Повседневная жизнь Кремля при президентах
Шрифт:
Если, к примеру, в Москве гремит взрыв, Главное управление внутренних дел незамедлительно дает знать об этом мэру, а Федеральная служба безопасности — президенту. То же происходит, когда ЧП случается в армии. Министр обороны должен немедленно доложить о нештатной ситуации. Понятно, что речь идет не о дезертире с оружием, но о взрыве складов, серьезной аварии, повлекшей гибель людей, и тому подобных тяжких обстоятельствах.
В 1987 году, когда западногерманский авиалюбитель Руст на легком самолете приземлился на мосту почти у самых стен Кремля, советская делегация во главе с Горбачевым находилась в Германии, на приеме. Получив из Москвы информацию, адъютант тут же доложил о случившемся министру обороны маршалу С. JI. Соколову, и тот поставил в известность Горбачева. Естественно, что в первую же минуту выводов никто не делает. Реакция была: разбирайтесь, вернемся — поговорим. По приезде прошел «разбор полетов», и все получили сполна,
Но существуют и такие непредвиденные ситуации, когда президент вообще не покидает свой рабочий кабинет и находится в Кремле круглосуточно. На 24 октября 2002 года у президента В. В. Путина была намечена встреча в Берлине с Герхардом Шредером, а также рабочий визит в Португалию: первый визит главы Российского государства за всю историю дипломатических отношений с этой страной. Уже 25 октября он должен был присутствовать на форуме Азиатско-Тихоокеанского экономического сообщества (АТЭС) в мексиканском городе Лос-Кабос, где должна была состояться встреча лидеров США и России. Однако вечером 23 октября во время спектакля-мюзикла «Норд-Ост» чеченские террористы захватили в заложники зрителей. Всего в их руках оказалось более тысячи человек, в том числе женщины и дети. Зал был заминирован, среди террористов было несколько женщин-смертниц, на которых были надеты пояса со взрывчаткой.
Всю ночь с 23 на 24 октября глава Российского государства оставался в Кремле, где проводил оперативные совещания с руководителями силовых ведомств, встречался с представителями парламентских фракций. В ситуации, когда речь идет об угрозе жизни и здоровью наших граждан, мелочей быть не может, каждое решение должно быть грамотным и продуманным. Естественно, что в такой ситуации все международные визиты российского президента были отменены.
При этом стоит подчеркнуть, что президент сам принимает решение, где он должен находиться в той или иной чрезвычайной ситуации.
31 августа 2004 года в Сочи в резиденции «Бочаров Ручей» проходила встреча Владимира Путина с Жаком Шираком и Герхардом Шредером. На переговорах обсуждались вопросы российско-французских и российско-германских отношений, перспективы развития связей России с Евросоюзом, а также проблемы глобального характера, в том числе вопросы безопасности и борьбы с международным терроризмом. А уже утром 1 сентября мир содрогнулся от сообщений о страшной трагедии: захвате заложников в средней школе североосетинского города Беслана. Сведения с места событий поступали президенту в режиме нон-стоп; он держал ситуацию под личным контролем. Одним из первых решений президента Путина был приказ заблокировать осетинский участок российской границы, а также все административные границы Северной Осетии. Сам он прилетел в Беслан в ночь на 4 сентября, посетил районную клиническую больницу, где встретился с пострадавшими и их родственниками, провел совещание с руководством Северной Осетии, а также ряда федеральных и региональных силовых ведомств.
На случай форс-мажорных обстоятельств, угрожающих государственному строю, в Кремле существует специальная система оповещения, действенность которой периодически проверяют соответствующие службы. Будоражить людей без серьезных поводов никто не собирается. Но система отработана. Каждый знает, куда и когда должен прибыть. Раз в полгода-год проверяются: автоматическая система, которая должна включить все телефоны и экстренно вызвать сотрудников; ретрансляторы; оперативность всех задействованных на экстренный случай людей. В органах внутренних дел это делают чаще, чтобы не дремали. Ну а прочих госслужащих просто так гонять вроде ни к чему.
При возникновении чрезвычайных обстоятельств, угрожающих его жизни, для президента всегда готов вертолет. В таком случае вступает в действие детально разработанный план, призванный вопреки нештатной ситуации обеспечить безопасность главы государства. Согласно этому плану президент может покинуть Кремль не обязательно на вертолете, но на любых подходящих транспортных средствах.
Кроме того, существуют некие запасные точки, так называемые ГО (государственные объекты), откуда при чрезвычайных обстоятельствах президент может руководить государством. Например, в сталинские времена такая точка была оборудована в Куйбышеве, ныне Самаре. Не случайно именно туда в начале Великой Отечественной войны эвакуировали правительство: там есть все необходимое, в том числе спецсвязь. Мы много десятилетий жили в атмосфере холодной войны, так что у нас было время обеспечить функционирование государственных органов при любом сценарии. Такие центры, как в Куйбышеве, оборудованы и в других местах, не столь удаленных от Москвы.
