Сезон охоты на «кротов»
Шрифт:
Внезапно ожил Герин ноутбук на столе. Послышался мелодичный сигнал вызова на видеосвязь. Имя и пароль Талеева в телефонных интернет-сетях были известны очень ограниченному кругу лиц. Журналист нажал нужные клавиши, и на экране нечетко проступило знакомое всем присутствующим лицо.
– Привет, Гера! – Голос капитана 1-го ранга Редина тоже искажался затухающими помехами. – Связь просто отвратительная. И времени у меня немного. – Сергей не задавал вопросов, а сам старался говорить короткими фразами, чтобы облегчить их восприятие собеседником. – Говорю из маленького интернет-кафе в Коле. Это на пути из Мурманска в аэропорт Мурмаши. Через три часа у меня самолет на Москву. Вчера поздно вечером мне
– Я все понял, Серж. Молодец, что позвонил. Думаю, здесь тебя тоже встретят и «поведут». Не обращай внимания, делай свои дела и даже не пытайся связаться с нами. Мои ребята будут все время тебя негласно подстраховывать. Когда убедимся в полной безопасности, сами свяжемся с тобой. Все ясно расслышал?
– Да. – Редин расслабился. – Как там ребята?
– Не сейчас. Будь осторожен и готов к любой провокации. Береги себя!
Капитан 1-го ранга понял, что разговор надо «сворачивать».
– До встречи.
Экран погас. Талеев закрыл крышку ноутбука.
– Вот и кончилось затишье. – Оглядев друзей, он пояснил: – Сержа я сам спровадил в эту командировку. Сразу после смерти куратора. В его конторе только рады были такому служебному рвению: военных радиоактивных объектов на Севере хоть пруд пруди, а из Комиссии по ядерной безопасности мало желающих вплотную заняться организацией работ на них. Ведь для этого надо не на день или неделю поменять уютный московский быт на командировочную неустроенность за Полярным кругом. И «пахать» ежедневно… Зато там Редин полностью уходил от возможного интереса с чьей-либо стороны. Да вот, оказывается, не только до нас добрались.
Гера задумался. И тут же продолжил Вадим:
– Все понятно! Решили нас отыскать через Серегу. Возьмут его «под колпак», проследят все контакты…
– Это ты правильно сориентировался. – Талеев продолжал о чем-то размышлять. – Только… Почему они вышли на Сержа? Даже если предположить, что каким-то образом к нашим противникам попала посмертная записка куратора Президенту, там всего пару раз упоминается его имя, и то безо всякой привязки к делам Команды!
– А это говорит только о том, – Аракчеев продолжал развивать свою мысль, – что супостат не имеет о нас абсолютно никакой другой информации! Вот и хватаются за любую мелочь.
– Возможно, возможно… Но ведь кто-то «увязал» Редина с Командой. Или лично со мной… Это должен быть информированный человек…
Вадик затих на секунду.
– Ты думаешь, командир, что кто-то из наших…
– Так. – Журналист выпрямился и хлопнул себя ладонями по коленям. – Вносим в наши планы необходимые коррективы. Я постараюсь добыть все возможные и невозможные сведения о «Стелс» из виртуального пространства. – Он погладил рукой компьютер. – Тебе, Галчонок, придется поработать выездным агентом: «пощупаешь» эту фирму в реальности. Разумеется, посетишь их в какой-нибудь документально убедительной ипостаси. И о новом имидже побеспокойся. Здесь у меня найдется все необходимое, чтобы до неузнаваемости изменить внешность, покопайся сама. Вы двое берете на себя Редина. Встреча, сопровождение… Работаете на «втором рубеже». Думаю, что к слежке за Сержем привлекут значительные силы. Тут ты, Вадик, абсолютно прав. Наверняка будет задействована
– А чего ты, командир, сразу на меня смотришь? Вон, наш олимпийский стрелок тоже не прочь душу-то отвести…
– Ладно-ладно, мы друг друга поняли. А чего расселись-то? Самолет вот-вот приземлится. Вперед, вперед!
…Среди чуть более дюжины постоянных членов Команды никогда не существовало официальной иерархии. Не было никаких чинов и званий. Каждый из них, в отличие даже от суперпрофессионалов известных силовых структур, был способен в одиночку решать не только тактические, но и подчас стратегические задачи, объединяя в своих интересах отдельных высококлассных специалистов или даже группы бойцов, выступая в роли организатора и командира.
Если для выполнения какой-либо масштабной акции требовалось объединить усилия Команды, определяющим фактором в создании такой временной ударной группы становились личное уважение и безоговорочное признание выдающихся заслуг своих товарищей. Чаще всего такие группы возникали вокруг двух членов Команды, которые – единственные – имели прямой контакт с куратором. Это были Талеев и Лифанов. Им безоговорочно доверяли и подчинялись. Так и образовалась устойчивая связь журналиста с Вадимом Аракчеевым, Анатолием Майским и Галиной Алексеевой. Хотя последняя для тесной совместной работы имела и личные причины: все в Команде знали, что Гюльчатай безнадежно влюблена в Геру Талеева…
В сложных ситуациях его товарищи-подчиненные всегда примут самостоятельное решение, найдут свои пути и способы, чтобы решить общую задачу. А он, как старший, должен предвидеть все варианты, просчитывать события на шаг вперед. Информация! Еще раз информация и логика…
Журналист глубоко вздохнул, откинулся на спинку компьютерного кресла и с силой потер лицо ладонями, прикрыв уставшие от монитора глаза. Потом несколькими энергичными движениями размял затекшую шею и вновь устремился в нескончаемые дебри Всемирной паутины…
В аэропорту капитан 1-го ранга Редин взял такси и поехал в свою однокомнатную квартиру в не самом отдаленном спальном районе. Автомашину он выбрал сам, отказавшись от нескольких настойчивых предложений прилипчивых таксистов и частников и пропустив две первые затормозившие рядом с ним «шашечные тачки».
Из тонированной иномарки, расположившейся метрах в пятидесяти от места посадки, за всеми рединскими ухищрениями внимательно наблюдали двое мужчин. Водитель был молчалив и сосредоточен, а его напарник искренне веселился, тыкая указательным пальцем в лобовое стекло и в восторге хлопая себя ладонями по коленям.
– Ну, ты только посмотри! Чистый Джеймс Бонд на задании. Давай пари: он еще и тачку сменит в пути.
Водитель серьезно ответил:
– Непременно сменит. А если дальше отправится на метро, то тебе его «пасти» придется.
– Я могу и порулить, пока ты за ним бегаешь.
На такое предложение водитель молча показал развеселившемуся товарищу кукиш и резко тронул автомашину с места вслед за удалившимся уже на приличное расстояние такси.
…С неширокого каменного парапета лениво поднялся высокий крупный человек, до этого сосредоточенно уткнувшийся в развернутую газету. Он неторопливо огляделся по сторонам, удовлетворенно кивнул и уже быстрым шагом направился к стоянке служебного транспорта, расположенной неподалеку. С его приближением широко распахнулась дверь неказистой «семерки»: