Собрание сочинений в десяти томах. Том второй. Фауст
Шрифт:
Еще до выхода повести Видмана история Фауста стала известна в Англии, где предшественник Шекспира Кристофер Марло (1564–1593) написал на основе этого сюжета трагедию. Гете, однако, познакомился с ней уже после того, как создал первую часть своей трагедии. Но пьесу Марло Гете узнал косвенным путем. В XVII веке английские комедианты много гастролировали по Германии. Их репертуар постепенно переняли немецкие актеры. Трагедия Марло о Фаусте в сильно измененном виде вошла в число излюбленных представлений ярмарочных кукольных театров. Еще мальчиком Гете впервые увидел кукольный спектакль «Фауст».
Во всех преданиях Фауст неизменно изображался
Первые книги были написаны в осуждение Фауста, однако даже сквозь их религиозно-нравственную тенденциозность проглядывали черты ученого, силившегося преодолеть предрассудки своего времени и резко восстававшего против церковных ограничений. Но даже Марло, явно сочувствовавший бунтарским стремлениям Фауста, не мог изменить обязательного финала истории — наказания и гибели «грешника».
Впервые в эпоху Просвещения вождь свободомыслящих Готхольд Эфраим Лессинг (1729–1781) выдвинул новую трактовку Фауста. Борясь против иноземного, особенно французского, придворного влияния, Лессинг в «Письмах о новейшей литературе» (1759) призывал отказаться от подражания французским классикам: «…в своих трагедиях мы хотели бы видеть и мыслить больше, чем позволяет робкая французская трагедия…» В качестве примера он приводил народную пьесу о Фаусте, «содержащую много сцен, которые могли быть под силу только шекспировскому гению». Лессинг сам собирался написать трагедию на этот сюжет, но его попытка ограничилась несколькими набросками. Его авторитет, однако, сыграл свою роль. К обработке сюжета о Фаусте обратились несколько писателей движения «Бури и натиска». Одним из них был Гете.
Краткая творческая история. Замысел «Фауста» возник у Гете в начале 1770-х годов, когда ему было немногим больше двадцати лет. Закончил он произведение летом 1831 года, за несколько месяцев до своей кончины. Таким образом от начала работы над трагедией до ее завершения прошло около шестидесяти лет, обнимающих почти всю творческую жизнь Гете.
Однако непосредственно над «Фаустом» Гете работал лишь в определенные периоды своей творческой деятельности. Первые сцены, получившие название «Пра-Фауста», Гете создал в начальный период своего творчества (1773–1775 гг.). Они не появлялись в печати, но Гете читал их друзьям и по переезде в Веймар даже разрешил одной из почитательниц его таланта списать для себя этот текст. В бумагах Гете после его смерти «Пра-Фауст» не был обнаружен, но в 1887 году гетевед Эрих Шмидт нашел рукопись, переписанную знакомой Гете — Луизой Гёхгаузен. Так стал известен «Фауст» в его первоначальном виде, выражавший настроения, типичные для Гете в период «Бури и натиска».
В 1788 году во время пребывания в Италии Гете вернулся к работе над произведением. После возвращения в Веймар он напечатал в 1790 году «Фауст. Фрагмент», содержавший меньшее количество сцен, чем «Пра-Фауст», но это не было простым повторением первого варианта. Отрывок уже ближе к окончательному тексту первой части.
Но, прежде чем Гете завершил ее, прошло немало времени. Он снова обратился к работе по настоянию Ф. Шиллера. Это произошло уже в 1797 году. Первая часть «Фауста» была закончена в 1806 году, но появилась в печати лишь в 1808
Между 1797–1801 годами Гете создал план второй части трагедии, но осуществлять его начал лишь четверть века спустя, хотя отдельные наброски были созданы раньше. Последний период работы приходится на 1825–1831 годы. В 1827 году был опубликован отрывок «Елена. Классическо-романтическая фантасмагория. Интерлюдия к Фаусту». Она появилась в 4-м томе последнего прижизненного издания сочинений Гете. Этот эпизод составил третий акт окончательного текста. В следующем году в 12-м томе этого издания были напечатаны сцены при императорском дворе. 1 июня 1831 года Гете сообщил своему другу Цельтеру о том, что «Фауст» завершен. Он сам подготовил рукопись для печати. Но она появилась в свет уже после его кончины, в 1-м томе «Посмертного издания сочинений» в 1832 году.
Жанр произведения. Хотя «Фауст» написан для сцены, о чем явно говорят многие места произведения, по форме и объему он отличается от обычных драм. В критике принято обозначать «Фауста» как драматическую поэму.
Взятый в целом, «Фауст» представляет собой нечто промежуточное между драмой в собственном смысле слова и эпической поэмой. Вместе с тем сила «Фауста» как поэтического произведения особенно проявляется в лиризме, которым проникнуты многие центральные эпизоды. «Фауст» мастерски сочетает элементы трех главных родов поэзии — лирики, драмы и эпоса.
Стиль «Фауста». Творение Гете не поддается определению в свете таких общепринятых категорий, как классицизм, романтизм или реализм. «Фауст» — поэтическая фантазия особого, неповторимого стилевого строя, который можно определить как художественный универсализм, ибо он включает элементы, различные по своей художественной природе. Реальное жизненное содержание поднято Гете на большую обобщающую высоту. Поэтому художник отказался от бытового правдоподобия, обильно используя легендарно-сказочные мотивы, мифы и предания, реальные человеческие образы и вполне жизненные ситуации в сочетании с самыми неправдоподобными вымыслами.
Фантастика Гете, однако, в конечном счете всегда привязана к Земле и реальной жизни. Вместе с тем не только вымышленные образы, но и реальные фигуры проникнуты в «Фаусте» символизмом глубокого философского характера.
Гете с подлинно поэтической свободой перерабатывает мифы различного происхождения: древнегреческие, библейские, средневековые. Он не делает особого различия между ними, одинаково подчиняя разные по происхождению легенды своему философскому и поэтическому замыслу. Под его пером христианские мотивы утрачивают свою религиозную основу, становясь такими же средствами поэтико-символической выразительности, как и античные мифы.
В сложном сочетании различных стилевых элементов «Фауста» наибольшую определенность имеют их две полярные тенденции. Ранняя предромантическая стилистика «Бури и натиска» определила стилевые мотивы, которые удобнее всего определить как средневековые и «готические». В таком духе создана вся завязка трагедии. Наивысшее выражение средневеково-готический элемент достигает в первой Вальпургиевой ночи.
Противоположную тенденцию составляет стиль классический. Его квинтэссенция воплощена в третьем акте второй части трагедии — «Елена». Мрачным сумбурным образам «готической» фантазии ужасов здесь противостоит классически строгая и чистая форма, выражающая идеальную красоту.