Сегодня война
Шрифт:
На какое-то время возникла пауза. Напор даже не ослаб, просто исчез, словно неприятель отошел для перегруппировки ли, просто перевести дух…
– Посмотрите, что с ребятами? – Громов сразу оценил ситуацию.
Ближе всех к телам оказался Максим, ему и пришлось ползти к Худойбердыеву с Петрухой. Но что там было смотреть? Сразу видно: помочь им уже ничем нельзя.
Произойди нечто подобное дня три назад, и Максиму стало бы наверняка плохо. Однако сейчас в душе парня наступило некое отупение. Ну, покойники, ну, порядком изуродованы, так что
У Худойбердыева в разгрузке оказалось два магазина с патронами калибра пять сорок пять, у Апостола – лишь один, да и тот к «АКМу». Но Максим прихватил и этот рожок. Пусть не подходит, но, например, у капитана тоже автомат старого образца, значит, можно будет отдать ему.
Серанцева осматривал Николай. Тут тоже помощь была уже излишней. Зато экс-десантник заменил автомат, прихватил запасные магазины. Хотел посмотреть, вдруг есть и патроны россыпью, однако стрельба, пусть вялая, возобновилась опять, и пришлось срочно отползать за ближайшее укрытие.
– Мужики! Отходим! – Голос ротного озвучил долгожданный приказ.
Если бы чуть-чуть пораньше!
Глава двадцать седьмая
Связка магазинов в автомате была последней. Шестьдесят патронов – и все. У остальных дела обстояли не лучше. Денис вообще затих, берег оставшуюся половину ленты на случай атаки. Остальные еще огрызались то короткими очередями, то одиночными выстрелами.
Что ж, видно, придется пустить в ход «артиллерию». Открыть заднюю крышку «Мухи», раздвинуть трубу. Предохранительная стойка приняла вертикальное положение. Теперь повернуть ее вниз до упора, отпустить. И все – фактически одной рукой, лишь чуть помогая ей второй, пострадавшей. Готово!
– Орелики! Отходим попарно! Сейчас я им устрою маленький подарочек!
Цель была намечена заранее. Вон в том окне на втором этаже было шевеление, даже стрельба, только ответ заставил противника вести себя осторожнее и не очень высовываться. Дождаться удобного момента… Только внимательнее и спокойнее. Руки устали, даже плечо стало болеть от отдачи, да и голова не совсем нормальная. Но отдачи гранатомет не дает, а шум как-нибудь перетерпим. Главное, собраться с силами и не промахнуться. Ничего, немного осталось.
Ага! Там снова мелькнула пара силуэтов, и граната устремилась на встречу с человеческой плотью. Взрыв прозвучал убедительно для всех, кто хотел бы и дальше оставаться живым. Он дал короткую передышку, больше же и не требовалось. Еще добавить несколько экономных очередей для острастки…
Денис и Илья уже немного отползли, скрылись в струящемся из дома напротив дыму, и последняя пара двинулась за ними.
Странно, но вся четверка отошла сравнительно благополучно. Во многом прикрыл дым, во многом подыграла судьба, не позволила шальным пулям зацепить кого-нибудь из бойцов. Кто воевал, тот прекрасно знает роль случая и превратности
Справа примерно на широте отходящих звучала стрельба. Она тоже постепенно сдвигалась, и звуки радовали. Значит, живы мужики и отходят нормально, пусть с некоторыми помехами, так дальше, может, станет легче. Противнику нелегко преследовать среди домов, там ему явно что-то мешает. В противном случае давно бы обошел и ударил бы не во фланг, а в тыл. Но комбат, хоть отступил, тоже еще держится.
Последний рубеж. Позади – храм, давший во времена оны название улице, по сторонам довольно приличный для города обзор. Можно держаться хоть час, лишь бы были патроны и люди. Только нет ни того, ни другого.
Хотя нет. Вон из проулка выскочил Максим, следом – Николай, Сурен, Дмитрий… А остальных не видно.
– Не отвлекаться! Всем наблюдать! – Александр лишь махнул раненой рукой спешащей группе и тоже припал к автомату. Не ровен час, появятся те, нежелательные, и тогда могут натворить столько дел… Но как же плохо, сознание немного плывет, а надо держаться. Надо.
Противник опоздал. Группа ротного успела пробежать открытое пространство и залечь за оградой, где уже заняли позицию их товарищи.
– Все здесь? – коротко осведомился Александр у ротного.
– Все, – Дмитрий сплюнул. – Мать его так! Буквально в последний момент! А в Сурена пуля попала. Броник не пробила, но, кажется, ребра поломала.
– Кысмет, – значит, соперника тоже нет. Ни радости, ни горя, чувства атрофировались. Да и что изменилось в, так сказать, личном плане? Разницу в возрасте не исправишь…
Стыдно думать о своем, когда, того и гляди, опять начнется нечто более важное. Лишь рука сама полезла в разгрузку, извлекла мятую сигарету. Кажется, там осталась еще одна. Или даже две. Но это уже если удастся пережить бой. Патронов бы еще хоть магазин!
– Товарищ капитан! – Бог словно услышал пожелания капитана. – Держите!
Максим прополз, старательно укрываясь от недоброжелательных глаз, и протянул рожок от «АКМа».
– У вас же вроде такой… Блин! Вы ранены?
– Пустяки. – Хотя кровь продолжала сочиться и по капельке падать на землю. – До свадьбы заживет. Ну, спасибо, орелик! Вот это подарок! С меня причитается! Как только все закончится…
Александр растрогался. Приволоки бы кто сейчас сундук с золотом, остался бы равнодушным, а тут вдруг дали такое сокровище! И ведь подобрал, подумал о командире!
– Я и сам проставлюсь, – осклабился Сынок. – В лучшем кабаке…
И тут, извещая об окончании паузы, коротко прогрохотала первая очередь. Опять началось.
Даже докурить не дали, сволочи!
– Продержитесь еще хоть пять! – с полуслова ожила вдруг рация. – Помощь уже пошла.
– Продержимся, – односложно, говорить было некогда, буркнул капитан. Да и что еще оставалось, как не держаться? Но остальным выкрикнул погромче и подлиннее. – Орелики! Подмога на подходе! Нам еще максимум минут пять!