Под Локком
Шрифт:
— Это случилось давно, но спасибо.
Наступившая тишина была очень густой. Немного затянувшейся. Она заставляла меня чувствовать себя немного некомфортно.
— Итак, — я натянула улыбку на лицо. — Кто действительно пролил майонез в Сиэтле?
* * *
— Я не делал этого!
— Да, да, ты это сделал, — Слим опустил свою голову к столу.
— Ну, ты и брехло.
Декс сидел прямо напротив меня со своим четвертым или пятым пивом, я сбилась со счета после неловкого второго, и он смеялся.
Хорошее настроение в кабинке было настолько заразительным, что я не хотела быть той, кто разрушит эту атмосферу. Они вытащили меня из моей зоны комфорта, которую я использовала рядом с ними, и заставили меня расслабиться. Почувствовать себя нормальной Айрис — той Айрис, которой я была рядом с Сонни, Уиллом и Лейни — хоть раз в тенистых лапах «Пинз».
— Ты, Ритц, — он согласился со Слимом. — Я думал, ты потеряешь сознание.
Я покраснела и опрокинула Ширли Темпл, который он заказал мне, когда рядом пробегала официантка.
— Мое лицо покраснело, но я, блять, даже дышать не могла, когда увидела его. — Мы обсуждали инцидент с пирсингом пениса. Инцидент, который подтолкнул нас к последней теме, над которой парни смеялись: клиенты, которые плакали или кричали, когда им что-либо прокалывали.
— Нет, мэм, — Блейк покачал головой в отрицании. — Твое лицо стало красным после того, как ты ахнула. Я был уверен, что ты слабачка.
— Как скажешь, — я покосилась на всех, кроме Блу, которая сидела сзади, улыбаясь. — Я даже не понимаю зачем, на хрен, вы мне это показали, ребята. Вы делали это с намерением смутить меня.
Никто из них не стал опровергать это, что лишь подтверждало мою правоту.
— Мои девственные глаза получили шрам на всю жизнь, — добавила я. Почему? Потому, что я была дебилкой.
А еще потому, что я была идиоткой. Я посмотрела на Декса сразу, как слова покинули мой рот.
— Ты серьезно? — и, конечно, он должен был что-то сказать именно сейчас.
— Просто пошутила, — я выдавила ухмылку. Врунишка, врунишка, горящие трусишки. Боже, Остин погубит меня.
Он поднял густую черную бровь, но его взгляд заставил меня почувствовать, что он может учуять мою ложь за милю.
— Ты покраснела, — ухмыльнулся Блейк. — Блу, почему ты никогда не краснеешь?
Блу, сидящая рядом со мной, пожала плечами.
— К тому же твое лицо покраснело, когда ты увидела яйца на экране, — Слим напомнил всем о разговоре, который мы вели минуту назад.
Я заворчала и отмахнулась от него.
— Не обижайся, но вы трое — отстой, — сказала я, но сказала с улыбкой. — Только немножко.
Декс посмотрел на Блейка через плечо, одна половина его губ загнулась.
— Она сказала без обид, прежде чем назвала нас отстоем,
— У меня есть манеры, — я закатила глаза.
Слим похлопал по моей руке как тогда, когда я рассказала им о своих родителях.
— Да уж.
Звук звонящего телефона слабо прорвался сквозь звук музыки в пабе, заставив каждого из нас выискивать свои телефоны. Блейк поднес телефон к уху, хмуро глядя на экран. Было уже ближе к двум утра, и бармен уже объявил о последнем круге, так что я не могла его винить за озадаченный вид, когда неожиданно его телефон зазвонил. Секунду спустя он вытолкнул Блу из кабинки и вышел наружу.
— Я думаю, это мать его ребенка, — заметил Слим приглушенным тоном.
Хорошее настроение испарилось, как только Блейк вышел. Никто из нас не произнес ни слова, пока он не вернулся мрачным и взволнованным. Он остановился в конце стола, стиснув зубы.
— Мне нужно уйти. Сет в отделении скорой. У него поднялась высокая температура, которую его мать не смогла сбить, — пояснил он быстро, отступая назад.
— Иди, мужик.
— Я позвоню, если что-то случится, — Блейк кивнул, делая еще один шаг назад, смотря на Декса.
Я забыла, что они должны были отправляться в Хьюстон завтра.
— Надеюсь, с твоим сыном все в порядке! — крикнула я, прежде чем Блейк ушел. Он послал мне благодарную улыбку, кивнул головой ребятам и ушел.
Почти сразу мы все дружно встали. Декс махнул официантке и коротко с ней переговорил, передав ей карту. Почувствовав вину, как только официантка удалилась с его картой, я полезла в свой кошелек и достала двадцатку, аккуратно ее складывая, пока мы ждали.
Прежде чем официантка вернулась, я сократила между нами расстояние, глядя на него, сосредоточенного на одном из экранов, висевших над баром, который показывал повтор бейсбольной игры.
— Вот, держи, — сказала я ему, протягивая купюру как можно спокойнее.
Взгляд Декса переместился от экрана ко мне за секунду, глаза расширились, когда он увидел, что я пыталась ему всунуть.
— Вот, — прошептала я.
Он просто продолжал смотреть на меня, заставляя меня чувствовать себя неудобно, держа деньги в руке. Деньги он не взял.
— Возьми.
Декс снова медленно моргнул так, что полностью мог поглотить планеты.
— Нет, — сказал он просто.
— Я серьезно, — прошептала я, ближе подсовывая купюру к нему.
— Нет, детка. Я сказал, что это было за мой счет.
Это было именно то, что он сказал, но мне было не по себе. Он по-любому выпил четыре-пять бокалов пива. Другие ребята, скорее всего, также. Счет, наверное, был больше, чем я зарабатывала за день.
— Просто возьми их, — настаивала я.
Удерживая взгляд синих глаз на мне, Декс забрал купюру, держа ее между средним и безымянным пальцем.
— Ты серьезно?
— Да, — я кивнула.
— Декс, можешь расписаться здесь для меня? — попросила официантка, подходя с чеком и картой.