рассказала ему, как вцепилась в лицо генерала Террона, пытаясь защитить своего брата. Он и сам видел доказательства этого нападения, но так и не сумел собрать все воедино. Каким-то образом, будучи десятилетней девочкой, она смогла частично измениться! Он никогда не слышал, чтобы женщина-Драгун была способна на такое. Неудивительно, что варанианцы напали на нее с такой злобой. Каким-то образом они узнали, что Осень и ее семья происходят от Разета, и решили уничтожить их, как пытались уничтожить всех Драгунов.
Он должен был раньше понять, что она не могла быть Другой.
Она открыто бросила ему вызов, ему, Черному Прайму.
Она не боялась ни его Монстра, ни дракона.
Ее огонь горел так же сильно, как и его, когда они целовались. Он просто не осознавал этого. Он не понимал, что огонь, вспыхнувший в его крови, когда он смешал их кровь, был не огнем его желания, а ее огнем, потому что ее кровь была более сильной. Его укус не изменит ее. Это Кирэлл станет тем, кто изменится, станет Высшим, как только ее дракон отметит его как свою пару.
Ей было всего двадцать два, и она уже могла принять облик дракона.
Его пара была удивительной.
И судя по всему, она была в бешенстве!
— Кер! Это Высший!
Слова, произнесенные Дэком шепотом, привлекли внимание дракона Осени, и дым, который она испускала, начал темнеть.
Увидев это, Кирэлл быстро встал между ними, возвращаясь в свою человеческую форму.
— Все в порядке, Осень. Я в порядке, — но ее глаза продолжали дико смотреть ему за спину, фокусируясь на оставшихся мужчинах, ее дым все темнел.
— Нет, Осень! — он встал перед ней, широко раскинув руки. — Ты испепелишь нас всех! Ты должна успокоиться, любовь моя, — он осторожно положил руку на ее морду, лаская ее. — Ты такая красивая, Осень.
Она недоверчиво фыркнула, но когда ее взгляд снова встретился с его, дикость в ее глазах начала отступать, и зеленый цвет, который он так любил, начал возвращаться.
— Твой дракон так прекрасен, Осень.
Осень нахмурилась, глядя на Кирэлла. «Ее Дракон? О чем это он говорит?»
Посмотрев вниз, она обнаружила, что вместо нормальной кожи и рук, которые она привыкла видеть, теперь были покрытые чешуей конечности с длинными острыми когтями. Ее испуганный взгляд метнулся обратно к Кирэллу.
Кирэлл увидел страх и замешательство в ее глазах и понял, что она не знала, что вызвала своего дракона. Она, вероятно, даже не осознавала, что частично изменилась, когда пыталась защитить своего брата.
— Все в порядке, Осень, — сказал он ей. — Просто вернись обратно.
Панический взгляд заставил его понять, что она не знает, как это сделать.
— Все в порядке, моя Осень, — нежно сказал он ей, — просто представь себя такой, какой ты была.
Он снова погладил ее длинную шею.
— Девушка с длинными рыжими волосами и сверкающими зелеными глазами. Я рядом с тобой.
Он почувствовал, как ее большая голова опустилась ему на плечо, и ее охватила дрожь. Только что он держал в объятиях прекрасного дракона, а в следующее мгновение — свою очень красивую и очень обнаженную пару. Осень подняла голову, улыбаясь ему, когда внезапно ее лицо исказилось, и самый ужасный крик боли, который он когда-либо слышал, заполнил комнату. Он все еще был слышен, когда она упала в объятия Кирэлла.
— Осень! — закричал он, медленно опуская ее на пол и не понимая, что происходит. Переход из драконьей формы в форму Другого не должен был причинить ей никакой боли. Посмотрев на нее, он ощутил потрясение: левая нога и правая рука Осени были выгнуты под немыслимыми углами.
«О, Кер! Прутья! Вот что означали эти металлические звуки».
Они вставили металлические прутья в кости, которые раздавил варанианец. Превращение заставило их покинуть ее тело. Именно так Драгун мог исцелиться даже от самых тяжелых ранений. Сила дракона исцелит их, но на это потребуется время, а Кирэлл заставил ее обернуться слишком рано.
— Осень! Вызови своего дракона! — приказал он, но она, казалось, не слышала его, продолжая кричать.
Осторожно подхватив ее на руки, он повернулся к Дэку.
— Где Целитель?
— Сюда, — Дэк оттолкнул оставшихся мужчин-людей в сторону, расчищая коридор, чтобы Кирэлл мог идти впереди.
— Все будет хорошо, Осень, — бормотал Кирэлл, его губы касались ее макушки. — С тобой все будет в порядке. Я помогу тебе.
Чем дольше он нес ее, тем жалобнее становились крики Осени, пока не превратились в тихие всхлипывания.
— Убедись, что Целитель там, — приказал он.
— Нет! — ее единственное, дрожащее, наполненное болью слово заставило желудок Кирэлла сжаться, как и последовавшие за ним слова. — Никаких врачей. Никаких лекарств. Никогда больше.
— Он поможет тебе, Осень. Все будет не так, как раньше, обещаю, — добравшись до комнаты, он осторожно положил ее на стол, на котором размещался лечебный аппарат. — Где Целитель? — прорычал он через плечо.
— Он уже почти здесь, — заверил его Дэк, не сводя глаз с Осени.