Сирахама
Шрифт:
В туалет - нельзя - туда сейчас начнется паломничество студентов, почувствовавших результаты сытного обеда. К тому же - разгромленный туалет - это убытки и счет к семье Сирахамы. Пусть Драконы потом с радостью и компенсируют учиненный погром. Пусть отец и приплюсует двадцать-тридцать процентов к счету (а то я его не знаю!). Но радость Драконов пойдет только в комплекте со знанием о моих активациях... И тут я не смогу гордо сказать - «нет». Договоренность родителей и клана, обеспечившая нашей семье семнадцать лет спокойной жизни - это не шутки! Да и взять ту же Аику - она ж меня сама изнасилует, если
«Почему, как только дело касается нестойкости перед женщинами, у тебя сразу виноват я? А, Старик!»
Я вылетел на улицу со стороны летнего стадиона... Наверно, на улице было холодно, но я этого не замечал - тело пылало.
«Сейчас, Старенький, потерпи! Сейчас - сейчас... Где-то здесь, в бытовках, я помню... Вот!»
Ноги занесли меня в отдельное здание - склад спортинвентаря.
В новеллах и аниме в таких вот домиках обычно нечаянно запирают школьников, мальчика и девочку, которые в процессе долго совместного сидения таки признаются друг другу в романтических чувствах... или сразу, без признаний, приступают к делу - зависит от жанра. Ах, да... еще на улице обязательно должен пройти дождь - чтобы футболки были промокшими и их надо было снять и выжать.
Несколько старых макивар в виде человеческого торса на гибкой колонне, укрепленной на пластиковом, наполненном водой контейнере... То, что нужно!
– Ол-л-ла, Кали!
– Уже никого не стесняясь (да и не было никого вокруг), громко пропел я.
И, наконец-то, взорвался!
+++
Кенчи было больно. Миу прекрасно это видела, хоть он и старался это скрывать. Девушка начала беспокоиться. Наверно, она слишком близко к сердцу воспринимает «нормальный тренировочный процесс», если так беспокоится... Она постоянно сдерживала себя, чтобы не пихнуть в спину (а там же еще и царапины, оставленные бесстыжей Ренкой!) впереди сидящего Сирахаму и не напомнить о болеутоляющем, которое дал Акисамэ.
Когда же Кенчи поймет, что к его боли она относится, как к своей?! Ну, понятно, что у женщин болевой порог повыше, чем у мужчин, но это же не повод, чтобы так над ней изгаляться...?!
«Если хочешь, чтобы Кен-чан становился сильнее, придется только наблюдать и не вмешиваться»
Ну, наконец-то! Вспомнил, хвала Ками!
Плечи Кенчи задвигались, он зашуршал бумагой и фольгой, а потом задумчиво и слегка недоуменно бросил:
– Какие-то странные таблеточки...
Миу поняла. Акисамэ подсунул Кенчи «пустышку»!
Это его излюбленный трюк для демонстрации возможностей организма и силы самовнушения. Когда потом к нему приходил ученик и благодарил за хорошее мощное лекарство, от которого «все, как рукой сняло» - Акисамэ с удовольствием съедал горсть этих таблеток и объяснял, что эти таблетки сделаны из мела и предназначены для беременных женщин, нуждающихся в кальции. После чего читал лекцию о первичности разума над телом.
Было от чего Миу разозлиться на Акисамэ - мало того, что Кенчи использовали для ее активации, так еще и лечить нормально не хотят!
А потом Миу показалось, что силуэт Кенчи подернулся едва заметной темной дымкой... И Кенчи как-то расслабился. Такое впечатление, что боль у него прошла. Может быть, зря она так, и Акисамэ все-таки дал Кенчи нормальное лекарство?
Миу немного успокоилась. Кенчи впереди выполнял какую-то дыхательную технику и, кажется, болевых ощущений не испытывал. Более того, судя по всему, лекарство оказалось с каким-то наркотическим эффектом... придется его под ручку до монорельса вести... Хм, под ручку... Тоже неплохо! Что же Акисамэ ему подсунул?
Единственное, что сейчас беспокоило Миу - собственное зрение. Когда она смотрела на Кенчи прямо - все было нормально, но вот когда она смотрела куда-нибудь в другую сторону, то краешком зрения выхватывала какой-то темный туман вокруг Сирахамы... Последствия ее активации? Или последствия его активации? Ни о чем подобном она не слышала! Она украдкой осмотрела других студентов - вокруг них ничего подобного не было. И никто из них, кажется, не видел того, что видела она. Что за мистика?!
Прозвучал звонок и... Миу оставалось только широко распахнуть глаза в удивлении - Кенчи просто исчез из-за своей парты, на миг мелькнул у кафедры и - сине-черная молния промелькнула в дверях, едва не слетевших с направляющих рельс! Преподаватель только недоуменно завертел головой, пытаясь определить, что произошло, и сделал самый очевидный и логичный для себя вывод:
– Сквозняк, хм?
Миу, стараясь не показать спешки или нервозности, неторопливо собрала вещи, с достоинством поднялась и двинулась следом... Следом? И где же его искать теперь? Впрочем, это не проблема.
А тут еще и Рююто увязался с явным желанием поболтать... Ну, вот уж ЭТО - совсем не проблема!
Миу щелкнула пальцами.
– Фуриндзи-онее-сама?
– Драко-кошечки выросли рядом, будто из-под земли, преданно заглядывая в глаза.
Девочки, судя по всему, были прекрасно осведомлены о слабости Миу - они надели «неко-ушки», подрисовали на бархатных щечках тоненькие усики, а на кончике носа - крупную точку, подвели тушью глаза и держали ручки «кошачьими лапками».
– Куда побежал наш принц-ня?
– Невольно заулыбалась Миу.
– Наш принц-ня побежал на стадион-ня, онее-сама...
– Умильно коверкая речь, сообщила Рен.
– Этого - задержать.
– Она ткнула пальцем в сторону почуявшего неладное Рююто.
– Без увечий!
– Хай-ня, онее-сама!
– Кивнули девушки.
– Стоять!
– Миу все-таки не удержалась и осторожно погладила девушек по головам между ушками.
– Какие ж вы ня-я-яшечки! Фас!
Девушки метнулись к растерявшемуся Рююто и повисли у него на руках:
– Асамия-сама, какой интересный платочек-ня? А кто вам его подарил-ня? Неужели есть счастливица-ня, делающая вам таки изысканные подарки-ня? А сколько у вас будет жен, Асамия-сама? А наложниц вы будете заводить-ня? А есть ли вакансии-ня? А для кошек-ня? А для котят-ня? А для нас-ня? А почему-ня?
А Миу рванула по коридору, размывшись от скорости в едва фиксируемое глазом пятно.
+++
Было хорошо. Как после тяжелейшей тренировки, на которой по счастливой случайности обошлось без травм: вывихов, растяжений, ушибов, содранной кожи... Усталость до состояния «дрожащие руки и подкашивающиеся ноги» гуляло по все еще вибрирующему телу.