Приговоренные
Шрифт:
Как-то Ментора вызвали на одну из планет для консультации по возникшей проблеме в развитии простейших организмов. Их высеивали, пестовали, берегли, как зеницу ока, а они никак не приживались. Судя по тому, что на первых порах споры простейших развивались бурно и активно с природной средой было все в порядке. По истечению времени, в период взросления, они также активно начинали хиреть. И в конце концов погибали. Что только не делали, ничего не помогало. Понаблюдав за всем, что происходило и, пообещав подумать, Ментор вернулся в Резиденцию. Сел за компьютер. Поднял массу литературы. Он искал аналогов. Hо тщетно. Ничего похожего.
Прибой действовал на него чудодейственно. Успокаивал. А тут еще о чем-то нейтральном щебетала Камея, гулявшая со всегда насупленным и взъерошенным на ветру пареньком.
— Где ты был, Ментор? Расскажи, — заглядывая в лицо ректору просит девушка.
— Да ну! — машет он рукой, а сам, незаметно для себя, начинает рассказывать.
И так втянулся, что выложил всю донимавшую его «занозу».
— Так вот почему ты мрачный? — тянет Камея. — Тут я тебе не помощница.
— Догадываюсь, — говорит он и, повернувшись лицом к морю, с неподдельным удовольствием глубоко втянул в легкие свежего бриза.
Жмурясь и слушая волны, он скорее ради того, чтобы что-то сказать, спросил:
— Может ты, Пытливый, сможешь помочь?
— Hе знаю, — тихо отзывается тот. — Hо мне кажется в этом деле нет палки.
— Что?! — переспрашивает он.
— Стержня в процессе не видно.
— Ерунда, парень. Конструкция развития идет по вертикали и она сама по себе служит стержнем.
— Hе думаю. Возьмите растущую лозу. Hе приставь к ней шпалеру, что будет? Она ляжет на почву. Другая рядом тоже начнет стелиться. Между ними начнется свара.
— Да причем тут виноградники? — откровенно разочарованный говорит Ментор.
— Как причем!? — вскидывается Пытливый. — Если бы развитие простейших протекало равномерно, тогда другое дело. Тогда для процесса поступательного развития по вертикали всего вида мы наблюдали бы устойчивость. Она была бы самодостаточной. Hо ведь простейшие обладают индивидуальностью. И поэтому получается следующее…
Пытливый поднимает голыш и на песке чертит разнозубую по сторонам и, устремленную вверх, зигзагообразную линию.
— Может ли такая башенка удержаться? — спрашивает он и сам же отвечает:
— Hи за что! Ей нужна подпорка… А если быть точным, то простейшим для стройного движения нужна железная дисциплина. Им нужен капрал с палкой. Чтобы мог твердой рукой управлять ими.
— Капрал с палкой, — раздумчиво повторяет Ментор.
Ему эта идея уже не кажется вздорной. Что-то вроде его осенило.
— А знаешь, Пытливый, как ни странно, но над «капралом» стоит подумать. — сказал он и, словно потеряв ориентир, как сомнамбула, пошел в противоположную от парочки сторону.
В голове мало по-малу уже складывалось решение. Кое-какие концы не связывались. Hо это его не беспокоило. Он знал во время работы они соединятся сами по себе. Главное нащупан принцип. Как дико просто, удивлялся он.
«Ай да, Пытливый! Ай да, сукин сын!» — бормотал Ментор, созерцая в умозрении весь механизм, исключающий обреченность простейших… «Кстати, а где студент?» — спросил он себя и только тут заметил, что прогуливается один.
Придя в Школу, Ментор распорядился вызвать
Спустя четверть часа вопросительная физианомия слушателя всунулась к нему в кабинет и робко испросила разрешения войти. Ухватив его за ворот, он затащил к себе. — Сколько тебе лет, коллега?
— Двадцать восемь.
— Я почти втрое старше тебя и потому, не без восхищения, могу сказать тебе: «Ты большой сукин сын!» Пытливый рассмеялся.
— Отлично! А теперь пошли в мою лабораторию.
2. Эффект Капрала
Дней двадцать пять два фаната — молодой и старый — дневали и ночевали в ней. Ментор все больше и больше поражался природной сноровке этого зеленого, в сравнении с ним, парня. Для него, умудренного опытом ученого, выражение — «Схватывать на лету» — было красным словцом из области литературных упражнений. А вот оказалось заблуждался. Есть значит такие. Одного он имел честь лицезреть перед собой. Приступил к незнакомой казалось бы работе, а делал ее так, как будто занимался этим не впервые… Если сталкивался с какой-либо теоретической трудностью, брал его нимб, находил нужное ему, прочитывал, а потом с новым рвением набрасывался в оставленное дело.
Именно тогда Пытливый впервые по достоинству оценил громадные возможности нимба. Без него на всю работу, включая и теоретическую часть, ушло бы месяца три. Если не больше. Мог он обходиться и без нимба. Ментор непреминул проэксперементировать это. Под видом того, что его ждут неотложные дела, Ментор, прихватив нимб, спустился к себе в кабинет. Уже оттуда позвонив, сказал:
— Я очень извиняюсь, коллега, но судя по всему, я буду здесь пришит до вечера. Надеюсь, тот узелок, что мы с тобой начали, ты к этому времени завершишь?
— Постараюсь, — пробухтел Пытливый.
Ментор то знал, что представляет из себя то устройство, названное им легковесным словечком «узелок». Что правда, то правда, устройство должно было быть небольшим по размеру, зато важнейшим для функционирования всей системы.
Чтобы сварганить такой «аппаратик» без помощи нимба, не без добродушной издевки думал ректор, мальчику понадобится в лучшем случае два полных дня. Ментор хотел, чтобы Пытливый, как можно дольше ломал голову. Ему же на пользу. Ученый на все сто был уверен, что его молодой коллега ни за что не дойдет до уже придуманного ими механического принципа действия аппарата.
Ректор предвкушал неудачу своего молодого партнера. Видел выражение беспомощности на его лице. Слышал себя, как он подтрунивает над ним. «Вот что значит не знать механики», — скажет он ему. А потом усадит рядом и по своим чертежам они вместе соберут этот злосчастный аппарат.
Понемногу все эти мысли отодвинулись на задний план. И он все чаще и чаще обращался к бумагам на письменном столе, пока не ушел в них с головой…
Разногласия в Ученом Совете… Звонки из учебных заведений Венечных планет с просьбой принять участие в научно-практических конференциях… Жалобы на несвоевременное исполнение заявок, каждая из которых представлялась заказчикам жизненно важной, чрезвычайно срочной. Действительно, пара таких заказов как выяснилось, не исполнены. Ментор стал разбираться почему. И в самый разгар разборки пропел зуммер. Ментор машинально ударил по клавише и, не глядя на экран, бросил: