Рональд I
Шрифт:
Круг из каменных глыб накрыла абсолютная тишина. Тела пораженных дэнов истекали кровью, а кровь впитывалась в зеленую траву. Бесшумный синий смерч крутился по центру кромлеха [3] , никуда не двигаясь.
Вдруг, тела убитых дэнов судорожно и синхронно зашевелились. Друид встал на ноги, они дрожали, словно он делал это впервые. Несколько секунд он ловил равновесие, затем сделал первые шаги в сторону лежащих тел молодых дэнов.
— МАЛО… — пророкотало тело друида чуждым, пугающе пустым голосом.
3
Кромлех —
*"Ничейные" земли южнее Королевства Зимы. Залив Королевский*
— Кучеряво живёшь, Джон. — Рон поднял движением руки мраморный блок, весом около шести тонн. — Мраморный дворец, ещё золотом его отделать, да слоновой костью, хе-хе…
Блок аккуратно приземлился среди десятков ему подобных, формирующих фундамент дворца.
Стены Рон возвёл ещё месяц назад, затем была очередь городской ратуши, королевского арсенала, потом сухого дока, а теперь и дворца.
Параллельно строили сотни домов, зданий, цехов и прочих сооружений, но главное ещё впереди — дороги.
Будущий город разбили на участки, улицы разметили, заранее спланировав даже дальнейший рост города.
Стены Рон возвёл высотой в сто пятьдесят футов, а толщиной в семьдесят футов в самом узком месте. Уже сейчас город выглядит грозно, особенно если смотреть со стороны. За стенами же творился строительный хаос — возили грузы по уложенным Роном плитам основных дорог, сыпали щебень, рыли канализацию, рубили лишние деревья, высаживали зеленые насаждения, десятки богорощ и будущих парков.
Джон участвовал в общественных мероприятиях, лично махал киркой и топором, всем своим видом показывая, что непосредственно задействован в строительстве собственного города.
В пригороде происходила своя строительная вакханалия — спешно строили фермы, очищали землю под пахотные поля, а свеженазначенные фермеры, вместе с армией, лихорадочно засеивали освобожденные от леса территории различными посевными культурами.
Всё происходило в режиме аврала, допускались ошибки, десятки тонн грузов доставлялись не туда, или слишком поздно, или слишком рано, но Квайен оперативно устранял ошибки собственных подчиненных, работая с раннего утра до поздней ночи. Подчиненные его страдали, жаловались, падали в обмороки от морального и физического истощения, но он относился к этому как к квалификационной аттестации — очистке зерен от плевел. Многие не справлялись с нагрузкой, кто-то проворовывался, кто-то внезапно осознавал, что "это не его" — в итоге это шло на пользу административному аппарату, часть которого планировалось передать Джону.
Сам Джон медленно обалдевал от происходящего, время от времени впадая в сомнамбулическое состояние от свалившейся ответственности. Из пока ещё существующих королевств Зимы и Запада прибывали сотни человек, жаждущих присягнуть истинному королю Вестероса, так как "с самого начала хранили верность Таргариенам".
Непонятен был статус Бриенны Тарт, которая сейчас вроде
Внезапно активизировался папаша Бриенны, лорд Сельвин Тарт. До этого он тихо проживал со своими пожилыми наложницами и женой в королевстве Зимы, но буквально три дня назад распродал всё имущество, превратив его в платину и купил себе ещё не построенный дом в престижном квартале неподалёку от королевского дворца, который сейчас возводил Рон. Строители до него ещё не добрались, поэтому строительство начнётся не раньше, чем через несколько недель, отчего чета Тартов сейчас проживает в огромном шатре под городом.
Сельвин и ожидать не мог, что его единственная наследница так "выстрелит" в конечном счёте, но среагировал оперативно. До того, как Рон объявил Джона королём нового королевства, он был Тарту не сказать чтобы не был интересен, но после такого ошеломительного взлёта он уже громко называл Джона собственным названным сыном и стал ярым его сторонником, чего обычно не ждёшь от большей частью весьма осторожных Тартов.
Джон ещё не надел корону, а Сельвин Тарт уже просил принять его вассальную присягу. Действуя согласно инструкции, Джон его вежливо послал, уведомив, что клятва у всех будет общая, и не только королю, но и государству. Впрочем, кусочек пряника всё же посулил, пообещав в складчину приобрести для гипотетического тестя землю в пригороде новой Королевской Гавани, чтобы в будущем отгрохать солидный загородный дворец.
Но интригантскую деятельность активизировал не только Тарт. Другие благородные дома тоже ненавязчиво начали рекомендовать будущему королю присмотреться к девам на выданье. Да что говорить, даже Тайвин, не успев заложить первый камень собственного замка, уже начал пихать свою "целомудренную" дочурку, почти мать-героиню, за Джона. А чтобы Тарты не обижались, сватал Джейме за Бриенну. В общем, Рон был рад, что вся эта матримониальная свистопляска обошла его стороной, хотя Тайвин, не будь дурак, пробовал воздействовать на объект и через него, но получил твёрдый, бюрократически стерильный, эпистолярный "Отвали".
— Джон, подай водицы, устал — жуть! — Рон растёкся на складном кресле.
Джон подал стеклянную бутылку из ящика со льдом, не забыв сковырнуть ножом жестяную пробку. Бутилированные напитки стремительно ворвались в обиход жителей Британии вместе с доведением Отделом Перспективных Разработок до ума технологии стекловарения, а также открытием способа выделения чистого кремния, без примесей. Стекло нехило подорожало, так как прозрачность выросла на порядки, а вот некачественное и бракованное стекло стали пускать на различные периферийные производства, например, тонкие бутылки.
Открытие бутылочного завода привело к тому, что в бутылки стали наливать вообще всё. Нашелся светлый ум, который догадался связать бутылки, молоко и ледник. Рон так обрадовался появлению предприимчивого гения, что абсолютно безвозмездно поделился с ним секретом пастеризации молока. Теперь в промышленном районе стоит небольшой заводик, оборудованный пробковым станком для закупоривания бутылок, а также паровой машиной, которая позволяет пастеризовывать молоко с помощью стерильного пара.
По цепочке ассоциативный ряд выдал Рону кое-какие сведения и о консервировании.