Римское проклятье
Шрифт:
– Значит, у вас просто ума не хватает понять некоторые вещи, иначе бы увидели сходство. Я специально сохранила эти фотографии, чтобы показать их тебе.
На экране появилась картина с изображением женщины в прозрачном одеянии на фоне величественного храма. Надпись гласила…
– Римская Богиня Веста?! – растерянно спросил Бруно.
– Точно! – восторженно подтвердила Лукреция. – А вот ещё одна… – она провела пальцем по экрану и вывела следующую фотографию. – Здесь Веста стоит в окружении двенадцати своих прислужниц – Весталок. А вот третья,
И действительно, на картине была изображена мрачная женщина в прозрачном чёрном одеянии. Из шеи словно вырастали две змеи. У них были разинуты пасти, словно они собирались кого-то поглотить.
На лице Бруно застыло недоумение. Он всё ещё не понимал, зачем Лукреция всё это ему показывает.
– Ну, и какая связь нашей девушки с Богиней смерти?
– Пап, ты на одежду посмотри! – с видом превосходства посоветовала дочь. – Платье прозрачное. Груди очень хорошо видны.
– Лукреция…
– И трусы… тоже очень хорошо видны. Они в точности такие, как у девушки, которую вы ищите. Точно такие. Я под твоей лупой рассматривала. А это значит, что она видела эту картину, и по ней заказала их сшить. Если вы найдёте портного – вы найдёте девушку!
Бруно переводил растерянный взгляд с тех самых трусов, которые действительно отчётливо просматривались под прозрачным одеянием, на свою дочь, пока до него не дошла очевидность её логики.
– Конечно же, поэтому и маркировки нет. Она заказала эти трусы индивидуально. Кто-то их сшил по этой картине. Чёрт! Этот вывод просто напрашивается… – Бруно склонился и торжественно поцеловал руку дочери.
– То есть, ты согласен на партнёрство, раз признаёшь мою гениальность? – на всякий случай уточнила Лукреция.
– Я только признаю твою гениальность. И всё. Никакого партнёрства не будет. Но… советоваться мы с тобой будем. Ты явно обладаешь талантом сыщика, и замечаешь вещи, которых не замечают даже такие опытные полицейские, как я. Только маме не рассказывай о нашем уговоре. Хорошо?
– Ты можешь требовать соблюдения тайны только от своего партнёра. Мы с тобой пока не партнёры. Поэтому и молчать я не собираюсь. Пусть она всё узнает. И то, что я была на месте преступления и своими глазами видела…
– Это шантаж, Лукреция!
– Нет. Я просто пытаюсь заработать немного денег, а ты мне не позволяешь.
– Хорошо, хорошо. Мы потом продолжим наш разговор. Сегодня уже понедельник. Мне надо на работу, а тебе в школу.
– Пап, у меня каникулы.
– А… а, я забыл. Так и быть, оставайся у меня. Только позвони маме, чтобы она не волновалась.
– Вообще-то она надеялась, что я побуду у тебя всю неделю. У неё новый друг. Она хочет насладиться с ним уединением. Секс в укромных местах и всё такое…
– Не обязательно всё это мне рассказывать, Лукреция.
– Ты её ревнуешь? Забей, пап. Она этого не стоит. Ты видный мужчина и… всё такое.
– Ну да… ты права. Деньги, я так полагаю, тебе не нужны?! Меня не будет до вечера. Так что позаботься о себе сама.
Бруно оделся и быстро ушёл. Лукреция тут же притащила ноутбук отца из спальни и поставила его на стол. Она собиралась самостоятельно найти девушку, которую искала вся итальянская полиция. Она могла бы найтись в соцсетях или где-то ещё, например, в других странах. Если ей это удастся сделать, она сможет уговорить отца на совместный бизнес. Лукреция уже представляла, как они создают семейную фирму по поиску преступников, где ей будет отведена главная роль.
Глава 5
Второе распятие
В полицейском отделе бурно кипела работа. Дополнительно усиленная сотрудниками группа просматривала записи с камер в радиусе одного километра от места убийства. Два человека заново пересматривали результаты опросов свидетелей, выискивая в них незамеченную ранее информацию. Ещё одна группа отправилась непосредственно к месту преступления, чтобы заново опросить работников ресторана и жителей дома.
Единственной целью всех этих мер являлось обнаружение той самой девушки, накануне посетившей кардинала Лукка.
Бруно с ходу подключился в работу. Он с самого начала решил разрабатывать ещё одно направление, подсказанное ему дочерью: поиск портного, изготовившего столь редкий предмет нижнего белья. Спустя два часа после приезда, у него на руках имелся список из двадцати самых известных портных Рима. Следовало навестить каждого из них. Именно этим они с Магдой и занялись. Они проложили маршрут на карте от ближайшей мастерской до самой дальней, и выдвинулись в путь.
Первые двое портных, едва взглянув на фотографию девушки, сказали, что никогда её не видели и никогда не шили ничего подобного. С третьим портным, который носил очень необычную фамилию – Ксенакис – дело слегка сдвинулось с места. Но в то же время, появились и новые вопросы.
Ксенакис заинтересовался трусиками красавицы с фото. Он очень долго их разглядывал через лупу, а потом огорошил полицейских своими выводами:
– Потрясающе! Просто потрясающе! Такой великолепной работы я в жизни не видел. Это вещица стоит баснословные деньги. Она собрана из тысяч мельчайших деталей с помощью тончайших золотых нитей. Я видел работы лучших дизайнеров мира, но они даже в подмётки не годятся этим трусикам. В Риме вы не найдёте ни одного портного, способного на подобное мастерство. Это всё равно, что искать художника, равного Микеланджело.
– А где бы могли их сшить? Как вы думаете? – спросил у него Бруно.
Портной пожал плечами.
– Скорее, всего, нигде. Возможно, это предмет туалета какой-то царицы. Вам в музеях надо искать ответы, а не среди портных.
Разговор на том и завершился. Следующие четверо портных в той или иной степени подтвердили слова Ксенакиса. Исходя из такого рода единодушия, Бруно решил прервать опрос портных. Они поехали обратно в полицию.
– Что ты думаешь обо всём этом? – спросил по дороге Бруно.