Путь Воина
Шрифт:
— Не приемлите смерть, развейте мысли о поражении, думайте только о победе. Морай-хег была непостоянна, но наше будущее — в наших руках. Ответственность за созидание своей судьбы лежит на нас. Убивать и не умирать, разить и не упасть — вот цель, к которой мы стремимся.
В молчании Жалящие Скорпионы двигались меж возвышающихся деревьев к предназначенной им позиции. Пока они скользили меж теней, по широкой дороге плавно проплыл огромный гравитанк «Кобра», вокруг дула его деформирующего орудия играл ореол голубой энергии. При его прохождении трепетала листва и пригибалась трава, хотя он производил не больше шума, чем жужжащая медокрылка. Скрытая Смерть следовала вплотную за «Коброй», пока та не свернула
Это место было определено также и для Скрытой Смерти. Морланиат быстро осмотрелся вокруг, чтобы получить представление о географии своей позиции. Поляна округлая, с небольшим уклоном, с трех сторон окружена деревьями. Она открывалась в широкую долину, которая вела к докам, вдоль нее и должен будет наступать противник.
Нечто среди деревьев привлекло взгляд Морланиата: большая статуя, переплетенная ветвями лиандерина, которая смотрела вниз, на долину. Если понадобится, статуя обеспечит полезное прикрытие, в то время как деревья давали достаточное укрытие, чтобы окружить сзади противника, который вступит в лощину.
К месту их дислокации продолжали стекаться войска: из-за деревьев на дальней стороне поляны появились два гравицикла «Випера» впереди нескольких отрядов Стражников, одетых в сине-желтую форму. За ними следовали почти вдвое превышавшие их ростом фигуры, они безмолвно шагали сквозь подлесок, безглазые, куполообразные головы поворачивались то влево, то вправо, выбирая путь вперед: неживые Призрачные стражи. Внутри бронированного корпуса каждого из них был заключен камень души, содержащий сущность эльдара, извлеченный из Бесконечного Круговорота. При виде искусно сконструированных тел Призрачных Стражей Морланиата стали одолевать мрачные мысли: даже мертвых пробудили, чтобы защищать мир-корабль. Экзарх почувствовал иссохшую пустоту Бесконечного Круговорота, которая исходила от этих душ, возвращенных к существованию из мертвых, и это оставило след горечи в его душе. По их искусственным телам и призрачным орудиям, которые они несли, струилась психическая энергия.
За ними следовала группа провидцев — три ведьмака с блистающими копьями и ясновидица с покрытым рунами ведьминым клинком.
Наши судьбы вновь разделяют ненадолго один путь.
Морланиат бросил взгляд на ясновидицу и узнал Тирианну. Она подняла в знак приветствия ведьмин клинок.
— Это совпадение или сплетенная тобой интрига? — спросил экзарх.
У меня не тот уровень, чтобы влиять на суждения автархов. У одних судьбы тесно переплетены, у других нити судеб никогда не соприкасаются. Мы относимся к первым. Ты помнишь, где находишься?
Морланиат посмотрел вокруг, вновь переживая мгновения своих многих жизней в поиске воспоминания, относящегося к этому месту. Его взгляд упал на высокую статую эльдара-воина, преклонившего колени перед богиней Ишей и собирающего в кубок ее слезы.
— Я представляю «Дары любящей Иши», — провозгласил он с улыбкой.
Раздалось несколько восторженных возгласов и спонтанные аплодисменты собравшихся. Корландриль повернулся, чтобы посмотреть на свое творение, и позволил себе сполна насладиться работой после ее завершения.
Это — недавнее воспоминание, и тем не менее оно — не ближе и не дальше, чем любое другое. Его бытие охватывает весь Алайток и сотню других миров.
— Я помню ясно, тогда царил разлад в моей душе. Здесь я родился заново, здесь — начало пути, который привел меня в исходную точку. Это — место из прошлой жизни, не более того, в нем нет ничего особенного.
Много новых путей взяло начало здесь. Некоторые
— Мне не нужно наследие, я — неумирающий, вечный воин.
Никто не вечен: ни боги, ни эльдары, ни люди, ни орки. Посмотри вверх, и увидишь умирающую звезду. Даже вселенная — не бессмертна, хотя ее жизнь протекает так медленно.
— Что станет со мной, ты предсказала мою судьбу, смотрела в мое будущее?
У всех нас — много судеб, но сбывается лишь одна. Это не по мне — заниматься судьбами отдельных личностей или заглядывать в наше собственное будущее. Поверь, ты умрешь так, как жил, и тебя ожидает не Подлинная Смерть, по крайней мере, не в обозримом будущем. Твой уход принесет покой.
— Я испытал много смертей, и каждую помню хорошо, ни одна не была успокоительной.
Купол сотряс взрыв, с внешней стороны мира-корабля над деревьями поднялся столб дыма — разрывные снаряды людей пробивали внешнюю стену. Стаи птиц с криками и щебетом взвились в темное небо и в смятении принялись кружить над деревьями. Издалека эхом доносился грохот болтеров космических десантников и свист лазерных выстрелов.
— Противник атаковал нас! — голос Архатхайна в ушах Морланиата прозвучал тихо, но твердо. — Начинается очередной бой. Не продавайте задешево свои жизни, не забывайте об артистизме, с которым мы сражаемся. Не пришел еще тот день, когда потускнеет свет Алайтока.
Скрытая Смерть ожидала, укрывшись под деревьями. Их мечи и пистолеты были бесполезны в кипевшей битве, поэтому воины поджидали, когда враги войдут в лес, где Жалящие Скорпионы будут превосходить их. Или, как надеялся Морланиат, он получит приказ двинуться по долине, чтобы нанести смертельный удар по силам противника, уже отрезанным остальными частями армии Алайтока.
Архулеш возился со своей перевязанной рукой, Элиссанадрин что-то шептала сама себе. Бехарет припал к земле за стволом дерева, сосредоточенно вглядываясь в нижнюю часть долины, в сторону противника. От Фиореннана и Литарайна исходили волны гнева, которые воспринимали все остальные. Морланиат впитывал в себя ярость, которую вызвала смерть их экзарха, втягивая ее, глоток за глотком, словно свежий воздух.
Людей пока не было видно, лишь беспрестанно сверкали вспышки разрывов. Их артиллерийский огонь превратился в постоянное громыхание, которое смешивалось с грохотом двигателей внутреннего сгорания и лязгом гусениц. Над их продвигающимися частями повис грязный смог, дым из десятков выхлопных труб покрывал верхушки деревьев.
Приглушенный звук шагов заставил Морланиата обернуться. Эскадрон боевых шагоходов быстро приближался по поляне, двуногие машины производили не больше шума, чем пеший эльдар. Раздвоенные ступни этих тонконогих машин оставляли в земле мелкие выемки. Водитель ближайшего шагохода в своей открытой кабине, заключенной в мерцающее энергетическое поле, посмотрел на Морланиата и поднял руку в приветствии. Кивнув в ответ, экзарх наблюдал за тем, как шагоходы перешли на скачкообразный бег, повернув к наружной стороне мира-корабля и, направившись к деревьям, которые тянулись вдоль долины, развернули орудийные лафеты для поддержки равновесия.