Салон 1-67 - Сборник любительских околоюморных текстов от Anekdot,ru
Шрифт:
* * * Ты - как теплый ветерок, Не гроза и не ошибка. Теплый черный свитерок, полудетская улыбка. Зайчик солнечный в окне. Ну-ка, вспомни обо мне! Я писала Вам письмо... Нет, теперь уже - тебе... Славных глупостей полно, вспомнишь - до сих пор смешно, до сих пор не по себе. Тут не нужно лишних драм. Тут прогулка, а не храм. По весне - все та же блажь. Отступила вьюга-стужа. Я пойду, как верный паж, За тобой по синим лужам. Шалость милая моя! Ты - ничей, а я - твоя.
* * * Вы обвинили в ревности меня. Ну, то есть в жадности. Неправы Вы, неправы. Когда бы ревность душу мне терзала, Хотела б я смести с лица земли Все города, и все моря, и горы: Все сущее - прекрасное - на свете; И чтобы женщин оставалось только двое, И то второй была бы мать моя. И чтобы сделать Вас безгласным и незрячим, Хотела бы я чары навести. Вот - ревность! А сейчас? Я лишь желаю Один лишь город обратить в руины, И лишь одну изгнать из круга мира, Из Ваших мыслей, и речей, и снов. Я - жадная?! Хорошенькая жадность Одну лишь душу из
* * * Я повстречался с Долорес Гейз. Она сейчас живет на свете. Мне улыбнулся мой смуглый бес, Туманный взгляд стальной я встретил. Как ты угадана невероятно, Как энтомолог увидел русский Противный норов, наряд опрятный И быстрый очерк, кошачий, узкий. Какая добрая, какая злая. Как бьешь ты больно, как нежно лечишь. Ни в чем не смыслишь, все понимая. Добра желаешь. Навек калечишь. Что, надоело сидеть в страницах? Страна другая, другое имя. Я понимаю, мне не добиться. Но как сравнить мне тебя с другими? Ложись со мною. Я буду нежен. Я буду страстен, как ты захочешь. Конец известен. Наш мир безбрежен и ты исчезнешь сегодня ночью. За гранью граней, за кромкой света Тебя поймаю, не отобьешься. А море плачет, и плачет лето, И ветер плачет, а ты - смеешься...
Лада Громова <>
МЕСТОИМЕНИЯ 1 Пусть земное земному Пролагает пути, Но случится иному Заглянуть и войти То, что длилось под спудом, Будет сказано вслух: И деревьям и людям Есть единый пастух, И бояться не надо Остыванья тепла Это изгородь сада Тихо ночь перешла, Глянул месяц, и звезды Подбежали к нему, На земле уже поздно Мне стоять одному, Есть другие отары, Золотая семья. Ты не плачь, Миоарэ, Посмотри - это я. 2 Все во мраке пропало, Или им береглось. Словно флаг или парус, Что-то близко взвилось Колыхание сада Или ветер с реки, Колыханье распада Темноты в лоскутки. Кто-то выкроил гору, У подножья кусты, И клочок разговора Из пустой глухоты. И сапфирная синька Просияла в проем. Это страшная линька Быть с Тобою вдвоем. Только грянуться оземь И рассыпаться в штыб, Чтобы выросла озимь Это Ты, это Ты!
Лопух <>
* * * Этот черный цветок, что рожден из стекла и вина... Так из траурных длинных процессий рождается вечер. И не спорьте, что роза... Взгляните: цветут имена На прозрачных стеблях и меняются каждую вечность. И не спорьте, взгляните: окна равнодушный блокнот Принимает, хранит чернокнижья мучительный почерк, Кто сумеет прочесть, безнадежно тому повезет, Тот узнает пространство просторнее всех одиночеств.
