Смутное время
Шрифт:
Когда плотные ряды мертвецов шагнули за отметки, командир выпустил в небо указующую стрелу, отдав тем самым приказ о первом залпе, и звон сотен спущенных тетив ознаменовал начало боя. Верткие стрелы с гранеными наконечниками со свистом прорезали вечерний воздух, сорвавшись с верхних площадок высоких башен, что располагались по обе стороны моста Синены. Королевские лучники почти не боялись промахнуться – широкий строй Прклятых закрывал собой все пространство впереди.
Бывшие некогда предводителями армий и славными паладинами, некроманты отлично знали стратегию и тактику ведения боя, являясь лучшими из лучших в своем деле. Непримиримые борцы со злом, опытные
Капитан видел, что воины начали уставать – пот струился из-под кожаных капюшонов и открытых шлемов, застилал глаза, мешая целиться, ручьями стекал на красно-синие форменные туники пехотинцев Ронстрада. Лучники старались не обращать внимания на усталость, не отставали от них и королевские арбалетчики – ставя ногу в подковку, они слаженно оттягивали упругие «хвосты» своего оружия, укладывая каленые болты с четырехгранным наконечником в желобок-ложу.
…Арбалет навскидку. Сильные, натренированные пальцы жмут на спусковой крючок, и болт летит вдаль, затем все повторяется снова и снова: тетива, болт, спусковой крюк, и еще один скелет с пробитой ржавой кольчугой валится под ноги своим соратникам, а его проклятый дух уходит, как песок сквозь пальцы, от некромантов.
– Луки, ветер юго-запад! – скомандовал Ренер. – Упреждение полторы фигуры! Залп!!!
Зажигательная стрела ринулась вперед, указывая новое направление.
Слитным движением лучники отпустили тетивы, и, подобно бурану, стрелы шквалом смели первые линии врага, одновременно вонзаясь в заплесневелые бронзовые кирасы, шлемы и скутумы с полустертой краской и девизами.
Войско Прклятых черным морем колыхалось уже в сотне шагов от баррикады, преграждающей вход на мост. Из стройных рядов нежити полетели ответные чернооперенные стрелы. Некроманты считали, что мрачное облачение ворон, дроздов и прочих птиц, коим не посчастливилось родиться в непроглядном черном цвете, должно еще больше напугать суеверных людей. А ведь страх… людской страх – это именно то, чем питались темные маги, то, что придавало им сил. И чем его больше – тем лучше…
Черные стрелы полетели с ужасающей частотой и колючим навесным дождем посыпались на открытые верхние площадки двух каменных башен у моста. Они неслись с таким постоянством и их было столько, что людям пришлось прижаться к ограждениям. Даже головы не поднять, не высунуться из простенка между бойницами, не то что встать во весь рост и попытаться натянуть тетиву. Было такое ощущение, что лучников у врага никак не меньше нескольких тысяч, и это в сравнении с жалкими двумя сотнями защитников моста!
Ренер видел, как его воины с предсмертными криками падают то здесь, то там, но ничего не мог поделать. Многие из них уже лежали с раскинутыми руками и перекошенными лицами, истыканные стрелами с черным оперением. Повсюду была кровь, она даже с водостоков капала, а в воздухе витал ее запах… Офицер сидел, вжавшись в стену, и скрежетал зубами от собственного бессилия.
Кожаные перчатки Ренера тут же покрылись чужой кровью, когда он откинул в сторону крышку небольшого вентиляционного люка, пробитого в полу площадки.
– Маг, помогай! – Капитан решил при помощи мороков и фантомов отвлечь вражеских стрелков. Слишком долго этот колдун-проходимец отсиживается в своей каморке. Офицер был в ярости: как он сразу не догадался заставить его закатать широкие рукава мантии и прекратить прохлаждаться в закрытой от стрел и относительно безопасной заклинательной комнате.
С надеждой и злостью на самого себя Ренер смотрел, как маг в длинных желтых одеяниях, подойдя вплотную к бойнице, упер свой посох с синим мерцающим кристаллом в выложенный плитами пол и громко прочитал заклинание:
– Сarpo claustrum meus familiaris. Alicui viam per porta daemoniacus creatura! [7]
Через несколько мгновений над неприятельским войском открылся мерцающий яркий портал, и из него в мир вылетел ужасный демон. Большие кожистые крылья рассекали воздух, чудовище яростно скалило пасть с тремя рядами длинных клыков, а все его тело было испещрено острыми рогами и шипами.
7
«Срываю замки, мой раб. Открываю тебе проход, тварь Бездны!» – перевод с тайного магического наречия.
Да, фантазия у только-только окончившего Большую Школу Магического Искусства волшебника Отлоу была преотличной. И все же что-то было не так. Чернооперенные стрелы продолжали лететь без задержки, казалось, воины врага даже не обратили внимания на монстра, парящего над их головами. Тем временем иллюзия рассеялась – маг от удивления даже забыл поддержать заклинание.
– Ну, что там?! – Капитану уже надоело сидеть в неведении за уступом башни.
– Н-не знаю, – доносящийся из люка голос мага дрожал, – они не бросились прочь от моего демона.
– Да, я уже заметил, Бансрот тебя побери! – Со стоном на плиты опустился еще один лучник; оружия из рук он так и не выпустил, а из шеи торчала стрела с рваными черными перьями. – У тебя есть еще что-то?! Или маги Школы вообще ни на что не способны?!
Молодой Отлоу не раздумывал ни секунды: вскинул посох, резко провел им вокруг себя и словно выпад сделал в сторону бойницы – ударил невидимого врага.
– Сonsecratio luxi! [8] – Крик высвободил новое заклятие.
8
«Проклинаю светом!» – перевод с тайного магического наречия.
Из башни вырвалась белая молния и ударила в землю перед наступающей нежитью, превращаясь в стену полыхающего солнечного света… Мертвые лучники продолжали стрелять. Маг был в недоумении: яркая вспышка, способная ослепить могучего тролля, ничем не повредила Прклятым. И тут что-то надломилось в душе мага – он все понял. Мертвые не видят мороков, они не умеют бояться, и обмануть их нельзя.
«Но почему? – Колдун судорожно вцепился в посох, его лицо побелело от гнева. – Почему им даровано такое превосходство над простыми смертными?»