Чтение онлайн

на главную

Жанры

Шрифт:

— Нет, нет, догогая моя! Такой каблук пегестали носить в пгошлом году. Ты видела, какие я себе еще взяла сапоги. Фганцузские. Это пгелесть!

— Но, пгизнайся, у нее тоже очень хогоший вкус.

— У нее вкус? Ты меня погажаешь! Эта ее гыжая кугтка! А какие она носит сумки! Нет. У нее никакого пгедставления нет, что такое вкус.

— Может, ты и пгава… Стоять, Логд! Стоять! Ну что за непослушный мальчик!

— Потом, сейчас такое пгекгасное вгемя: свобода, есть выбог… Живем-то один газ. Я мужу так и сказала: если к зиме не будет новой шубы — будешь тгатиться на пгоституток.

— Ах, я всегда тобой востог’алась! Что-то жагко… Не подгассчитала я, слишком

тепло оделась.

— Да, как-то душно. Сейчас бы стаканчик кампаги с апельсиновым джусом.

— Или джин с тоником. Логд! Логд! Как ты себя ведешь? Он уже навегное пгоголодался. Мальчик мой, потегпи еще немножко, ского все закончится.

— А чем ты его когмишь?

— Газве для него я чего-нибудь пожалею? Он для меня — самое догогое. Я мужа не накогмлю, а деточку мою никогда не оставлю. Да, Логдушка? Да? Что ты у нас кушаешь? «Пэдиг’ипал» кушаешь? Кушаешь. «Чаппи» кушаешь?..

— А ты «Лоял экстга» ему покупаешь?

— «Лоял»?.. Н-нет…

— Ну что ты! Мой Джогдж Ноэл Гогдон «Лоял экстга» всему предпочитает. Вот ставлю ему: в одной тагелке пагная телятина, в дгугой —«Лоял экстга». Так он на телятину даже и не смотгит.

Грохот на «театре военных действий» перешел к таким величественным перекатам, что Алла невольно отвлеклась от занимательного диалога и вновь вскинула глаза на верхушку светлой парламентской башни, казавшейся теперь какой-то особенно светозарной от смоляных пятен копоти начавшегося пожара. Танки вели прицельный огонь по верхним этажам и мастерски попадали в самые окна, откуда с эффектным громом вырывалось гигантское пламя и клубы черного дыма. Какой-то человек выскочил из здания с белым флагом в руках, — его тут же скосила пулеметная очередь. Ветер часто менял направление, и тошнотворный запах пожара то и дело отравлял воздух. Рядом с Аллой возник молодой человек с лотком, торгующий прохладительными напитками. Она взяла жестянку пива, за которую маркитант потребовал невообразимую цену. «Наценка за условия, сопряженные с риском»,— пояснил он.

Вообще-то картина штурма была достаточно однообразна, однако Алла уже различала во взрывах и сполохах, стрекоте орудий и лоскутах едкого дыма, в кружении окрест осаждаемого здания людей и техники, она улавливала во всех этих разнородных вещах некий связующий их ритм и невольно временами шептала тишком: «Раз-два-три, раз-два-три, раз-два-три…»

Пока Алла была занята созерцанием батального полотна, Никита Кожемяка вновь примчался к дому учителя. На этот раз дверь отворилась после первого звонка.

— Проходи, проходи, — встретил Никиту хозяин без обычного приветствия. В комнате работал телевизор.

— Я всюду вас искал… Я волновался… — почему-то смущаясь, признался Никита.

— Да-да… да-да… — кивнул головой учитель, казалось, и не распознав трепетных интонаций.

В комнате мистическим огнем мерцало око Киклопа — телевизионный экран. Некая (почему-то иноземная) компания демонстрировала всей стране разгром парламента: грохот на «театре военных действий» перешел к величественным перекатам… верхушка светлой парламентской башни казалась какой-то особенно светозарной от смоляных пятен копоти начавшегося пожара… танки вели прицельный огонь по верхним этажам и мастерски попадали в самые окна, откуда с эффектным громом вырывалось гигантское пламя и клубы черного дыма… какой-то человек выскочил из здания с белым флагом в руках — его тут же скосила пулеметная очередь…

Это было безумием, и все же над светопреставлением из взрывов, сполохов, стрекота орудий, лоскутов дыма, кружения людей и техники довлел какой-то насмешливый ритм, что-то вроде:

раз-два-три, раз-два-три… А двое людей сидели перед телевизором в магнетическом молчании, и было им страшно, и было отрадно, что в разладицу с надвинувшейся стеной холодного умопомрачения рядом брезжится живая кровная душа.

Переключили канал, но другая программа оказалась еще страшнее: там престарелая артистка в праздничном платье распевала игривые песни и все кружилась, кружилась, кружилась.

— Пошли чай пить, — глухим голосом произнес учитель традиционное предложение.

Пили чай. Слова не рождались, но, казалось, они всюду были разбросаны мертвыми каменными глыбами. Только тонко позвякивала порой ложечка о стакан, помещенный в подстаканник из мельхиоровой скани. Только лепетал за окном о своих печалованиях прилетевший откуда-то ветер. В соседней комнате стрелял и бухал телевизор. Можно было, конечно, выключить его, но ветер за окном, похоже, перепевал под сурдинку те же звуки. Они пили чай. И не смотрели друг на друга, хотя, конечно же, вдвоем было покойнее; каждый должен был сам ответить перед Творцом… в том числе и за то, сколько зла допустил он в свое сердце.

