Путь волшебника. Как строить жизнь по своему желанию
Шрифт:
Урок 6
Сознание волшебника — поле, которое существует везде.
Поток знаний, содержащийся в этом поле, вечен и течет беспрестанно.
В мгновение откровения нам открываются столетия знаний.
Наша жизнь — это рябь на поверхности безграничного океана энергии.
Когда эго остается в стороне, вы получаете доступ ко всей памяти целиком.
Однажды
— Я видел плохой сон, — пробормотал Артур. — Я был последним оставшимся на Земле человеком, я блуждал по лесам, по улицам городов, и они были пусты — там не было никого, кроме меня.
— Сон? — переспросил Мерлин. — Это был не сон. Ты и естьпоследний человек на Земле.
— Но как это может быть? — воскликнул Артур.
— Ты же не можешь не согласиться с тем, что единственный человек на Земле должен быть также последним человеком?
— Конечно.
— Хорошо, с точки зрения твоего собственного представления о себе, которое в будущем люди назовут эго, ты и есть единственный.
— Как ты можешь так говорить? Мы здесь вместе — ты и я — разве не так? И мы бываем в городах и деревнях, где живут тысячи людей.
Мерлин покачал головой.
— Если посмотреть на тебя в истинном свете, что ты есть? Творение опыта, который постоянно превращается в воспоминания. Когда ты говоришь «я», ты имеешь в виду этот уникальный конгломерат впечатлений, обладающий личной историей, которую никто другой не может с тобой разделить.
Ничто не кажется более личным, чем воспоминания. Даже идя вместе, мы с тобой идем разными дорогами. Я не могу посмотреть на цветок, не получив впечатления, которое ты не можешь со мной разделить. С другим по-настоящему нельзя поделиться ни одной слезинкой и ни одной улыбкой.
Когда Мерлин кончил свою речь, Артур выглядел очень расстроенным.
— Ты хочешь сказать, что каждый в этом мире совершенно одинок? — грустно сказал мальчик.
— Нет, — ответил Мерлин. — Работа твоего эго— вот что делает тебя одиноким. Вы закрываетесь в мире, в который больше никто не может войти. — Видя, каким растерянным выглядит его ученик, Мерлин смягчил тон. — Но ведь эгоможно отбросить в сторону. Идем со мной.
Взяв Артура за руку, он вывел его из пещеры, где в предрассветном небе еще ярко светили звезды.
— Ты знаешь, на каком расстоянии от нас находится эта звезда? — спросил он, указывая на Сириус. Это было в разгар лета, когда Сириус кажется очень ярким и висит над самым горизонтом.
— Не знаю, — ответил Артур. — Я думаю, она дальше, чем можно измерить или даже просто себе представить.
Мерлин покачал головой.
— Между нами вообще нет никакого расстояния. Подумай: для того, чтобы ты увидел эту звезду, ее свет должен попасть в твои глаза, правильно? Луч света, подобно невидимому мосту, постоянно соединяет тебя с нею. Что такое звезда, как не свет? Следовательно, если она светит здесь и
— Но она кажется очень далекой. Кроме того, я не могу ее снять с неба, — возразил Артур.
— Разделение — это только иллюзия, — сказал Мерлин, пожимая плечами. — Тебе кажется, что ты отделен от меня и от других людей, только потому, что твое эгосчитает, что все мы обособлены и разделены. Но, уверяю тебя, если бы ты отбросил эгов сторону, ты увидел бы всех нас окруженными одним бесконечным полем света, который и является осознанием. Каждая твоя мысль рождается в огромном океане света только для того, чтобы вернуться туда обратно вместе с каждой клеточкой твоего тела. Это поле осознания есть повсюду, оно служит невидимым мостом между всем сущим.
Так что у тебя нет ничего, что бы не было частью всего остального — если не считать того, как это видит эго. Ты должен работать, чтобы выйти за пределы эгои погрузиться в универсальный океан сознания.
— Я должен подумать о том, что ты мне сказал, — произнес Артур с задумчивым видом.
— Думай, — сказал Мерлин, зевая. — А я еще посплю.
И волшебник направился к теплой уютной пещере.
— Да, кстати, — сказал он, оборачиваясь, — прежде чем ты вернешься в постель, повесь, пожалуйста, эту вещь обратно.
— Вещь? — переспросил Артур, с удивлением замечая у своих ног сорванный с неба Сириус.
Работа эгосостоит в том, что оно отбирает или отвергает то, что мы уже видели. В результате эгоизолирует себя, потому что все, что выбрано и отобрано, создает расстояние. Между вами и тем, что вы отвергли, существует расстояние. Между вами и мной также существует расстояние, потому что мы выбрали не одни и те же переживания — наши эгоразделены. Фактически, все мы считаем само собой разумеющимся, что мы не можем с кем-то разделить свои переживания, во всяком случае, не полностью. Я не могу участвовать во всех ваших эмоциях, страхах, желаниях и мечтах, так же как и вы в моих. Лучшее, что нам удается обычно делать, это возводить соединяющие нас мосты, которые часто оказываются слишком слабыми. Большая часть того личного, что касается только вас с момента вашего появления на свет, — ваши воспоминания и опыт — ведет к изоляции и одиночеству.
Но волшебник никогда не бывает обособлен, потому что его представление о вещах не включает в себя эго. Под эгоон подразумевает ощущение личного «я», которое не может быть ни с кем разделено. Однажды Мерлин сказал мальчику Артуру:
— Если можешь, постарайся меня забыть.
— Что? — удивленно переспросил Артур. — Я никогда не смогу тебя забыть, и я не хочу тебя забывать. — Он забеспокоился, решив, что Мерлин почему-то хочет от него отказаться. — А ты хочешь меня забыть? — добавил он.