Ради острых ощущений. Гремучая смесь
Шрифт:
Шип почесал затылок и отрицательно помотал головой. Потом неуверенно сказал:
— Когда я Паше говорил, что встречусь сегодня с Масловым, в кабинет Галька вошла, продавщица, выручку сдать дневную. Она могла слышать. Но ей-то это зачем?
— Надо выяснить зачем. Как фамилия этой Гальки?
— Тимохина.
— Она сейчас на работе?
— Думаю, что да. Сейчас как раз ее неделя.
— Хорошо. Давай вспоминай еще что-нибудь. Малейшая ниточка может привести к цели.
— Да
Я бросила на него уничтожающий взгляд, и Шип с новой силой напряг мозги. Так прошло минут пять. Я уже отчаялась дождаться от него полезной информации и хотела освободить его от непосильного умственного труда, но он вдруг хлопнул себя по лбу и воскликнул:
— Вспомнил! Когда мы уезжали из Вишневки, послышался шум подъехавшей машины. Я еще подумал, кого в такое время принесло? И сказал Лехе, чтоб скорость врубил.
— Испугался?
— Хорошего мало за избиение человека в ментуру попасть.
— А что за машина подъехала, не разглядел?
— Какое там! Я как только шум мотора услышал, сразу понял, что сматываться надо.
— Слушай, Витя, — прищурилась я. — А может быть, это все-таки ты его убил? Вот и придумываешь теперь всякие несуществующие машины?
— Да нет же, нет, — загорячился Витя Шипов и даже перекрестился. — Вы что, мне не верите?
— Да тебе, брат, знаешь, трудновато поверить после того, как ты на друга такой поклеп возвел.
Шип сжал пальцы:
— Ну что вы меня теперь этим попрекаете? Вы бы на моем месте не испугались?
— Не знаю, — честно призналась я, — может, и испугалась бы. Но друга бы не подставила. Это уж точно.
— Знаете, когда припрет, кого угодно заложишь.
Я посчитала, что это спорный вопрос.
— Ну, что, больше ничего не можешь вспомнить?
Шип испуганно завертел головой. Я поверила ему и не стала больше мучить, а то еще начнет вспоминать то, чего не было. К чему мне его фантазии?
— Ладно, закончим на этом. Если вдруг что-нибудь все же припомнишь, сразу сообщи следователю Овсянникову, понял?
— Да, понял. Вы мне поможете?
— Постараюсь, — пообещала я этому запутавшемуся предателю и подумала, как изменились наши отношения с момента начала беседы: сперва я называла его на «вы», а он мне «тыкал». К концу разговора все было наоборот.
Я еще раз порадовалась тому, что выбрала верную тактику в разговоре с этим парнем. Если бы я последовала Полиному совету и начала с угроз, то вряд ли бы он сообщил мне столько всего.
Я встала и пошла к двери. Охранник позвал
Жору, который стоял в коридоре. Жора взял меня под руку и вывел из этого мрачного заведения.
— Ну что? — нетерпеливо крикнула Полина, когда я села рядом с ней в машину.
— Они его не убивали, —
— Откуда ты знаешь?
— Шип сказал.
Полина презрительно фыркнула:
— Да он, чтоб шкуру свою спасти, тебе что хочешь наговорит! Разве можно ему верить?
— Можно, Поля. Он не врал. Это я тебе точно говорю. Он сам боится до смерти. Когда я сказала, что есть свидетель, который видел всю их компанию, но без Павла, он перепугался и все выложил. Они просто отмутузили этого парня и бросили лежать в посадках.
— Значит, твоего Пашу должны оправдать? — воодушевилась Поля.
— Понимаешь, Полиночка, он рассказал мне об этом неофициально. А при разговоре со следователем будет придерживаться своей первоначальной версии.
— А если провести очную ставку с этим свидетелем?
— А где мы его возьмем? Я же его придумала. Нет, конечно, я могу выступить в этой роли, но кто мне поверит? Сестра подруги Глазунова совершенно случайно оказалась на месте преступления и теперь может выступить в его защиту!
Поля вздохнула. Странно, всегда такая здравомыслящая и разумная, она в этой ситуации предлагала что-то совсем непрактичное. Когда дело коснулось ее самой, куда-то делась вся ее рассудительность.
— Значит, нужно искать убийцу. Нам самим. Я сейчас поеду на место происшествия, а ты…
Но тут счел нужным вмешаться Жора:
— Послушай, Поля, ты знаешь, что мне небезразлична, я за тебя очень беспокоюсь, поэтому прошу: не лезь в это дело! Ну что ты можешь сделать? Ты же не следователь!
— Неважно! — упрямо отмахнулась Полина. — Я буду стараться в этом случае больше, чем любой следователь! Ведь дело касается моей сестры. А сама Ольга ехать не может. Во-первых, у нее дел по горло, а во-вторых, она очень невнимательна. Может не заметить какой-нибудь мелочи.
— Оленька, я сейчас отвезу тебя домой, — сказал Жора, — а с тобой, Поля, мы еще поговорим об этом.
Жоре, видно, не терпелось остаться с Полиной наедине и сосредоточить все свои силы на ее соблазнении. Но Полину такая перспектива не устраивала, и она отказалась:
— Прости, Жора, но мне нужно ехать.
— Куда ты собралась? — почти закричал Жора. — Поля, я тебя предупреждаю, это не игрушки! Я запрещаю тебе этим заниматься. Ну давай я сам съезжу туда и все выясню. Хотя я не понимаю, что там еще выяснять? Ведь туда выезжала оперативная группа, они все осмотрели, записали и сфотографировали.
— Они могли что-нибудь пропустить! — упрямо заявила Полина.
— Ты просто пользуешься тем, что я не могу тебе отказать! — безвольно ответил Жора.
Мне стало его жалко, я решила прекратить этот бессмысленный спор и предложила: