Последняя Арена 4
Шрифт:
— Связался, — доложил Стас, вернувшийся из-за границы. — А где все мобы? Они не появились, что ли?
— Такое бывает? — спросил я.
— Да тут всякое бывает. Две недели назад у нас таймер замедлился. В прямом смысле. Пробыли в городе по ощущениям часов десять, а по факту прошло только три. Странное место. Так что?..
— Да ничего. Их было немного. Вон тела лежат, — я указал на ближайшего монстра, морда которого виднелась из-под смявшихся кустов.
— Всё равно как-то слишком много трофеев, — задумчиво проговорил Степан, разглядывая гору алхимического оборудования.
Я
— Так и есть. Я поговорил с Колей. Он сказал, что для заблудших в данжах выпадает намного больше предметов, чем для других людей. Кстати, у меня есть предложение для вашего поселения. Очень выгодное предложение.
— Какое? — заинтересовался командир отряда.
— Вы ведь покупаете товары из инфополя или на тех же аукционах? — закинул я удочку.
— Ну да.
— У меня есть одна особенность. Я, скажем так, могу покупать всё по более низкой цене.
— Игорь, вы же морозный элементалист, — зачем-то напомнила Немезида.
— Да. И что?..
— Не вздумайте больше никому это предлагать. Выкиньте эту идею из головы! — приказала девушка, сверкая глазами. Руки положила на бедра, делая образ визуально крупнее. Плечи смотрят вперед. Взгляд исподлобья.
— Почему? — я удивился от столь разительных перемен.
— Это прямая спекуляция. Это запрещено Игрой. Система просчитывает мотивы человека. Если это сделано для собственного обогащения, то вы будете наказаны, — припечатала Немезида, отчитывая меня как нашкодившего котенка.
— И как же?
— Сначала снижением одного очка характеристик. Потом могут отнять и жизни, и способности, и знаки силы.
— Понятно, — я нахмурился. Эта идея, значит, отпадает.
Через секунду я осознал, что снова оказался на пороге обнуления. Если бы эти люди согласились на предложение, то у меня отнялся бы параметр. Если бы это произошло с гриндером, арканумом или перцепцией — неприятно, но не смертельно. Но вот с мощью и целостностью дела обстоят несколько иначе. Тогда получилось бы, что разница между максимальной и минимальной характеристикой составляет больше десяти единиц, а это, как писалось в одном из оповещений, мгновенная смерть. Блин, ведь есть законы, о которых я до сих пор ничего не знаю, но их нарушение может вылиться не самым лучшим образом. Надо, видимо, всё-таки пройти пару этажей данжа и поднять отстающие параметры до четырнадцати.
Вскоре появилась Марфа. Суровая тётка, поздоровавшись, протянула мне пакет с нитями опыта:
— Тут двести тысяч. Если хотите, можем предоставить зелья, оружие, броню и недорогие артефакты, но нужно будет подождать хотя бы неделю. Это за предыдущий товар. Новый я осмотрю и назову более честную цену. Но, — она замялась, — таким количеством свободного опыта наше поселение не располагает. Придется подождать.
— Полностью доверяю, — сказал я, делая приглашающий жест рукой.
Я помнил, что в прошлый раз Марфа, занятая ревизией материалов, даже не смотрела в мою сторону, но сейчас она то и дело поглядывала на меня. Часто её глаза
— Игорь, я всё посчитала, — сказала тётка. — Можно вас на пару слов? Наедине! — добавила она своим сопровождающим.
Мы отошли на достаточно далекое расстояние. Она оглядывалась, сканируя округу. Когда удостоверилась, что поблизости никого нет и что нас никто не может слышать, сказала:
— Игорь — это ненастоящее имя. Вы можете его менять. Вас ведь зовут Фролом?
— Нет.
— Пожалуйста, мне не нужны неприятности. Я лишь хочу безопасности для своих людей.
— Что? Вы о чем? — опешил я.
— Если прямо, то вот, — Марфа протянула планшет.
— И что это? — спросил я, рассматривая разрезанный фантик от какой-то сладости, напоминавшей шоколад. Взгляд зацепился за красные буквы «Розыск!!!», а потом и за знакомое слово «Авалон». — Вы позволите?
Женщина, напряженно смотревшая на меня из-под кустистых бровей, кивнула. Я, держа гаджет, увеличил изображение и увидел на упаковке своё фото. По окружающему интерьеру узнал портальный сектор лекарского квартала. А дальше у меня глаза полезли на лоб.
Меня обвиняли в убийстве двух сотен детей, среди которых половина не были инициализированы. Давались характеристики: патологический лжец, психопат, эмоционально неуравновешенный. Описывались мои способности. Параметры высшей иерархии прямо не назывались — их, видимо, хотели сохранить в тайне. Заменили на простую силу и скрытность. Хаотического гриндера тоже опустили. Зато написали, что я являюсь адептом школы элементализма и что могу использовать заклинания трёх направлений. В награду за информацию о моем местоположении Авалон предлагал пятнадцать тысяч батончиков с одноименным названием. Снизу стоял идентификатор игрока для связи.
— Странно, что не написали, что я пью кровь девственниц и ем на завтрак младенцев, — я хмыкнул, но натолкнулся на оценивающий взгляд Марфы.
Видимо, придется сейчас о чем-то договариваться...
Глава 9
— Вам известно, как я оказался под этим куполом? — спросил я. — Извините, но прямо сейчас буду есть.
Опустил руку в пакет, который мне передала Немезида, и достал контейнер с котлетами и макаронами.
— Нет, — Марфа смотрела на меня так, словно я в любой момент мог наброситься на неё.
— Думаю, отнекиваться, что это не я, смысла нет? — я приставил к лицу увеличенное фото, затем вернул планшет. Открыл бутылку с компотом и сделал несколько больших глотков.
— Теперь нет.
— Понятно. Тогда, первое, — проговорил я, запихивая в рот еду прямо из контейнера. Авалонцы могли явиться в любой момент, так что нужно подкрепиться. Потом такой возможности может не представиться, а я не ел больше полутора суток, — за предупреждение всё, что я принёс — ваше. Платить ничего не надо. Я проверял аукцион, тот слиток стоит почти сто тысяч. Пять поделочных камней для гемм — ещё столько же. Остальные предметы тоже не самые дешёвые. Второе: всё, что они тут написали — враньё. Точнее не совсем всё, но многое.