Ольга Риль
Выпуск 67
"...Когда пытаешься натужно вспомнить что-нибудь на заданную тему, то в памяти всплывают прежде малозаметные детали: рябиновый куст, обсыпанный дождем, который видел, когда открывал глаза, целуясь с существом без имени, прекрасной носительницей пронзительной женской сути; ночная дорога в лесу, по которой ходили за дикими яблоками, мучительно выбирая из малознакомых девчонок: какую же из них полюбить навеки; грязные ведра, на которых сидели вдвоем, беседуя со вчера еще незнакомым кем-то, когда внезапная общность слабо вспыхивала в одной фразе, и рождалась дружба. И вызволив эти образы из темноты памяти, вдруг понимаешь, что был счастлив тогда, в те минуты, воспоминания о которых отзываются сейчас в сердце сладким щемлением. И все в прошлом, в прошлом. Но горечь эту немножко смягчает знание о том, что и о сегодняшнем дне тоже подумаешь когда-нибудь с печальным удовольствием, ведь счастье - это категория прошедшего времени, и нельзя, глупо сказать : "Я счастлив", - но легко: "Я был счастлив еще минуту, мгновение назад!..." Дмитрий Новиков. ТАНГО КАРЕЛЬСКОГО ПЕРЕШЕЙКА (по ссылке)
"Часто бывает - утром в метро едет поезд. Едет, едет, сонный. Сидящие пассажиры, кто не спит, читают. Стоящие, кто не спит, лениво ругаются. В тесноте они и в обиде. Бабушка говорит: "Скорей бы уж взорвали всю Москву совсем, на хер! Чтоб в метро свободней стало". А гражданин ей отвечает: "А все из-за новых русских! Зимой понаставят машин в гаражи и ездят на метро вот и давка!" И вдруг где-то посреди черного тоннеля между станциями поезд, ни с того, ни с сего, останавливается. И сразу тишина. Тихо-тихо. Замолчали все. Только что ты орал что-то громко на ухо спутнику, и - враз тишина! Слышно, как у студента в другом конце вагона в наушниках плейера музыка играет. Потом кто-нибудь возмутится. "Господи!" - скажет... На работу опаздывают люди. Кто-то в институт. Но это "Господи!" звучит робко так, скромно, вполголоса. Тихо под землей... " Алексей Толкачев. Машинист.
* * * Кто ваша злая девочка? Лилит? Надменный взгляд и шелк косы змеится. Кто соловьиной кровью вас поит? Ночь. Полусон. Чьи черные ресницы Щекочут шею? Чье дыханье жжет? Чьи пальцы так неистовы и слабы? Кто даже в самой чистой правде лжет? С кем ни одна сравиться не смогла бы Для вас? И почему душа болит? Кто ваша злая девочка? Лилит... * * * Провинция... Промокшие от слез Подушки старых дев и злые губы. Провинция... Как шелудивый пес, Ты хочешь жрать. Текут мозги и трубы. Провинция... Кошмары простыней Больничных. Пожелтевших, мятых, драных. Охотятся бомжи на голубей. Друзьям мы тихо сыплем перец в раны. Провинция... Дожди и гаражи. Вот мальчиков из СОБРа шлют куда-то. Провинция
Наталья Шумак
* * * листва на асфальте.. вроде поземки.. пол выстелен.. вроде деревом.. тактильно - ковром.. зрительно - золотом.. возрастом - платиной.. вкусом - солью.. запаxом - свежестью.. * * * шелестом голоса.. шепотом дыxания.. рождается в памяти.. пишется в прошлое.. смотрится в будущее.. чтется по кофейной гуще.. мелькает в стеклянном шаре.. списывается на пустяки.. разбивается вдребезги.. * * * карандашом набросать.. ластиком подправить.. маркером выделить.. вот.. она.. канцелярия.. нас.. * * * город.. в ночи.. фонарь.. улыбается.. трамвай.. громыхает.. от вокзала к центру.. витрины полупотухшие.. манят.. сумки тяжелые.. лямками на плечи давят.. дойти бы.. а куда я? * * * троице.. ночью пишется.. с утра.. похмеляется.. вспоминается.. уточняется.. ночью смех.. утром слезы.. горя ли.. ликования ль.. плюнем на все.. и уйдем в сторону.. лучшую.. с трех краев света.. * * * как нож.. теплое.. масло.. сливочное.. машиной воздух разрежу.. сточу в гладь кочки да ямки.. любые неровности.. жизни.. просто.. легко.. слетя с хайвея..