А грандиозный спектакль на набережной подходил к концу. Алла Медная оставалась в дозоре до последнего. Уже свет, озарявший представление, стал мало-помалу угасать — было ясно, что близится конец. Она досмотрела уже в набегавших сумерках, как выводили (руки за голову) из изуродованной башни мятежников, как иных вытаскивали на носилках, как подъезжали рефрижераторы и лаковые иностранные лимузины… и отправилась восвояси в густеющем вечернем тумане с ощущением исполненного долга.

Вот какой был дан а городе бал, вот какой праздник. И всяк, каждый принял в нем участие: и тот, кто, сидя в танке, обстреливал за деньги собственный парламент, и тот, кто ползал в кровавой луже с вывороченными внутренностями, и тот, кто вещал с телеэкрана от имени народа, и трескавший дома селедку «под шубой», и вольно фланировавший по бульвару, и сочинитель стихов, и продавщица овощей, и даже тот, кто спал в это время без просыпу, и, казалось бы, вообще нечего не делал — и он, бездумный, не остался в стороне. Однако праздник — он хоть вроде бы и для всех, но самые душистые, махровые цветы срывают все-таки приглашенные.

Прошло несколько дней — и торжественная взвинченность улеглась. На улицах еще дотлевал смятый, утративший первозданный блеск, карнавальный реквизит. Были то не стреляные хлопушки, ленты серпантина, конфетти, флажки и бумажные маски, — но остатки развороченных баррикад, гильзы, пятна засохшей крови, а то и валяющаяся где-нибудь на обочине дороги разорванная туфля. «Вы ничего не хотите. Вы устали, устали, — говорили людям газеты, радиоприемники и телевизоры. — Вам нужен только отдых и покой. Отдых и покой. Отдых и покой. Вы ничего больше не хотите…» Хорошо было Никите Кожемяке, он и впрямь спал и ничего более не хотел. А вот Алла Медная, например, хотела.

Она точно не могла прояснить своего желания и оттого с некоторым огорчительным раздражением бродила по квартире, потирая руки. В то время, как ее маршрут пролегал через кухню, она распахнула на ходу дверь холодильника, да вдруг обнаружила, что там нет ни буженины, ни окорока, ни карбоната, даже нет сосисок… на худой конец. Тогда Алла поняла, чего же она все-таки хочет. Она хочет мяса. Евгения Глебовича под рукой не оказалось, чтобы обрушить на него свой праведный гнев за вопиющую безответственность, а заодно и отрядить в магазин. Алла только изо всех сил шарахнула дверцей холодильника, наскоро оделась и застучала каблучками вниз по лестнице.

Поделиться:
Популярные книги

Возвышение Меркурия. Книга 17

Кронос Александр
17. Меркурий
Фантастика:
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Возвышение Меркурия. Книга 17

Сильнейший ученик. Том 2

Ткачев Андрей Юрьевич
2. Пробуждение крови
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Сильнейший ученик. Том 2

Теневой путь. Шаг в тень

Мазуров Дмитрий
1. Теневой путь
Фантастика:
фэнтези
6.71
рейтинг книги
Теневой путь. Шаг в тень

Ну, здравствуй, перестройка!

Иванов Дмитрий
4. Девяностые
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
6.83
рейтинг книги
Ну, здравствуй, перестройка!

Вечный. Книга III

Рокотов Алексей
3. Вечный
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Вечный. Книга III

Безымянный раб

Зыков Виталий Валерьевич
1. Дорога домой
Фантастика:
фэнтези
9.31
рейтинг книги
Безымянный раб

Измена. Возвращение любви!

Леманн Анастасия
3. Измены
Любовные романы:
современные любовные романы
5.00
рейтинг книги
Измена. Возвращение любви!

Кодекс Охотника. Книга XXIII

Винокуров Юрий
23. Кодекс Охотника
Фантастика:
боевая фантастика
попаданцы
5.00
рейтинг книги
Кодекс Охотника. Книга XXIII

Идеальный мир для Лекаря 14

Сапфир Олег
14. Лекарь
Фантастика:
юмористическое фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Идеальный мир для Лекаря 14

Лорд Системы 14

Токсик Саша
14. Лорд Системы
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
рпг
5.00
рейтинг книги
Лорд Системы 14

Последний Паладин. Том 2

Саваровский Роман
2. Путь Паладина
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
аниме
5.00
рейтинг книги
Последний Паладин. Том 2

Последний реанорец. Том III

Павлов Вел
2. Высшая Речь
Фантастика:
фэнтези
попаданцы
5.25
рейтинг книги
Последний реанорец. Том III

Темный Лекарь 5

Токсик Саша
5. Темный Лекарь
Фантастика:
фэнтези
аниме
5.00
рейтинг книги
Темный Лекарь 5

Газлайтер. Том 6

Володин Григорий
6. История Телепата
Фантастика:
попаданцы
альтернативная история
аниме
5.00
рейтинг книги
Газлайтер. Том 6