Повелительница грозы
Шрифт:
– И почему мне кажется, что эта красотка опять во что-то вляпалась? – пробормотал Андрей и рванул к выходу.
20. Нашедшиеся в торговом центре
Вы пробовали в здоровенном, на квартал, торговом комплексе, где куча этажей сверху и еще как минимум один под землей, найти место, чтоб спрятаться и тихо сдохнуть? Ну и где? В игровом центре, где вопящая от восторга мелюзга бьет видеомышек резиновым молотком, а те, кто повзрослее, хладнокровно расстреливают террористов и зомби, не брезгуя иногда и мирными жителями? Или на февральской распродаже обуви, где все – с 70 %-ной скидкой?
Темный
Ирка плюхнулась на красный плюш диванчика и подумала, что жизнь кончена. Она пришла к полному, абсолютному краху! Люди живут по-разному. От некоторых есть польза. Да хоть их классная Екатерина Семеновна, Баба Катя! Да, зануда и скучная – но кого-то же она выучила! Люди в университеты поступают, работать идут, и тоже полезное делают! Сама Баба Катя высокопарно называла это «записаться в Книгу Жизни» – имелось в виду, сделать что-то такое, чего до тебя не было. Тебя не будет, а оно останется…
Ладно, есть и другие люди, которые живут не для пользы, а для радости. Своей собственной. Для Книги Жизни они что были, что не были, зато уж сами отрываются по полной – вроде Людки, Андреевой бывшей. Клубы, шмотки, парни…
А она, Ирка, как свежий прыщ на носу – ни замазать, ни выдавить!
Радоваться? Чему? Она, видите ли, ведьма, счастье неземное. Даже если она идет на дискотеку, обязательно какая-нибудь дрянь произойдет – и вместо танцев будут смертельные гонки со всякой нечистью. Про такое хорошо читать в дождливый день после уроков или кино смотреть – а жить в этом кошмаре 24 часа в сутки, не имея возможности ни в кафе сходить, ни поехать куда… И никаких перспектив на будущее! Со своими иностранными языками она могла бы хоть в секретарши к крутому бизнесмену пойти – и денег бы заработала, и по заграницам поездила. Так ведь не получится – Вук с Мыколой ей четко сказали: ничего не выйдет, ты обречена! Ее ведьмовство, как клетка, из-за него она не может жить где хочет, встречаться с кем хочет, делать что хочет!
Ладно, радости нет, а польза? Ха-ха! Из-за нее даже у бабки жизни нет – то любовно высаженная клубника горит, когда за Иркой чужие чары гоняются, то земляные големы забор рушат, то убийцы крыльцо по бревнышку раскатывают! И еще нервничает, бедняга, что засыпать стала ни с того ни с сего средь бела дня, вздыхает, говорит про старость, помирать готовится – и не знает, что это родная внучка ее усыпляет время от времени, чтоб она лишнего не видела! А Танька с Богданом? Подруга забросила рисование, Богдан перестал ездить на ролевки. Ирка просто лишила их собственной жизни, втянула в свою! Всего полтора месяца прошло, как их чуть не отравили из-за нее!
Под рукой что-то звучно хрустнуло. Ирка глянула вниз – выметнувшиеся на кончиках ее пальцев черные, со стальным отливом когти вспороли плюш диванчика.
Да ей даже на диван нельзя садиться!
И давно, с того самого дня, как ушел Айт; подавленные рыдания рванулись наружу. Ирка некрасиво распялила рот, заходясь в беззвучном плаче. От отвращения к себе горело внутри, и словно подогретые этим огнем горячие слезы катились по лицу. Она ведь не девочка из американских сериалов, с полным осознанием своих прав требующая от окружающих – любите меня, какая я есть! Ага, тупую, склочную и прыщавую! Она понимает, что есть люди, которых любить нельзя! Просто потому, что от них другим одни беды! Она просто только сейчас поняла, что и сама – из таких!
Айта она вытащила в чуждый мир, искупала в смертельной для него грязной воде – только потому, видите ли, что ей вздумалось опробовать новый приворот! Втянула в совершенно не касающиеся его разборки со старой киевской ведьмой, где ему распороли крыло и только чудом не прикончили! Нечего удивляться, если он и вправду хочет ее убить! Наоборот, Айт еще оказался удивительно терпелив; Андрей, вон, сразу от нее чухнул, стоило только ему понять, кто она такая!
Она ненавидит, ненавидит свое ведьмовство! Она хочет быть кем угодно, только не собой!
Богдан с Танькой тоже когда-нибудь все поймут и оставят ее! Как мама… Как отец…
Богдан! Ирка принялась обеими руками тереть лицо. Нет, она правильно все про себя поняла – и тут же подтвердила! Приехала сюда вроде бы ради Богдана, чтоб его уберечь, а сама уползла собственные переживания нянчить! Конечно, что может быть важней ее чувств! Ее, бедняжку, обидели, она вся в слезах – это проблема, а что Богдана, может, даже убьют…
– Так, спокойно, спокойно, без истерик, – гундося в забитый соплями нос, забормотала Ирка. – Если я правильно высчитала, кто главная гадина, в смысле, змеюка, прямо сейчас никто Богдана убивать не собирается. Его надо просто предупредить и аккуратно убрать подальше.
В конце концов, змеи не его забота и не Танькина. Ирка сдаст информацию богатырям, и пусть те выполняют профессиональные обязанности – сами хотели, аж подпрыгивали! А она им поможет!
Она решительно поднялась с дивана… Ой-ей, в таком виде ей по торговому центру не стоит шляться – первый же охранник ее выкинет! Нос даже на ощупь казался раздутым, как слива, и еще из него текло! Его приходилось неэстетично зажимать рукавом куртки. Надо срочно умыться… А туалет в кинозоне бесплатный только для тех, у кого билет! Она и правда совсем сдурела – выскочила из дома без кошелька! Главное, и нужна-то мелочь! Ирка стала лихорадочно ощупывать карманы куртки…
Что-то негромко звякнуло. По пальцам словно змейка пробежала…
Ирка почувствовала, как у нее враз пересыхают губы, а в груди становится холодно-горячо-больно…
– Не может быть! Не мо… – Она вытащила крепко стиснутый кулак из кармана. А потом медленно разжала пальцы.
На ладони с гордо-самодовольным видом – дескать, ага, вот и я! – сидел потерянный платиновый дракончик!
Богдан стоял у банкомата и думу думал – хорошо, что утро, народу почти нет, никто в очередь не выстраивается и не подгоняет. Тем более что дума отчаянно сопротивлялась процессу думания, металась в мозгах, пряталась за какие-то не относящиеся к делу глупости и никак не желала выстраиваться в мало-мальски логичную теорию.
Нет, он и сам для своих двенадцати лет был парнем далеко не бедным – результат работенки, которую они с Иркой и Танькой провернули для одного бизнесмена. Мысль опять осталась недодуманной, зацепившись за все ту же глупость… Ну за Таньку, за Таньку, за кого еще! Впрочем, и насчет Таньки ничего разумного в голову не приходило, кроме все той же старой идеи – девчонок не понять!
Что-то мягонькое ткнулось Богдану в ногу. Он вздрогнул, выйдя из задумчивости. У ног его, как уставший щенок, приткнулся крохотный растрепанный клубочек. Тот самый, что обычно использовала Танька, чтоб найти дорогу или нужного человека.