Para_d_Ox<do_not_enter@mail.ru>
* * * Меж полом и окном вшит антикварный стол С Ожеговым, часами, чайной чашкой. Жизнь в этот месяц вновь дала промашку, Утешив совесть ласковым: - За что? За что?! Не утолить пространств и стен, И воздуха, сжигающего мысли. И даже чай имеет запах кислый, И сахар мне приносят на обмен За парочку идей, за сигаретный чад, За сон в чаду, за поздние визиты, За паука - моей придворной свиты, За откровенья приторного час: Еще я долго, долго буду пить Любую жидкость в здравие искусства: Так странно после смерти жить и жить И ощущать все запахи и вкусы.
* * * Тревожит надежда. Она не верит, что можно однажды закрыть двери и не придти никогда. Люстра давно уже выцвела, горит одним рогом. Думаю, ты все же оглянешься на дороге, хотя не важно. Идут года, забегая вперед или отставая. Земля к зиме всегда остывает, видимо, уставая за лето. Сердце с годами тоже стучит спокойнее, больше тревожит... Не выспавшееся зевает солнце, вставая из-за соседнего дома. Как ты живешь все это время... назло мне? Воображаю много! Стена горда собой: на ней пять произведений искусства. Что еще нужно для полноты чувства? Вот вам и математика, господа! * * * Опять зима со всех сторон. Непрочен дом, и время временно. Страна похожа на перрон В туннель, сквозь шар земной, в Америку! Под горку скатится Луна. Гляжу в туман, теряя зрение. В снегу, у самого окна Дыра в другое измерение. * * * И ветер, притаившийся в цветах, Однажды вихрем розовым предстанет В том скверике, в тех радужных местах, Где даже злое солнце пить устанет Прохладу дней, росу стерильных трав... Ты не поймешь, как бережно обманет Коктейль любви из ветра и отрав И будет верно ждать твоих признаний. И как-то раз в беседе за столом Обмолвившись при всех случайным взглядом, Ты словно воду рассечешь веслом: Что было до и будет после ада. * * * Скит белых стен. Луна. Непрочен сон. Непрочен день и дом, страна напротив. Я на перроне, но скользит перрон. И выход есть, но не для посторонних. И бьется снег под тяжестью подошв Трусливой и взволнованною птицей. Я поднимаю город, словно тост. Прозрачный город сквозь ладонь струится. Ау, мой дом! Пространная страна, Я пассажир твой, только без билета. Снег иллюзорен, впрочем, как луна, Как отраженье солнечного света.
Алла Гирик
* * * Мне приснилось холодное утро, Чужеземное зарево крыш... И со мною ты рядом как будто У порога, прощаясь, стоишь. Почему-то - от снега ль, с мороза Но на сердце - туманная грусть. Нет, хороший мой, это - не слезы... Никогда я сюда не вернусь... Да и ты не поедешь в Россию, В серебристо-березовый край (Здесь березы - до боли чужие)... Видишь сам: как судьбой ни играй, Нам быть вместе недолго осталось. Это счастье немногим дано Расставаясь, не чувствовать жалость... Хочешь - смейся, но мне - все равно, Все равно, что меня ты не любишь, Что тебя не люблю,- все равно. Иногда одинокие люди Из одной пьют бутылки вино. Потому и нужны мы друг другу, Что безрадостен серый покой, И по первому адскому кругу Нас уносит желаний рекой. И уже все неважно как будто. Ты одной со мной свечкой сгоришь... ...И опять просыпается утро Не пожаром. Лишь заревом крыш. Margaux