Серые кардиналы
Шрифт:
В городах Франции все чаще происходили мятежи, которые, впрочем, быстро подавлялись и не мешали вводить все более высокие налоги. «Один Бог может творить из ничего, – писал Ришелье, – и изъятия, нетерпимые по своей природе, извиняются необходимостью войны».
Налоговый гнет вызывает ряд мощных восстаний, в которых принимают участие и крестьяне, и дворяне, и духовенство. Прекрасное и стройное здание французского абсолютизма имеет слабоватый экономический фундамент. Амбиции и ошибки Людовика XrV в дальнейшем лишь усугубят такое положение дел.
Расходуя на военные конфликты с соседними государствами миллионы ливров, Ришелье не
Того же принципа придерживался и отец Жозеф. Он умер, как и подобает монаху, в полной нищете. Однако французы, считавшие его самым скрытным человеком на земле, еще долго сомневались в его бескорыстии.
Отец Жозеф получил кардинальский сан лишь незадолго до своей смерти в 1638 г. Как замечают некоторые исследователи, он был, наверное, единственным во Франции человеком, который испытывал к Ришелье чувство любви. И кардинал платил ему тем же.
Ришелье был, можно сказать, великим воплощением личной воли. Сделать столь поразительную карьеру и оставить столь глубокий отпечаток в истории Европы он сумел именно благодаря своей ни на миг не ослабевавшей целеустремленности.
Отец Жозеф производил впечатление человека менее цельного и более непостоянного, чем его политический патрон. Но за переменами тона и манер и внезапными приливами энтузиазма таилась не менее неуклонная решимость. Более того, не раз он оказывался тверже Ришелье. Когда становилось видно, что тот слабеет, монах воскрешал его мужество и одной лишь силой воли подталкивал его вперед, сквозь все трудности, к желанной цели.
Когда отец Жозеф умер от апоплексического удара в декабре 1638 г., Ришелье сказал: «Я потерял опору, я лишился моего утешения, моей единственной помощи и поддержки, самого доверенного человека».
Отец Жозеф был лучшим дипломатом Европы и во многом обеспечил победу Франции в Тридцатилетней войне. Правда, ни он, ни сам Ришелье не дожили до ее окончания. И все же трогательный и символический эпизод: умирая, отец Жозеф ждал известий о решительной победе французов, его беспокоило взятие Брейзаха, от которого зависело дальнейшее развитие событий.
Известие запаздывало. Видя терзания друга, Ришелье солгал умирающему: «Победа – за нами, держитесь, отец Жозеф, мы взяли Брейзах». Отец Жозеф умер, торжествуя. А весть о взятии Брейзаха придет в Париж через несколько дней после его смерти, 24 декабря – весть о победе, одержанной почти что в тот самый день, когда Ришелье «обманул» своего верного дю Трамбле… Случилось так, что крепость была взята 18 декабря 1638 г., когда никто еще во Франции, включая и Ришелье, об этом не знал. И хотя до установления мира в Европе было еще далеко, ситуация все же меняется в пользу Франции.
Справедливости
На смену отцу Жозефу Ришелье призвал кардинала Мазарини, который позднее занял место самого Ришелье. 4 декабря 1642 г.
Ришелье не стало, он скончался в своем дворце, завещанном королю – знаменитом Пале-Рояле.
За 18 лет Ришелье удалось сделать почти невозможное: одолеть всех врагов внутри страны и за ее пределами, укрепить монархию и создать условия для ее расцвета при «короле-солнце». Он сам говорил, что сделал из Франции умирающей Францию торжествующую. Позже это признали и те, кто бурно радовался смерти «тирана в рясе». Признал это и Александр Дюма, так нелестно изобразивший Ришелье в «Трех мушкетерах». В следующих романах мушкетерской трилогии герои с ностальгией вспоминали о «великом кардинале».
А отец Жозеф давно уже стал фигурой-символом. Понятия «серое преосвященство» или «серый кардинал» так часто употребляют для обозначения лиц, которые, оставаясь за кулисами, как кукольник за ширмой, заправляет важными делами, что иногда забывается, кто первым носил этот «титул».
Споры же о том, добром или злом для Франции был отец Жозеф, не прекращаются по сей день. С тех пор и повелось, что у каждого «серого кардинала» непременно должен быть «красный кардинал» – официально облеченный властью, коей он наделяет по своему усмотрению доверенных людей, которым можно поручить секретные и неблаговидные дела и которыми при необходимости можно пожертвовать, сохраняя лицо. Но показательно, что Ришелье часто, бывало, дезавуировал своих послов, при которых состоял отец Жозеф, но никогда не утрачивал доверия к последнему. Таким образом, можно сказать, что «серое преосвященство» – почти необходимый персонаж всякой организованной абсолютной власти.
И одному и другому не повезло: в памяти потомков благодаря литераторам, которые придерживались аристократических симпатий, образы обоих кардиналов – и «серого» и «пурпурного» – стали воплощением политического зла. Некоторые считают, что это несправедливо: в первую очередь именно им обязана Франция Нового времени своим величием. А иные убеждены, что в вопросе союза политики и религии компромисс невозможен. И отец Жозеф, человек, безуспешно пытавшийся примирить политику и религию, мир здешний и потусторонний, «хороший человек», который начал заниматься государственной политикой в надежде насильственно «затолкать человечество в Царство Божие», воплощает собой отрицательное начало.
Существует также довольно авторитетное мнение, которое разделяет ряд французских и английских историков, что, если докопаться до исторических корней катастроф, например XX и даже XIX века, то можно обозначить эпоху Ришелье и его «серого кардинала» как ключевой момент, когда Европа свернула на путь этих самых катастроф. Цепочка примерно такова: фашизм как порождение Прусской империи, был результатом немецкого национализма, возникшего, в свою очередь, как реакция на наполеоновский империализм. Империя Наполеона – плод Французской революции, а Французская революция выводится из политики Ришелье, целью которой было ослабить Испанию и Австрию, раздробить Германию и вместо Габсбургов сделать главной европейской силой Бурбонов. При Людовике XIV эта политика достигла своего апогея, и после долгого господства Франция разорилась, что и повлекло за собой революцию.