Отставка
В нашей совсем недавней истории два президента подряд сложили с себя полномочия раньше истечения установленного конституцией срока.
В декабре 1991 года, после подписания и ратификации Беловежского соглашения, Михаил Сергеевич Горбачев как президент СССР фактически утратил свои властные полномочия. Все тогда ждали, как проголосует Украина. И она тоже высказалась за самостоятельность. Четкого порядка, как действовать в подобных ситуациях, естественно, не было. Главное было — «ядерная кнопка», а также документы, хранившиеся в президентском сейфе. Обычно там лежат как текущие материалы, так и документы, которые президент запросил из архива, а также бумаги, которые имеют отношение к безопасности страны.
Когда президент принимает решение об отставке, он пишет не заявление, а указ. Так в декабре 1991 года, перед телекамерами подписал указ о сложении полномочий Горбачев. Сразу после телевизионного выступления, в котором публично заявил о своей отставке, подписал указ о передаче полномочий Путину Ельцин.
Передача власти от Горбачева Ельцину проходила спонтанно. Всем известно, какие отношения между ними сложились. Но оба они чувствовали ответственность перед народом за судьбу страны. Горбачев мог передать Ельцину «ядерную кнопку», коды и шифры к ней, а также документы только при личной встрече. Встреча была натянутой, непомпезной, обстановка — рабочей. Горбачев покинул свой кабинет, освободив его для нового главы нового государства. После записи обращения к народу, когда уже никого не было, Михаил Сергеевич пересмотрел свои личные вещи, библиотеку, кое-что сдал в архив. Он ничего с собой не забрал, да и забирать-то было нечего. Уже вечером, когда в Кремле начиналась новогодняя елка, мы с ним вышли на крыльцо и вдвоем, как ни странно, в сопровождении камеры Си-эн-эн, пошли к Боровицким воротам. Там, у Кремлевского дворца съездов, толпился народ. Горбачева, конечно, узнали. Кто-то выразил сожаление, злорадства никто не выказывал. У ворот уже стояла его машина, а тут и моя подошла. Мы распрощались.
С Ельциным все было не так драматично: когда 31 декабря 1999 года он объявил о своей добровольной отставке, он сам выбрал себе преемника, которому и передал дела, в том числе «ядерную кнопку».
На сегодняшний день порядок передачи президентом власти по истечении определенного конституцией срока пока не определен. Кое-какие собственные предложения по этой процедуре я подготовил. Самое главное, на мой взгляд, — обеспечить стабильность и в этом вопросе тоже. У всех нас перед глазами американский пример: у них четко установлено, что окончательный этап выборов президента проходит всегда 4 ноября, независимо от того, рабочий это день или выходной. А 20 января следующего года проводится торжественная церемония инаугурации. То есть в течение двух с половиной месяцев, постепенно, идет передача власти из рук в руки.
Конечно, всякое бывает. В газетах писали, что администрация Клинтона, уходя, надебоширила в Белом доме. Все может быть. У нас в 1991 -м с телефонов повыкручивали диски с гербом Советского Союза. И даже один телефонный аппарат вынесли: охрана не доглядела.
Средства массовой информации
Начало свободе слова было положено в эпоху Горбачева, в 1985 году. Тогда появились собиравшие огромные телеаудитории передачи «Пятое колесо», «600 секунд», «Взгляд». Журнал «Огонек» давал острые публикации, от него не отставали газеты «Московские новости», «Комсомольская правда», которая проводила встречи и печатала интервью с опальным тогда Ельциным. Свободу слова в то время понимали, пожалуй, точнее, чем теперь: в смысле свободы доступа к информации. На нас хлынул огромный вал исторических фактов, о которых прежде нельзя было писать, нам вернули многие имена замечательных деятелей российской истории. В прежние советские времена крупнейшие газеты и издательства задыхались от нехватки бумаги. Им приходилось лавировать, доставать, строго следить за объемом каждой книги, чтобы, не дай бог, не допустить перерасход. А тут вдруг оказалось, что никакого дефицита бумаги нет и в помине. Появилось неимоверное количество новых издательств, стали выходить новые газеты и журналы. Причем не кое-как изданные, а с отличным современным дизайном, на хорошей бумаге, цветные. Да и с краской стало полегче. Газеты уже почти не мажут руки, как прежде. Естественно, что издание такого количества периодики подразумевало наличие большого числа профессиональных журналистов. А их не оказалось. Этим во многом объясняется то, во что порой выливается свобода слова. Хотя есть и еще одно объяснение: некоторые материалы или передачи просто проплачены, ибо в них дается такая интерпретация событий, которая выгодна какому-то заинтересованному лицу или группе лиц.